Четвертый принц

Допил оставшееся одним глотком.
– Ты опять за свое? – сказала Хена. Что-то ему уже наговорили? Нехорошие предчувствия клубком ворочались внутри.
Рейнардо кивнул.
– Она показала мне свою служанку.
Налил себе второй бокал до краев и выпил разом, словно воду.
Вот же, шушачье дерьмо…
– И что с ней не так? – спросила Хена осторожно. Хотя, глядя на Рейнардо, она уже и сама понимала. Видела, как он сосредоточенно сопит, поджав губы, как смотрит в сторону, не может сейчас Хене в глаза, как пытается сохранить хоть немного хладнокровия.
  
– Наро? – позвала Хена, не дождавшись ответа.
Рейнардо вздрогнул. Глянул на нее.
– С нашей последней встречи два года назад… – он облизал губы. – В общем, я могу сказать, опыты Аристидеса пошли куда удачнее.
– И? – Хене важно было понять все до конца, не додумывая самой.
– Они хотят сделать то же с тобой.
– Она мертвая? – Хене нужно было точно знать.
– Да. Она ходит, разговаривает, но… глаза пустые. Мертвая.
Рейнардо потер ладонью лицо.
Хена уже понимала, что услышит это, но клубок внутри сжался до боли. Страшно.
– Да брось, – сказала она, как можно более беспечно. – Они просто пугают тебя. Они могут сделать это с каждым. Зачем им я?
– Меня пока не тронут, – сказал Рейнардо, налил себе еще, но пить не стал, отодвинул. – Я им нужен, мало ли как повернется. Пока наш мирный договор в силе, со мной ничего серьезного не сделают. Но припугнуть – случая не упустят. Показать свои возможности на том, кого я знаю. Это всегда производит впечатление.
Тут главное – не паниковать раньше времени.
– Это принцесса тебе такое рассказала?
– А ты в чем-то сомневаешься?
Он смотрел на Хену, и под его взглядом ей становилось совсем нехорошо.
– Нам надо бежать вместе, – тихо сказала Хена.
Он покачал головой.
– Я не могу. Если попытаюсь бежать – это спровоцирует войну, Фазил только и ждет повода. Мой отец не успеет собрать войска. Мне нужно продержаться хотя бы месяц.
Руки еще чуть заметно дрожат, но голос очень спокойный… скорее бесцветный, ни страха, ни надежды, ничего нет.
Месяц.
– А потом? Тебя убьют?
– Если поторопиться, умрут тысячи людей. Причем, зря умрут. И Тартахена проиграет. Я не могу.
Тихо и ровно… до озноба.
Благородный придурок.
Хена взяла свой бокал, отпила глоток, покосилась на кувшинчик.
– Но я все равно не могу бросить тебя, – сказала она. – Должна быть хоть какая-то надежда. Всегда есть. Поверь. Со мной чего только не бывало… Мы выберемся.
Он кивнул.
– Конечно, должна, – потянулся к кувшинчику. – Давай допьем, что ли? На трезвую голову я сегодня не усну.
 
Глава 8. Вся правда, как есть
 
Хена проснулась, прижавшись щекой к его плечу. Вздрогнула, поспешила отодвинуться немного и поняла, что Рейнардо на нее смотрит.
– Прости, – сказала тихо.
Не то, чтобы это ее смущало, они все равно спят в одной постели, так что естественно, но просто… не стоит, наверно.
– Ничего страшного, – сказал он, улыбнулся.
У него глаза серые… темный ободок по краю радужки, черные длинные ресницы… и темные круги под глазами. Но он смотрит на нее и улыбается, словно все хорошо…
И вчерашний разговор встает в памяти так отчетливо.
– Знаешь что, – сказала Хена, – я тут подумала… Если они так сходу пытаются прижать тебя, то, значит, сами чего-то боятся? Они за тобой следят, не выпускают из вида, запугивают с первого дня. Зачем пытаться запугать того, в ком не видишь угрозы? Они ведь не дети и делают это не для развлечения.
– Не для развлечения, – согласился Рейнардо. – Я, все же, сын своего отца… что бы там ни говорили. Ты очень красивая… знаешь? – и улыбнулся снова. – Пойдем, что ли, прогуляемся в саду.
Красивая? Шушак тебя… нет, он ведь это не просто так. И у стен могут быть уши? Здесь не следует говорить ничего такого, что могут использовать против них. Не выдавать себя даже в спальне.
– Пойдем, – согласилась Хена. – Я еще не успела рассмотреть дворцовый сад.
В тени апельсиновых деревьев, прямо на травке, они нашли такое место, что незаметно подойти и подслушать нельзя. Парочка на травке в глубине сада…
– Садись ближе, – сказал Рейнардо. – Пусть издалека выглядит, что мы тут не о ходячих покойниках говорить будем, а о чем-то более приятном. Садись, можешь даже мне голову на плечо положить.
– Для убедительности?
Хене было немного смешно, потому что по его глазам отлично видно, как он смущается, но старается не показывать этого.
– Исключительно для убедительности, – согласился Рейнардо.
Надо отдать должное, руки куда не надо он не тянул, обнимал ее за талию, но очень деликатно.
– А краснеть больше не будешь?
– Постараюсь, – он весело фыркнул. – Думаю, я уже привык, что ты спишь, закидывая на меня ноги, так что твою голову на моем плече как-нибудь потерплю.
– Я закидываю ноги?
– Ты не знала? – его это забавляло.
– Никто раньше не жаловался.
– Так я тоже не жалуюсь, – он пожал плечами. – Если уж совсем честно, Хена… – замолчал на мгновение, втянул носом воздух, словно собираясь с духом. – Мне нравится чувствовать, что я не один, что рядом есть кто-то. Я не хотел, чтобы ты ехала, но Эстебано очень настаивал, и теперь я вижу, что он прав. Понимать, что есть кто-то, кто готов помочь мне. И что я сам не имею право опустить руки, сдаться, потому что речь не только о моей жизни. Я должен защитить тебя.
Вот только не надо…
– Не ты меня должен защищать.
– Мы друг друга, – сказал он серьезно. – Только так у нас что-то получится. У Эстебано здесь свой человек. Думаю, в ближайшее время он свяжется с тобой. Это ко мне незаметно не подойти, но за тобой следят не так пристально, так что можно найти повод. Будь готова. Я не знаю, чем этот человек сможет нам помочь, но, вероятно, он знает тайные ходы из крепости, знает, как можно выскользнуть незаметно. Пусть не мне, но тебе, по крайней мере. Не смотри меня так, я сейчас не о побеге говорю. Меч Джангаши, конечно, отличный, но не думаю, что у нас будет возможность воспользоваться им. Думаю, скоро придут и потребуют от тебя его отдать. Отдай, не сопротивляйся, не провоцируй конфликт. Как только будет возможно выйти в город, стоит найти оружейника и заказать небольшой нож с сердцевиной из нужного сплава. Возможно, два ножа. Деньги у меня есть, хватит. Возможно, тебе подскажут оружейника, у которого такие ножи уже есть готовые, чтобы забрать сразу.
– Я все сделаю, – сказала Хена.
Такой разговор ей больше нравился. Когда понятно, что делать – всегда проще. Когда есть задача, есть цель.
Только вот вдали, на дорожке, заметила человека, смотрящего на них. Прижалась к Рейнардо крепче. Он чуть вздрогнул.
– На нас смотрят, – сказала шепотом. – Нам еще нужно играть влюбленных?
– Думаю, не помешает, – сказал он. – Будем придерживаться игры. Мне, наверно, стоит как-то поактивнее обнять тебя? Мы ведь не зря тут уединились, а то еще подумают, что мы план побега обсуждаем.
Будем придерживаться. От влюбленных парочек, занятых друг другом, обычно меньше всего ожидают подвоха.
Рейнардо как-то чуть иначе обхватил ее за талию и попытался… Что это он пытался? Завалить ее на травку? Не убедительно. Ладно, Хена поддастся. Дальше страстных объятий ведь дело не пойдет? Хену, конечно, сложно удивить, но… не пойдет точно. Это игра, не более. У него глаза почти испуганные, и вовсе не мертвыми монстрами, а тем, что он сейчас пытается сделать.
Хена обняла Рейнардо сама, и откинулась на спину, завалив принца на себя. Он успел подставить руку, опереться, и все равно, теперь почти лежал на ней. Его дыхание на ее щеке. А его щеки идут красными пятнами.
  
– Поцелуй меня, – шепотом сказала Хена. Просто любой бы мужик в таком положении поцеловал, и будет смотреться странно, если они вот так просто будут лежать и разговаривать.