Склад

После окончания института Верослава стала работать учительницей истории в общеобразовательной школе города Васильков. «Сарафанное радио» сделало свое дело: постепенно молва о ведунье Верославе распространилась по всему Василькову и за его пределами.
Люди приезжали к девушке со всей Украины кто с чем: кто с «сердечными» проблемами, кто по здоровью, кто по рабочим проблемам, а кто и просто так – посмотреть и поговорить «о том о сем». Верослава всех сердечно встречала и пыталась помочь, насколько это было в ее силах. Были и скептики:
  
– И откуда это Вы все узнаете? С кем Вы там общаетесь? С какими-такими духами, и из какого мира – светлого или темного?
На что Верослава просто отвечала:
– Это очень условное деление: там все так же, как и у нас. Есть и плохие, есть и хорошие – все вместе живут. А просить помощи тоже нужно «с умом»: с какой такой радости кто-то вообще должен помогать мне?
– Это все сказки, – уверяли скептики.
Но ведунья никого и не собиралась переубеждать. А зачем? Главное, чтобы у человека в душе было добро, чтобы поступки его были честными и благими. Все отражается в делах людей – по ним и судить.
Как раз в это самое время Верослава Туманова и познакомилась с Анастасией Золотаревой.
  
Повествование продолжается
 
Настя буквально купалась в своем счастье: после концерта в Москве она взяла интервью у Микко Нурми, причем в уютном кафе, куда ее пригласил сам рок-музыкант. В неформальной обстановке общались не только на профессиональные темы, поэтому журналистка ловко выяснила, что помолвка Микко расторгнута и он совершенно свободен. На прощание, они обменялись своими контактными данными для дальнейшего общения.
Но встреча с рок-музыкантом была не единственным делом, для которого Анастасия прилетела в Москву. Еще в Киеве она ознакомилась с документами, которые передал ей Максим Шуфрич, и поняла, что здесь их оставлять небезопасно – найдут любыми путями.
И еще… Люди, которые фигурировали в этих документах, не могли не догадываться, кто собирал на них компромат, раз Максим так боялся оставлять бумаги у себя.
Переживая за него. Настя решила посоветоваться с подругой:
– Верка, что же делать? Они на него «выйдут» обязательно рано или поздно. Там такой компромат! Что же будет с Максом?
– Боюсь, ничем не могу тебя обрадовать, – ответила ведунья, начав раскладывать на столе свои карты, – вряд ли ты увидишь еще своего друга.
– Бог мой, что же делать? – Настя «не на шутку» встревожилась.
– Увези документы в Москву. Отдай в Службу внешней разведки [5]России, так надежней будет. Тебе-то они зачем – так рисковать?
Так Анастасия и поступила. На следующий день после встречи с Микко Нурми журналистка пошла на Остоженку в Пресс-бюро СВР, где и отдала документы, переданные Шуфричем, на всякий случай сделав себе предварительно копии. В приемной Золотарева рассказала, кто передал ей эти документы, о ком в них идет речь, кто посоветовал отвезти их сюда, упомянув при этом Верославу и ее необыкновенный дар. Все это Настя изложила письменно, указав контактные данные всех фигурирующих в этом непростом деле лиц, и с легким сердцем и чувством выполненного долга улетела в Киев.
г. Киев
Довольная проделанной работой, Анастасия спускалась с трапа самолета, когда к ней подошли два человека в форме:
– Золоторева Анастасия Владимировна?
– Да, – удивилась журналистка.
– Вы должны проехать с нами, – они показали свои удостоверения.
– Я что, арестована?
– Пока нет. Но, если не хотите проблем, Вам лучше поехать с нами.
Журналистка практически не сомневалась, куда ее везут эти люди. «Неужели они узнали, что документы были у нее? Может, они «взяли» Максима, пытали его, и он им все рассказал?» – с такими мыслями Настя доехала до здания Службы безопасности Украины.
– Золотарева Анастасия Владимировна?
– Я-то – да, а вот Вы кто? – не чувствуя за собой абсолютно никакой вины, поинтересовалась Настя.
– Гончарук Богдан Данилович, полковник Службы безопасности Украины.
– И что же я такого натворила, что мной интересуются такие серьезные структуры?
– А вот это нам и предстоит выяснить, – спокойным тоном ответил полковник, – пока Вы приглашены в качестве свидетеля по делу Шуфрича Максима Леонидовича, подозреваемого в государственной измене и шпионаже.
– Что??? – Анастасия с поистине актерским мастерством разыграла изумление.
– Шуфрич Максим Леонидович был Вашим хорошим другом?
– Почему, был? – насторожилась журналистка.
– Он погиб при невыясненных обстоятельствах.
Такой поворот событий был ожидаем, поэтому, смахнув предательски набежавшую слезу, Анастасия продолжила:
– Невыясненных для кого?
– Отвечайте, пожалуйста, на мой вопрос: он был Вашим женихом?
– Нет, мы дружили, Максим ухаживал за мной, но о каких-то близких отношениях не могло быть и речи.
– Допустим, – Гончарук внимательно посмотрел на Золотареву и продолжил, – перед Вашей поездкой в Москву вы встречались. Он вам ничего «такого» не говорил, не передавал?
– Чего – «такого»? – всерьез испугалась Анастасия, но постаралась этого не показывать.
– Может быть, о своей работе – он вел журналистское расследование.
– Нет, ни о каком расследовании Максим не упоминал. Он, как обычно, наговорил кучу комплиментов. Я, в свою очередь, рассказала о предстоящей поездке в Москву…
– Нам известно, что Шуфрич передал Вам какой-то пакет, – строго произнес Гончарук.
– Ах, это… – постаралась улыбнуться Настя, – да, передавал. Но я не думаю, что это важно – в пакете были мои любимые конфеты «Вишня в ликере» и дорогое вино. К сожалению, конфеты предъявить не могу – уже съела, а вот вино пока стоит дома. Будете проверять?
– Обязательно, – совершенно серьезно ответил Богдан Данилович.
Анастасия была спокойна по этому поводу, потому что точно знала – в шкафу у нее есть белое сухое «Батар-Монраше Гран Крю», подаренное ей директором журнала на День Рождение. А вот документов не было – они были очень далеко…
– Сразу же после встречи с Шуфричем Вы улетели в Москву, – продолжал допрос полковник.
– Я уезжала в служебную командировку, брала интервью у известного рок-музыканта. Это можно проверить – поездка была запланирована задолго до разговора с Максимом.
– Мы проверим это, не сомневайтесь. Но хочу предупредить – в Ваших же интересах отдать документы, иначе могут быть серьезные проблемы и невыясненные обстоятельства, – недобро сказал полковник.
Затем был обыск в ее квартире и квартирах ее друзей и знакомых.
А потом – этот случай, который перечеркнул, как ей казалось, всю жизнь.
Как-то, возвращаясь почти ночью с работы, Анастасию окликнули:
– Девушка, подождите.
Настя обернулась – какой-то парень весьма сомнительного вида подходил к ней. Решив не вступать в разговор с подозрительными личностями, она хотела продолжить свой путь, но впереди стояли еще двое.
– Что вам надо? – испугалась девушка.
– А то ты не знаешь? – усмехнулся один из них, – где документы?
– У меня ничего нет.
Тогда ее начали избивать. Казалось, это длилось целую вечность. Били руками, а когда она упала от боли, и ногами. По всему телу. По лицу. Последнее, что услышала Анастасия перед тем, как потерять сознание, было:
– Если не отдашь документы, умрешь.
* * *
Как раз во время этих обысков и допросов полковник Гончарук и познакомился с Верославой Тумановой, как с лучшей подругой Анастасии Золотаревой.
  
Он вызвал ее к себе в кабинет.
– Туманова Верослава Андреевна?
– Да.
– Вы являетесь подругой Золотаревой Анастасии Владимировны?
– Вы правы, – спокойно ответила женщина.
– Догадываетесь, почему я Вас вызвал?
– Наверное, потому, что я Вам нужна.