У фортуны женское лицо

– Неудивительно! Отношения между ними были, мягко говоря, прохладными. Как встретятся, так и поскандалят.
– На Галку это непохоже...
– А она первая и не начинала. Это все Людмила! Все имущество, что после матери осталось, никак с сестрой поделить не могла. Половина этой квартиры Людке принадлежала. Квартирка так себе, но она в нее мертвой хваткой вцепилась. Каждую неделю сюда таскалась проверять, все ли на месте! У нее и ключ свой был! Галочке это, конечно, не нравилось, только сделать ничего не могла. Людка говорила, хочешь владеть квартирой единолично – выплачивай мою часть, а у Гали, естественно, таких денег не было. А иногда Людка вообще грозилась разменять квартиру и выселить сестру в коммуналку. В такие дни Галочка мрачнее тучи ходила.
  
– Похоже, не любили вы эту Людмилу.
– Знаю, о мертвых плохо говорить не принято, но я лицемерить не умею. Как есть, так и говорю! – сурово поставила меня на место она. – Людмила всегда была противная! Знаете, как она замуж вышла? Парня своей лучшей подруги увела!
– Ну он же не жеребец, чтоб его под уздцы уводить, – усмехнулась я. – Видать, сам захотел.
– Не так все было! Илья добрый, но уж очень слабохарактерный. Она его деньгами соблазнила, а он, дурак, не понимал, чем за это придется расплачиваться.
Наташа
– Чего так долго? Еще немного – и я бы отправился на поиски!
– На десять минут задержалась! – возмутилась я в свою очередь. – В самом конце рабочего дня начальница к себе вызвала. Что, по-твоему, я должна была сделать? Сказать, что меня на улице Дима ждет?
Удивленный отпором, Димка поспешил сменить тему.
– Домой? – примирительно спросил он.
– Нужно найти Калину, – пробурчала я не столько обиженно, сколько смущенно. Знала, мое заявление Димке не понравится. И не ошиблась. Он тут же насупился:
– Зачем?
– Поговорить!
– Разбежалась!
Его скептицизм меня разозлил. Он подрывал во мне веру в себя, а она и без Димкиных насмешек была не слишком крепкой.
– Я не могу сидеть сложа руки! Посмотри, что происходит. Убили Людмилу, Галина исчезла. Может, ее тоже убили! Прикажешь покорно ждать, когда они за нас возьмутся? Их надо остановить!
Трудно сказать, кого я уговаривала, себя или Димку, но, когда он ехидно поинтересовался:
– Не поделишься как? 
Я вышла из себя. Сутки я ломала голову именно над этим вопросом и нашла, как мне казалось, правильное решение, а Димка пытался сбить меня с толку.
– Постараюсь убедить, что этих дурацких сокровищ в принципе не существует! А долг пообещаю выплатить постепенно. – Заметив, что Димка пренебрежительно скривился, я взорвалась: – Не нравится моя затея – отправляйся домой! А у меня выхода нет!
Димка насупился, но с места не двинулся, и это вселило робкую надежду. Раз сразу не ушел, может быть, все-таки останется? Конечно, минуту назад я сама его прогоняла, но сгоряча и не всерьез. На самом деле идти одной к Калине было страшно.
– Раз ты все уже решила, так поехали, чего тут зря торчать, – проворчал Димка, и я облегченно перевела дух. – Куда едем?
– В «Паруса». Официанты обычно знают постоянных клиентов и, если повезет, могут подсказать, где его искать.
Услышав это, Димка фыркнул:
– Ну и планчик!
Я тут же испугалась, что он посчитает мою затею пустой тратой времени, и уйдет. При его гневливом характере такое вполне могло произойти, а мне что тогда делать? Одной Калину искать? По Димкиному лицу нетрудно понять, что он думает на мой счет, и я приготовилась к неприятностям.
– Ладно, трогай, – процедил он. Пока не остановились у кафе, Димка мрачно молчал, а там пробормотал, косясь в сторону: – Тебе придется идти без меня.
Боясь разреветься, я торопливо кивнула и выскочила из машины. Нас разделяло уже несколько метров, когда Димка крикнул мне в спину:
– Я тебя тут ждать буду!
В этот раз в кафе не было ни души. Даже официантов не видно. На месте оставался только бармен. Утешив себя, что так даже лучше, никто разговору не помешает, я пожелала себе храбрости. В тот момент это было совсем не лишним, ноги подгибались от страха. Бармен, до того момента протиравший стаканы, уже глядел в мою сторону.
– А Калинкина нет?
– Нет.
Потеряв ко мне интерес, бармен снова принялся за стаканы, а я пала духом. Словоохотливостью он не страдал, и как тогда вытянуть из него сведения о Калине? Секунду-другую я бестолково топталась перед стойкой, а потом на меня накатила злость. Неужели я такая недотепа, что простого разговора с мужиком завести не могу? Набрав в легкие побольше воздуха, я вскрикнула:
– Ну все! Опоздала!
Вышло, на мой взгляд, фальшиво, но бармен отставил в сторону стакан и заинтересованно покосился на меня. Это воодушевило, и следующие фразы я произносила уже увереннее.
– У меня машина барахлит, он обещал посмотреть. А я опоздала!
Бармен кивнул. Судя по ухмылке, мысли на мой счет у него родились самые гнусные. Чувствуя, что еще минута и я просто сбегу, силой заставила себя перегнуться через стойку и заискивающе заглянуть ему в глаза:
– Не подскажете, где его можно найти?
– Что ж ты так, подруга? На свидание прибежала, а о парне толком ничего не знаешь, – фамильярно усмехнулся бармен.
Сгорая от стыда, я только и смогла, что смущенно пожать плечами. Бармен еще раз оценивающе взглянул на меня и принял окончательное решение:
– От нас направо и за угол. Металлические ворота. Это то, что тебе нужно.
Окрыленная удачей, я почти вприпрыжку выскочила из кафе и оказалась лицом к лицу с Димкой.
– Ты что здесь делаешь? – удивилась я. – В машине ведь обещал ждать!
– Любуюсь, как ты с тем хмырем кокетничаешь, – мрачно посмотрел на меня Димка.
Приподнятое настроение разом исчезло. Я так растерялась, что смогла только глупо охнуть:
– Что?!
– То! Честно говоря, я думал, ты умнее, – пренебрежительно фыркнул Димка и, круто развернувшись, зашагал к машине.
Задохнувшись от обиды, я бросила ему в спину:
– Придурок!
Он будто и не слышал. Всем своим видом он выражал презрение ко мне. Это меня окончательно доконало. Если б могла, со всех ног кинулась бы в другую сторону, чтоб быть дальше от Димки. К сожалению, сделать этого я не могла. В машину села с пылающими щеками и всю дорогу до мастерской демонстративно молчала. На мое счастье, ехать пришлось не далеко, иначе не знаю, как бы я эту пытку выдержала.
Я собралась подъехать прямо к воротам, но Димка раздраженно ткнул пальцем в сторону кустов:
– Туда! Там машина в глаза бросаться не будет.
Спорить не стала. Действительно, откуда знать, что ждет в мастерской? Приоткрытые ворота и старая «Тойота» перед ними указывали на то, что внутри кто-то есть. Только вот кто? Если те двое, что приходили ко мне, то могли возникнуть неприятности. От этих мыслей по спине побежал неприятный холодок, но я себя пересилила.
– Одна пойду. С Калиной лучше разговаривать без свидетелей, – холодно объявила я и, не став дожидаться ответа, побежала к воротам мастерской.
Она оказалась большим ангаром. Верхний свет был выключен, горела только настольная лампа на обшарпанном канцелярском столе… За ним, спиной ко входу, сидел Калина и разговаривал по телефону. В свете лампы его фигура представлялась черным силуэтом.
– Я никогда не позволил бы себе водить вас за нос! – говорил Калина, и в его голосе не было даже намека на дурацкое кривляние, памятное по прошлой встрече. – Как вы могли такое подумать! – Тут тот, с кем он говорил, перебил его и принялся что-то настойчиво втолковывать. Калина слушал очень внимательно. Когда тот, другой, наконец выговорился, Калина проникновенно заверил его: – Я не имею к этому никакого отношения! – Выслушав ответ, он почтительно произнес: – Спасибо, что все поняли правильно.
  
Стоило Калине закончить разговор, как заискивающая приветливость сменилась озабоченностью. Тихонько бормоча под нос ругательства, он раздраженно сгреб разбросанные по столу бумаги и небрежно сунул их в ящик.