В оковах Шейха (ЛП)

Переводчик_Sinelnikova
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Рашид-Аль-Харим покончил с раздумьями.
Ему нужно было что-нибудь покрепче.
Ему нужно было потерять себя. Чтобы притупить боль от каждого из сегодняшних откровений, хотя бы на несколько драгоценных часов. Забыть об отце, который умер не тридцать лет назад, как он всегда считал, а каких-то четыре недели назад. И забыть о крошечном ребенке, сестре, за которую, по-видимому, теперь отвечал он...
С головой, полной гнева и муки, он позволил двери своего гостиничного номера в Сиднее с силой захлопнуться за ним, когда он направился к лифтам, целеустремленно нажимая на кнопку вызова, потому что он точно знал, что ему нужно прямо сейчас.
Женщина.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Боже, она ненавидела грязные бары. Снаружи это выглядело как побег от ее гнева и отчаяния, но внутри было темно и шумно, и было слишком много мужчин, которые выглядели слишком старыми, чтобы болтаться в месте, где средний возраст женщин, вероятно, был где-то около девятнадцати. По ее мнению, Тора увеличила демографию, просто находясь там, не говоря уже о том, что снизила среднюю высоту каблука на несколько дюймов, но это не помешало старикам все равно смотреть на нее.
Бар находился всего в нескольких шагах от офиса ее кузена, и после часа бесплодных увещеваний с ним, часа, когда ничто, ни ее аргументы, ни слезы не имели ни малейшего значения, ей нужно было пойти куда-нибудь, где она могла бы выпить чего-нибудь крепкого и немного покурить.
Один из стариков на другом конце бара подмигнул ей. Тьфу! Она скрестила ноги и одернула юбку, заказывая еще один коктейль.
Боже, она ненавидела бары.
Но прямо сейчас она ненавидела своего двоюродного брата-финансового консультанта еще больше.
Финансовый консультант, мошенник подонок кузен, поправила она себя, ожидая свой напиток, задаваясь вопросом, сколько времени пройдет, прежде чем проклятый алкоголь подействует, чтобы она перестала чувствовать себя такой злой.
Ей действительно нужно было забыть о том, как скривились губы ее кузена, когда она отказалась терпеть его оправдания и настояла, чтобы он сказал ей, когда она сможет получить доступ к деньгам, которые ей причитались от наследства ее родителей.
Ей нужно было забыть жалостливый взгляд его холодных глаз, когда он, наконец-то, перестал ходить вокруг да около и сказал ей, что все кончено, и что документ, который она подписала, думая, что это последняя формальность перед получением выплаты, на самом деле был правом, передающим деньги только ему теперь выплаты не будет, потому что он "вложил" все это от ее имени, только инвестиции провалились, и ничего не осталось. От двухсот пятидесяти тысяч долларов, на которые она рассчитывала, ничего не осталось. От денег, которые она обещала одолжить Салли и Стиву, ничего не осталось.
— Тебе следовало прочитать мелкий шрифт, — сказал он очень самодовольно, у нее никогда раньше не было склонности к насилию, но прямо сейчас ей действительно захотелось нанести ему серьезные телесные повреждения.
— Кровь гуще воды, — настояли ее родители, когда выбрали своего племянника Мэтью вместо назначенного ею финансового планировщика, отца женщины, которую она знала и которой доверяла с начальной школы. И Тора пожала плечами и признала, что это был их выбор, даже если ее двоюродный брат был тем человеком, который всю жизнь дурно влиял на нее, и никогда не был тем, кого она выбрала бы в качестве друга, не говоря уже о ее финансовом консультанте.
По чертовски веской причине, как оказалось.
Ей принесли коктейль, и ее пальцы обхватили ножку бокала, пока она изучала его.
Теперь ей нужно было придумать способ сказать Салли, что она не получит обещанные средства, после того, как заверила ее, потому что Мэтт обещал, что урегулирование идет полным ходом и что средства поступят со дня на день. Она почувствовала себя плохо, просто думая об этом. Они рассчитывали на нее, рассчитывали на эти деньги. Она покачала головой. Ей придется найти другой способ, вернуться в банк и попробовать еще раз. Стараться усерднее.
 
Она поднесла стакан к губам, и это было все, что она могла сделать, чтобы не проглотить напиток в спешке, желая кайфа, надеясь на забвение, которое он предвещал.
— Привет, сладкие губки. Ты выглядишь так, как будто тебе это нужно. Хочешь еще один?
Она моргнула от внезапной вспышки стробоскопа и открыла глаза, чтобы увидеть, как один из подозрительных стариков прокладывает себе путь рядом с ней в баре, на этот раз с приличным брюшком и тощим хвостиком, собственнической рукой, обвивающей спинку ее стула. Через бар его друзья смотрели и ухмылялись, как будто это был какой-то вид спорта для зрителей, но их дружок с хвостиком, возможно, был прав в том, что ей нужно еще выпить, но не в том случае, если это означало проснуться рядом с этим стариканом. Внезапно поездка на такси домой, где в холодильнике стояла полупустая бутылка Рислинга, показалась гораздо лучшим вариантом, чем оставаться здесь и искать забвения среди этой толпы. Она потянулась за своей сумкой.
* * *
В баре было слишком шумно. Слишком темно.
Почти сразу же Рашид пожалел о порыве, который заставил его спуститься по лестнице в шумный бар в подвале здания рядом с его отелем. Вопросы в его голове все еще крутились, и когда его глаза скользили по танцполу, заполненному молодыми женщинами, на которых было больше косметики, чем одежды, он не был уверен, что найдет здесь облегчение, в котором он нуждался.
Он стиснул зубы, пальцы, которые были так крепко связаны сегодня, уже болели от желания снова сжаться в кулаки. Он зря тратил здесь свое время. Он повернулся, чтобы уйти, и тут увидел женщину, одиноко сидящую за стойкой бара. Его глаза сузились. Он догадался, что она была привлекательна под этой книжной внешностью, и она определенно выглядела здесь неуместно, выделяясь в своей рубашке с короткими рукавами среди моря обнаженной плоти. Слишком застегнутая на все пуговицы, с каштановыми волосами, собранными сзади в тугой пучок. Стакан молока в винном баре не выглядел бы более неуместно, но, по крайней мере, она выглядела так, как будто уже достигла половой зрелости. По крайней мере, она выглядела как настоящая женщина.
Он наблюдал, как она допила половину коктейля и хмуро уставилась в стакан, но не так, как если бы она была угрюмой, скорее как если бы она была сердита. Значит, мир произвел на нее такое же впечатление, как и на него? Идеально. Последнее, в чем он нуждался, так это в ком-то со звездами в глазах. Может быть, они могли бы вместе злиться на весь мир.
Он уже пробирался сквозь толпу, когда к ней бочком подошел мужчина и обнял ее за спину. Рашид подавил рычание и отвернулся. Он мог быть зол, но он не собирался драться из-за женщины.
* * *
— На самом деле я не ищу компании, — сказала Тора своему настойчивому потенциальному другу. 
Конечно, кто-то сочувствующий, чтобы снять с себя всю сагу о мошенничестве кузена, может стать терапевтом её разума. Кто-то, кто подставил бы ей плечо, погладил по спине и сказал, что все будет хорошо, возможно, было бы мило, но она пришла сюда не за этим и не собиралась рассматривать какие-либо предложения, и если бы ещё сочувствующее плечо не было упаковано так, как это.
— О, ну мы так хорошо ладим, — сказал он, сдвинув свою тушу в сторону, когда увидел, что она подняла клатч, чтобы помешать ей встать со стула.
— Я не заметила, — сказала она, мысленно добавляя еще одну ненависть к своему растущему списку, подозрительных мужчин в барах, которые воображают, что они Божий дар для женщин, хотя, честно говоря, этот человек соответствует уровню бара. 
— А теперь, не могли бы вы убраться с моего пути?
— Давай, — сказал он, обнимая ее за спину и дыша на нее пивными парами. — К чему такая спешка?
Она увидела его, когда повернула голову, чтобы спастись от дыма. Он двигался, как тень в темном подвале, и только вспышка цветных огней выдавала его движения в блеске иссиня-черных волос и белков его глаз под светом. Он был высоким и выглядел так, как будто искал кого-то или что-то, его глаза сканировали комнату, и, хотя головы поворачивались к нему, пока никто, казалось, не предъявлял на него права.