Лисья невеста

Возвращаться в реальность не хотелось. Там снова будет больно, мерзко и унизительно.
Но пришлось.
Очнулась в незнакомом месте и с минуту просто лежала, впитывая окружающую среду всем телом.
У меня появилась занятная способность воспринимать пространство не открывая глаз, не поднимая рук – и все-таки практически на ощупь. Какая часть моего тела это проделывала, понятия не имею. Наверное, можно назвать это аурой. Плотное облако окутывало меня уютным одеялком, изредка выпускало щупальца и приносило информацию.
«Здесь комфортно», – сообщало оно.
«Темно».
«Гладенько и мягко. А еще сверху что-то укрывает».
«И рядом кто-то дышит. Большой и угрожающий».
Тут уж я глаза открыла.
– Ну здравствуй. Ты меня знатно напугала, – усмехнулся владелец школы Золотого Лиса.
Он действительно возлежал на соседних подушках…
Я огляделась.
Ложе ничем не напоминало бараки служанок. Шелк, вышивка, покрывало с цветочным узором, невесомый полупрозрачный балдахин.
И я в рубище посреди этого великолепия.
– Чем? – пришлось прокашляться.
Горло все еще саднило, во рту пересохло, как в пустыне. Господин Хайн самолично изволил поднести мне пиалу с водой.
Я ее высосала, кажется, в один глоток и повторила вопрос уже более развернуто:
– Чем напугала? Вы не кажетесь особо пугливым.
– А ты действительно лишена почтения, – с каким-то восторгом констатировал мужчина. – Наверное, потому спонтанно инициировалась. Самородки – они всегда не от мира сего.
– Самородки? – вяло пробормотала я.
В воде, кажется, было что-то намешано, или просто у меня запал кончился – в сон тянуло со страшной силой. Не во тьму, а именно отдохнуть.
– Маги, – донесся до меня голос господина Хайна.
И я отключилась.
На самом интересном месте.
Когда я пришла в себя снова, рассвело.
Рядом никого не оказалось.
Ну еще бы. Не станет же хозяин всея школы дожидаться, пока какая-то служанка изволит проснуться!
Хотя – что я вообще у него в спальне делаю? Это же наверняка его спальня. Вижу небрежно брошенное кимоно для тренировок, у окна стол с чернильным камнем и стопкой дорогущей тонкой бумаги. Желтоватая, но учитывая общий уровень местного развития – роскошная.
Камень еще влажный, в середине блестит. Получается, господин Хайн недавно ушел?
Словно в ответ на мои мысли раздались шаги, и в проеме спальни показался он, собственной персоной.
Вчера я его впопыхах не разглядела. Днем. А ночью вообще смутно вспоминаются только сапоги. Зато сейчас, при свете дня, стало понятно, что мужчина очень хорош собой. Немного уставший, даже изможденный, но молодой и на редкость привлекательный. Густые темно-рыжие волосы собраны в тугой узел на макушке, халат распахнут, являя мускулистую грудь, янтарные глаза смотрят пристально и пронзительно.
– Проснулась? В себя пришла? – не без ехидства поинтересовался господин Хайн.
– Да. Кажется… – не слишком уверенно отозвалась я, садясь на постели.
Меня вчера кто-то успел раздеть и непонятным образом помыть. Вроде бы посещения ванны не припомню, но кожа аж скрипела от чистоты.
Может, хозяин школы и развлекся?
Я помотала головой.
Да ну, делать ему больше нечего, служанок купать.
Бред!
– Мне, наверное, пора, – пробормотала, бочком подбираясь к краю постели.
Не кровать, лежанка, сверху довольно пышный матрас. Наверняка на нем спится куда уютнее, чем на тонком давешнем тюфяке.
Жаль, не помню ничего.
– Лежи! – приказал мужчина, и я автоматически упала на спину, лишь потом осознав действие.
Ничего себе, властность!
Уже мягче он добавил:
– Ты вчера инициировалась, тебе нужен покой. Скоро принесут поесть.
– Погодите-ка, – я снова села и подняла руку, как на уроке. Ну, в школе мы или где? – Вы вчера сказали, что я маг?
– Да, у тебя проснулся дар. Служанки говорят, тебя весь день лихорадило. Такое частенько происходит при пробуждении силы. Занятно, что ты осознала себя раньше, чем твой брат.
– Гун! – мысль о брате подкинула меня на постели. – Что теперь будет? Он же… я же…
– Ты – оплата его обучения. Это останется неизменным, – кивнул господин Хайн. – Таков договор.
 
Ну вот, а я-то размечталась уже!
– Но на кухне ты больше не работаешь, – продолжал мужчина. – Глупо будет расходовать такой потенциал. Да и небезопасно. Ты, между прочим, сегодня ночью чуть целый флигель не заморозила!
– Что? – ошарашенно спросила я.
Так ледяные узоры мне не померещились?
– Из тебя сейчас плещет сырая сила. Ее нужно обуздать, – обыденно сообщил господин Хайн, словно речь шла о вышедшем из берегов ручейке. Или взбрыкнувшей лошади. – Ночи будешь проводить здесь. Днем займись чем-нибудь несложным. Знаю! За столом меня обслуживать станешь.
– И по ночам тоже… обслуживать? – нахмурилась я.
Не нравится мне эта затея!
– По ночам я буду забирать излишки энергии, чтобы не случилось дурного, – как маленькой объяснил мне хозяин школы. – Твои интимные услуги мне без надобности.
Мне одновременно стало обидно – ну как же, отвергли, любопытно (а почему?) и облегчение накатило.
Приставать не будут!
*отсылка к культовому фильму «Матрица». Кто не смотрел – настоятельно рекомендую, особенно первую часть.
 
Глава 7
 
Голова все еще кружилась от слабости, но я упрямо вылезла из-под одеяла. На мне все-таки ночнушка в пол, или как оно здесь называется. В общем, длинное прямое полотно с рукавами.
Не голая.
А разговоры о будущем лучше вести стоя, а не лежа в постели.
Не говоря уже о том, что лежать, когда твой наниматель – местами владелец – стоит, не лучшее поведение.
Мужчина при виде меня, поднимающейся на ноги, неожиданно покраснел и отвернулся.
– Прошу привести себя в надлежащий вид! – чопорно потребовал он, махнув рукой куда-то в угол. Я послушно посмотрела – там лежали уже знакомые серые тряпки униформы. Только ткань вроде бы относительно новая, не застиранная. – И приступай к работе, уже скоро обед. Завтрак ты пропустила.
– Думаю, мне простительно, я чуть не умерла, – хмыкнула я и занялась одеждой. Легко сказать, трудно сделать. Не привыкла я еще к этим завязочкам и многослойности. – Кстати, могу ли я теперь передвигаться по школе?
– Да, я внес правки в контракт, – машинально кивнул мужчина и возмущенно обернулся. – Ты вообще как со мной разговариваешь?!
– А что? Господин Хайн? – добавила я после секундного раздумья.
Он покачал головой.
– Ты какая-то странная. Может, магия повлияла на разум?
Я прикусила язык. Разошлась что-то, и правда. То, что мне позволили полежать на хозяйском ложе, не означает, что мне все теперь позволено. Надо соблюдать правила приличия.
– Простите, господин, – быстро присела в отработанном поклоне – руки на бедре, глазки в пол.
В одной ночнушке и накинутом халате смотрелось, наверное, забавно, но господин Хайн не смеялся.
Он задержался взглядом на треугольном вырезе – довольно скромном, надо заметить – и снова отвернулся.
– Магия в неумелых руках опасна, – произнес он, будто урок вел. – Старайся сдерживать эмоции. Они – главный твой враг сейчас. Разозлишься, расстроишься, испугаешься – последует всплеск. И не поздоровится сначала окружающим, а потом тебе. Ты же не хочешь снова в колодки?
– Так, может, научите меня нормально ее контролировать? – проворчала я, завязывая пояс.
– Я занимаюсь только с теми, кто в состоянии оплатить уроки! – отрезал мужчина. – И не проси об этом больше.
Я нахмурилась.
– Разве вам не выгодно будет учить всех, у кого проснулся дар? – недоуменно спросила, набрасывая серебристую жилетку. Это что-то новенькое, мне такого раньше не полагалось. Наверное, часть униформы старших служанок, работающих непосредственно в школе.
– Зачем он тебе? – вздохнул хозяин школы и осуждающе покачал головой. – Брат выучится, значит, сумеет обеспечить тебе приличное приданое. Ты же не сирота, чтобы пробиваться в жизни самой!