Плохой. Хороший. Бывший

Что-то Дима задерживается с шампанским. Как только вернется, попрощаемся с Амиром и уйдем. Больше не могу терпеть.
– Подожди, я с тобой! – Жанна спешит следом. Неужели Тимур позволил ей остаться наедине с Василисой Ужасной?
Смотрю на веранду в надежде, что вернулся Дима, и тогда мы сможем сбежать. Но похоже, он снова с кем-то разговорился по пути.
– Тебе, наверное, трудно сейчас, быть здесь со всеми этими людьми, которые знают, что Тимур никогда тебя не любил. – Жанна смотрит на меня с напускным сочувствием.
  
– О-о-очень сложно! – Усмехаюсь. Пусть думает, что хочет. Пусть хоть кому-то будет легче от правды нашего прошлого.
– Ой, бедненькая… Зря вас заставили пожениться. Без любви ничего хорошего не выйдет. Я хотела еще кое-что спросить… Пойдем, я и правда покажу тебе ручей!
Жанна идет вперед, но я не двигаюсь с места. Сыта по горло этим праздником и этими людьми.
В этот момент раздается визг шин.
Массивный внедорожник несется на огромной скорости, не вписывается в поворот и вылетает на лужайку. Прямо к нам.
– Вася! Нет! – раздается сумасшедший крик с веранды.
 
12
 
Оборачиваюсь на крик.
Вижу происходящее словно в замедленной съемке.
Тимур прыгает через ограждение веранды, как опытный каскадер. Содержимое его карманов – ключи, телефон, – летит во все стороны.
Остальные гости замирают на месте. Музыка затихает.
Приземлившись, Тимур бросается ко мне, но на полпути замедляет бег и останавливается.
Внедорожник тормозит, вскапывая лужайку, и останавливается неподалеку. Водитель машет, извиняясь, и тут же разворачивается и уезжает. Неудивительно, потому что он всего лишь мальчишка, наверняка стащил родительскую машину и катается без прав. Поэтому и не справился с управлением.
Кто-то фотографирует машину на телефон, сообщает в полицию. Владелец ресторана осматривает поврежденную лужайку, а я так и стою в шоке от происшедшего. Не столько от внезапного появления машины, сколько из-за поведения Тимура.
Мимо меня проходит Жанна. Быстрыми, нервными шагами, то и дело застревая каблуками в мягкой лужайке. Бросает на меня злой взгляд и скрывается в ресторане.
Тимур разворачивается и идет следом за ней.
Ничего не понимаю, удивленно смотрю им вслед.
Дима оставляет бокалы с шампанским на веранде и подходит ко мне.
– Готова идти домой? – Он больше не улыбается, не шутит.
– Готова, только надо попрощаться с Амиром.
– Не надо, он все видел.
– Что он видел? Не случилось ничего страшного, машина остановилась в нескольких метрах от меня.
– Именно это он и видел, так что пойдем, я провожу тебя домой.
Уходим через улицу, в ресторан больше не заглядываем, не прощаемся. Поведение Димы кажется странным. Обычно он общительный, веселый, а теперь вдруг затих. Пытаюсь задать вопросы, но он отвечает односложно или вообще молчит.
Когда мы подходим к моему дому, он останавливается и, помявшись, берет меня за руку.
– Я не знаю, что произошло между вами в прошлом, и чего Тимур хочет сейчас, но, если будут проблемы, звони. При необходимости я смогу подключить людей поважнее меня.
– Спасибо, но этого не понадобится. Амир обещал, что, если я приду на банкет, то на этом все закончится, и я их больше не увижу.
Дима морщится, прячет руки в карманы.
– Надеюсь, что так, но… не уверен. Те, кто был на веранде, видели, как твой бывший прыгнул за тобой, и слышали, как он кричал, когда думал, что тебе грозит опасность.
– Что из этого? Любой приличный человек испугается при виде грядущей аварии.
Какое-то время Дима смотрит на меня, потом качает головой, словно приняв решение.
– Ты мне нравишься, Василиса. Очень нравишься. Когда вы с Тимуром разберетесь в ваших отношениях, сообщи мне, ладно?
Обиженно поджимаю губы. Он вот так запросто сдается без весомой причины? Значит, не так уж и заинтересован.
– Я могу сказать тебе прямо сейчас, что между мной и Тимуром ничего не происходит, но это ни к чему тебя не обязывает. Если ты не хочешь…
– Вась! Я хочу, даже очень хочу, но… Может, ты этого не заметила, но с веранды было хорошо видно, что машину занесло в сторону Жанны. Это ей грозила опасность, а не тебе. А твоему бывшему мужу снесло крышу от того, что ты была вблизи возможной аварии. Его невесту чуть не сбило машиной, а он испугался за тебя, потому что ты стояла рядом.
– Да ну, это бессмыслица какая-то. На лужайке были развешаны огни, но все равно полусумрак, поэтому Тимур мог ошибиться и не заметить Жанну.
– Да, Вась, так и есть, Тимур очень сильно ошибся. Восемь лет назад, когда тебя потерял.
 
13
 
– Сейчас съем твою душу, и ты станешь зомби! Ар-р-р-р!
Вокруг визг, смех и беготня.
Качели и горки забыты, игрушки разбросаны, у детей новая игра. Придумала ее Оленька Васильева, основываясь на достоверной информации от ее папы. Того самого, который трахарь. Он сказал, что «бабы существуют только для того, чтобы жрать мужские души». Очередной перл.
На самом деле я не жалуюсь, ее папа мог высказаться и похуже. До него я так и не дозвонилась, но с бабушкой поговорила по душам и вынесла предупреждение. В элитный детский сад не следует приносить «элитные» фразы.
И вот теперь высказывание Олиного папы переросло в захватывающую игру. Кто-то из детей сказал, что без души человек превращается в зомби, и теперь девочки бегают за мальчиками, ловят их, и те притворяются зомби. К счастью, нам с подругой удалось заменить слово «жрать» на «есть». Разумеется, мы пытались отвлечь детей, но ни одна из развивающих игр, одобренных заведующей и Министерством Образования, не смогла сравниться с захватывающей игрой в уничтожение мужского пола женским. Папа Оленьки посчитал бы это доказательством его спорного тезиса.
Я бы увела детей с улицы, но мне есть на что посмотреть и о чем подумать.
Тимур сидит на скамейке в соседнем сквере уже битый час. Чего ждет, непонятно. Я заметила его из окна, потом мы с детьми вышли гулять, но Тимур не подошел. Вообще не поднял голову. Заснул, что ли? Или Жанна выгнала его из дома за то, что он сиганул с веранды к бывшей жене вместо будущей?
Я даже не знаю, живут они вместе или нет. Ничего о них не знаю и знать не хочу.
Однако то и дело поглядываю в его сторону.
Сидит, красавец. В городе тысячи скамеек, а он выбрал ту, на которой мы сидели на днях.
– Давай, я его прогоню, – в который раз предлагает подруга и поджимает губы, слыша мой отказ.
Мы с ней знакомы с педагогического, и она помнит, в каком раздрае я была после развода.
– Вась, не смягчайся к нему! Если снова закрутите роман, то кончится еще хуже, чем в прошлый раз. Дурной он, твой Тимур.
– Он не мой.
– Вот и повторяй это, и не смотри на него.
– Я не понимаю, зачем он пришел.
– За тобой. Он всегда от тебя дурел, и ничего не изменилось. Я еще в клубе заметила. Как только Тимур тебя увидел, у него сразу взгляд поплыл. Как привязанный, за тобой понесся. Но ничего хорошего из этого не выйдет. Из того, что вы дуреете друг от друга, семью не построишь.
Говорит с укором, печально. Болеет за меня. Мы с Леной как сестры, чувствуем, когда другой больно. А мне и правда не по себе, потому что с появлением Тимура открылись старые раны. Восемь лет назад я до последнего надеялась, что он опомнится и захочет крепкую семью, как у его родителей. Выползла из нашего брака полуживая, раненая, а все равно надеялась, что однажды Тимур пожалеет о потере и вернется ко мне. Время избавило меня от этой надежды, однако, как оказалось, раны не зажили.
  
– Если сама не велишь ему уйти, я вмешаюсь. Устрою ему разнос. Ты меня знаешь. Если я начну скандалить, меня не остановишь. Выскажу ему все, что накопилось, – угрожает Лена.
Решившись, иду к Тимуру. Толком не знаю, что скажу, но поговорить надо. Не дело это, приходить ко мне на работу.