Бездарь и домовой (СИ)

— Молодец, — одобрил маневр он. — И что дальше?
А дальше я швырнул в него кочергой и принялся, как только мог быстро, стараясь игнорировать боль и упадок сил, кидать в него тарелки, блюда и все, что только под руку попадалось.
— Красивая агония, — оценил вампир. — смешная, гротескная, но красивая.
— Айййяяяя! Убью! — донеслось от двери. Есугэй меня всё-таки нашёл.
— Ух ты! — восхитился носферату. — Бойцовая дохлятинка! А ты непрост, некромантик, молодцом. Ну-ка, красавчик, цып-цып-цып…
  
— Есугэй! Убить! — крикнул я, и темник хана Менгу-Тимура с ушираздирающим визгом ринулся в атаку.
Глядя на их бой, я окончательно уверился, что кровосос со мной просто играл, и шансов против него у меня не было вообще. Он перемещался так быстро, что смазывался в движении. И разил, разил, разил… Но и мой зомби-бодигард был хорош, почти не отставая от своего визави. Бой продлился едва полминуты, кто там кого и как — разглядеть не представлялось возможности, пока мне под ноги не выкатилась голова вампира. Не думая, что в плече торчит нож, а колени подгибаются, я воспроизвел в памяти и начал начитывать заклинание, прервавшее посмертный путь князя Лыкова. После финального «Изыди!» тело и голова вампира точно так же сгорели черным пламенем, а пепел вынесло в трубу.
— Будем надеяться, что третьего тут нет, но на всякий случай… Да, и стол был на троих накрыт… Есугэй! Обыщи помещение! Кого найдешь — убей!
— Айяяя!
По счастью, в зале больше никого не оказалось. Я терял последние силы, а эликсир остался в мобиле. Так что пришлось приказать Есугэю отнести меня в нашу «повозку», и на морально-волевых усилиях продержаться до заветного последнего флакончика.
Да, а что там мой планшет? Увы, приказал долго жить после вампирьего удара. Жаль, план старого князя накрылся медным тазом. Но, говоря по совести, меня это сейчас не особо расстраивало: живой — и на том спасибо.
Я стоял возле машины, наслаждался превосходным свежим воздухом и осознанием того, что могу им наслаждаться, и без особого душевного трепета наблюдал, как во дворе садится небольшой конвертоплан. Навскидку, вариантов вижу два. Или прибыли, зафиксировав магическую активность, дорогие товарищи из опричнины, и тогда я, находясь в своем праве, объясню им текущую политику партии. Или же это кто-то из лагеря личей и вампиров, и тогда остается продать жизнь подороже.
Думал, на сегодня мне удивлений судьба отсыпала предостаточно. Но нет: на борту уже почти севшего аппарата тяжелее воздуха ясно был виден герб Ромодановских, то есть и мой в том числе. Надо же! Вот не знал, что в гараже у князя и такие птички водятся, старик полон сюрпризов! А вот и он.
Сперва из конвертоплана выпрыгнули два бойца в броне типа опричной, но явно полегче. Потом вышел князь, за ним ещё какой-то пожилой дядька, следом — управляющий Родион Гордеевич и черный урук Шаптрахор. Замыкали процессию еще четыре бойца неизвестной пока принадлежности. Однако, какая представительная делегация!
Есугэй заскрипел что-то кровожадное.
— Не трогать, — приказал я. — Свои. Жди здесь.
И пошел навстречу.
— Хорош! — одобрительно покачал головой князь. — Просто не узнать! Обниматься будем? — и едва слышно, скосив глаза на бойца со смартфоном, ведущего съёмку, шепнул: — Надо.
— Здравствуй, папа! — распахнул я объятия, за полсекунды построив на лице голливудскую улыбку.
— Рад видеть тебя живым и победившим, — наобнимавшись со мной, степенно кивнул Юрий Григорьевич. — Ну, веди, показывай.
Съемка пока прекратилась.
— Заодно и познакомимся наконец, — вздохнул князь. — Тебя как прежде звали-то?
— Да так же точно.
— А лет?..
— Шестьдесят семь было.
— Ох, ять…
— Ничего, — заверил я папашку, — душа подстраивается под тело, я уже себя ощущаю максимум на тридцать, и процесс «омоложения» явно не завершен — того и гляди, до подростковой дичи докачусь…
— Ну, этот недуг мы врачевать умеем, — кхекнул Ромодановский. — Розги в гараже, делов-то. Но опыт — не рассасывается?
— По счастью, нет.
— Это главное. Ты во много раз умудреннее любого недоросля… Ладно, к делу. Лича упокоил?
— Да. А после него еще и носферату.
Князь остановился, как вкопанный, и незатейливо, но обильно матерился с добрых полминуты.
— Ахти мне, многогрешному… Заснять-то хоть вышло?
— Скорее всего, что-то вышло, но проклятый кровосос разбил мне планшет, так что…
— Попробуем выцарапать, — и обратился ко второму старику: — Саня, у тебя есть спецы по всем этим современным планшетам-хренетам?
— Митька может, — кивнул тот. И ехидно добавил: — Может, познакомишь с тем, за чье здоровье третий день… э-э-э… волнуемся?
— Ах ты ж! — хлопнул князь себя по лбу. — Федя, это Александр Филиппович Азаров, Обоянского гусарского полка полковник в отставке. С ним — шестеро отставников из его же полка. Саня, позволь тебе представить отцовскую гордость — сын и наследник рода Ромодановских княжич Фёдор Юрьевич.
— Занятный случай со мной приключился, молодой человек, когда захотелось мне в Тарусе по душам побеседовать с редактором тамошней газеты…
— Он хоть жив?
— Целёхонек, — заверил меня полковник. — Сомневаюсь, правда, что в обозримом будущем вместе с дядей интриги какие плести станет: страшно-с!
И мы, рассмеявшись, пожали друг другу руки и все вместе медленно пошли ко входу в дом.
— Господин полковник, — подбежал к Азарову его боец, едва мы переступи ли порог дома. — Первичный осмотр территории завершен. Очагов сопротивления не выявлено. В ходе осмотра обнаружено двадцать восемь трупов, все вооруженные в разной степени.
— Вольно, Митя, благодарю за службу, — кивнул Азаров. — Прими задачу. В процессе боестолкновения пострадал ценный прибор, содержащий запись этого самого боестолкновения. Надо попробовать ее восстановить.
— Есть! — козырнул Митя, и я передал ему руины своего планшета.
Тем временем князь увлеченно писал что-то в своем смартфоне.
— Идем дальше? — спросил я.
— Да, пошли, — Юрий Григорьевич убрал гаджет в карман и приобнял меня за плечи. — Сильно пострадал?
— Побили крепко, и нож в левом плече.
— А выглядишь молодцом.
— Эликсир, — коротко пояснил я. — Правда, больше не осталось.
— Оно, может, и к лучшему, — пробурчал отец. — Вся эта алхимическая дрянь…
— Полностью согласен. Но, чтобы она не требовалась, придется многому научиться, чем я в ближайшее время и займусь. Так, господа, мы пришли, вот он, тот зал.
Князь с интересом огляделся. Подошёл к камину, щелкнул пальцами — пламя исчезло, причем вместе с полусгоревшими дровами и золой. Прохладнее в зале, однако, не стало.
— Косточки-то он свои паскудные, конечно, грел. Только не камином, — прокомментировал князь.
— Но пепел туда вытянуло моментально, — возразил я.
— Так одно другому не помеха, камин-то настоящий. Только вот что в нем?
— Пойдем посмотрим?
— Ни в коем случае. Привыкай, что на всякое дело свой человек найдется. Саня, давай пару бойцов пошлем исследовать камин?
— А давай. Иван, Андрей — осмотрите там всё. Ищите потаённые загогулины всякие, наверняка старый хрен тайник там устроил.
— Есть! — и двое гусар (что они бывшими не бывают, сам догадался, нечего полковника дразнить) занялись камином.
Мы с князем, отделившись от прочих сопровождающих, сели в дальнем конце стола. Родион и Шаптрахор, получив краткое указание, отправились проводить приблизительную инвентаризацию хозяйства.
— Тяжело было? — негромко спросил отец.
— Очень. Против вампира — не держался вообще, он со мной как кошка с мышью… Если б не Есугэй…
  
— Эх, кабы знать-то. А так, за вычетом носферату — нравится здесь?
— Да, веришь ли, детально присмотреться не успел пока — не до того было. Сперва дрался, потом в себя приходил, а тут и вы пожаловали. Но по первым впечатлениям, весьма неплохо.
— Давай, твоим будет? — предложил князь.