Магия, кофе и мортидо наставника Медея. Дилогия (СИ)

«Что ж ты, фраер, сдал назад», — он пнул неподвижное тело по огромной, вытянутой, похожей на гигантскую дужку очков крабьей ноге.
Потом пнул еще раз. И еще, и еще, еще, ещещещещеще… Пока не улегся восторг и недоверие от своего триумфа. Наконец, Медей отступил назад, а мертвый гигант под его блестящим, нездоровым взглядом угрюмо растекался грязной синей лужей.
«Кстати, а как я вообще попадаю „Гинн“ туда, куда мне надо?» — возникла неуместная мысль, пока он отстраненно осматривал обрызганные чужими внутренностями пол, потолок и стены.
  
«А, вот как».
Наведение оказалось простым, стоило лишь вспомнить собственные действия: неосознанная команда плюс зрительный контакт на нужной точке. Медей просто не думал об этом, когда бросал помидор, стрелы, фурнитуру от толчка и прочие метательные элементы.
— Хм, и где в этой куче мой трофей от великой победы?
Среди плотной листвы виднелась склизкая улиточная плоть, а поверх улеглось три огромных, с кулак Аристона, глаза неведомой зверушки. Сойдет для начала. Чем бы их срезать? Кроме меткого словца.
Срезал большим и острым обломком клешни, только обернул «рукоять» тряпкой, чтобы не поранить руки. А ничего, удобно так получилось. Заткнул «кинжал» за пояс.
«Не зря мешок захватил, когда отправился дорогой приключений. Спасибо, стигма, что не прихватила сразу после толчка».
Три мешка, один в другом. Навсегда модный тренд, прадед пакета с пакетами.
Глаза легко поместились в один из них. Медей, для надежности, засунул их в осколок брони точно в футляр, и проложил, вдобавок, ободранными листьями. Так они точно сохранятся денег-другой, пока бравый Симплициссимус фэнтези-разлива не найдет дорогу обратно.
Медей довольно улыбнулся. Нет, осклабился широкой, неприятной усмешкой.
«Да! Так тебе тварь. Будешь знать, на кого глазами лупать. Здесь тебе не Коноха, в листве не скроешься. Познай боль, ссаный моллюск».
Азарт смыл остатки страха, начал захватывать своими цепкими щупальцами
Тьфу! Никаких щупалец! Своими цепкими лапами сердце наставника-самозванца.
Он двинулся дальше.
Дорога вперед не отличалась многообразием. Теперь Медей, несмотря на эйфорию от недавней победы, относился к своему внезапному приключению более настороженно. Он загодя проверял редкие повороты, до рези в глазах вглядывался в коридорный полумрак, старался не увлекаться интересными сценками на плакатах.
И все сильнее уставал, томился от постоянного напряжения. Радовали глаз только редкие, заколоченные двери, проникнуть в которые он и не пытался. Лишь осматривал все вдоль и поперек на предмет внезапной кавалерийской атаки, но нет, заклинило намертво. Оставалось лишь делать предположения, куда они вели и для чего использовались помещения за ними.
Очередное существо Медей обнаружил раньше, чем оно — его присутствие. Блудливый шорох лап, цокот когтей, как от собаки по ламинату, вонь шерсти, что пробивалась даже через специфический аромат подземелий. Новый противник оказался здоровенной, здоровеннейшей
Непонятно чем.
Крыса, только размером с аллигатора. Причем жутко трусливая на вид и с гигантским хоботом, на манер слоновьего. Вот, что происходит, Ной, когда ты селишь разных тварей в одном ковчеге. Видимо, поэтому евреи так не любят межнациональные браки.
Она рванула прочь, только махнула своим длинным, уродливым, лысым хвостом. Куда-то туда смекалистый Медей и запустил свой снаряд.
Новый, куда более громкий, чем от крабокуста, вопль огласил округу. Свинцовая пуля разворотила задние лапы, кусок позвоночника, добралась до внутренних органов. Чернобыльская крыса с длинным носярой покатилась по камням с высокочастотным писком, пару раз подпрыгнула, как плоский камешек по воде, а потом затихла.
Медей подождал пару секунд, огляделся в поисках ее возможных товарищей, а затем осторожно подошел к исковерканному, точно вывернутому наизнанку трупу.
— Не, в натуре длинный хоботяра у Сплинтера. Э, вы там в курсе, что «Карлик нос» и «Черепашки мутанты-ниндзя» — разные вселенные? Давайте без кроссоверов, и так Академия не подарок, — пробормотал он.
Стоять рядом с вывороченным трупом в склизкой пустоте подземелий было очень неуютно, почти тоскливо. Как посреди сумеречного леса, где иногда находили трупы, но никогда — убийцу. Он передернул плечами, брезгливо обошел кровавый след по широкой дуге, через силу шагнул к разорванной крысе, осмотрел ее на предмет возможных трофеев.
Пусто. Ни кристаллов, ни некой эссенции для левел-апа, ни кнопки: «обыскать». Просто большая, бесполезная гадость со шнобелем — из нее даже шекелей не выпало.
Что за жизнь…
— Покойся с миром, Усопп, — он прихлопнул ладонями на японский манер, но даже дурашливое поведение не смогло отогнать его холодную дрожь предчувствия.
«К слову, не помню ни одного из моих трофейных мобов по новелле. Это хорошо или плохо? А вот хрен его знает, может и…»
Он осекся, когда из левого ответвления коридора донесся далекий писк и топот множества лапок.
«А вот и проблемка», — с мрачной обреченностью подумал он.
Убежать Медей уже не успевал. Садить Гинн по толпе? А сколько их там? Не факт, что успеет. Бросить сразу несколько снарядов он додумался только сейчас. Лучше не применять ни разу не опробованное средство.
«Алу Вард!» — металлическая пыль вспухла привычным облаком.
На первый взгляд — никаких отличий с вербальной формулой. Только… Грани пыли — острые. По размеру не песчинки, скорее градинки, причем в форме кристаллов. Сама стихия отливает прочным стальным блеском.
Топот и писк быстро приближались.
«Алу Вард Трир Фьёльд»
Металлическая взвесь закрыла весь коридор, насколько хватало взгляд. Видимость резко упала до нуля, между самим заклинателем и его стихией оставались считанные сантиметры.
«А вот теперь мы ступаем по охрененно тонкому льду».
В прошлый раз Медей использовал «Виндр», но на него нет времени, а также «Фрам», который заставил облако лениво скользить вперед. Сейчас же, далеко не факт, что это заклинание сможет сдержать толпу злых от потери товарища крыс, вооруженных здоровенной балдой с двумя ноздрями.
«Даже знать не хочу, каким образом они тут дерутся».
В отличие от моузов, хищных лосей-убийц, крысиная масса относительно невелика, а тело обтекаемое, без острых углов огромных копытных. Могут и проскочить сквозь заслон, особенно, если успеют разглядеть. Устраивать экстерминатус пылевым взрывом крайне не хотелось. Во избежание обрушения свода и размалывания туши отродья по стенам ударной волной. Да и не взорвется взвесь из настолько крупных элементов, нужен «Виндр».
«Скорее всего. Проверять я, конечно, не буду».
А заклинания искр могло не хватить, как и в случае с Гинн.
«Придется пробовать Гуннр вместо Фрам».
Медей, впервые с момента своего падения в подземелье, почувствовал настоящий страх, а не ощущение чужого присутствия или ломкий, неуютный холодок. Он знал, что отродье пыталось тренировать заклинание стихийной атаки, Гуннр. Но вот насколько он преуспел? Хватит ли его прошлых усилий для успешной активации? Не стоит ли воспользоваться более надежным, пусть и менее эффективным вариантом?
Медей искренне не знал.
В голову, как назло, лезла запоздалая мысль о собственной тупости. Любимое заклинание самого отродья, Гинн Алу Сфагиазе, поток металлических игл, вполне могло остановить стаю голохвостых уродцев. Ну, наверное, если с безмолвным усилением. Хотя гарантий, опять же…
Проблема в том, что нынешний Медей ни разу за все время его не использовал, поэтому банально забыл о существовании такого спелла. А повисшее облако откастовывать назад — значит потерять слишком много драгоценного времени.
  
«Пан или пропан!»
«Алу Вард Гуннр!» — он чуть не сорвался на крик, затапал по картинке рун сильнее, чем по несчастному хомяку.
Минимальная концентрация, взгляд на темный зев низенького бокового ответвления, откуда доносился близкий, слишком, пугающе близкий топот