Четвертый принц

– Опрометчиво было ехать сюда, – сказал он. – Остальное уже не так важно.
– Но… ты же понимаешь, что она от тебя хочет?
– Конечно, понимаю, – холодно ответил Рейнардо. – Ей нужно знать о планах моего отца, о положении дел в Тартахене. Она думает, что польстившись на нее красивые глазки, я все расскажу ей.
Хена устыдилась.
Она старалась говорить тихо, чтобы слуга, идущий впереди, не слышал их. Кто знает, вдруг он понимает тартахенский?
  
– Но ты не расскажешь ей?
– Конечно, расскажу, – сказал Рейнардо. – Все, что она хочет услышать. Хена, не волнуйся, я прекрасно понимаю, что делаю. А ты можешь отдохнуть пока, посмотреть дворец.
– Я не могу пойти с тобой?
Он усмехнулся.
– Ты ревнуешь, моя радость? – сказал громко и кивнул на идущего впереди слугу.
Что если тот понимает?
Ладно, Хена поддержит это. Лучше не рисковать, они обсудят наедине.
– Мне не нравится, как она на тебя смотрит! И она слишком красивая!
– Слишком? – Рейнардо поднял бровь.
Как там ревнуют настоящие женщины? Если у Хены появляется повод для ревности, она просто идет и объясняет Карлосу, куда он должен катиться. И в морду дать может, если есть за что. Или не Карлосу… но такое в ее жизни бывало не часто… а Карлос потом месяц за ней ходил, уговаривал, рассказывал, как был неправ, Хена простила…
– Ты меня не любишь?! – громко возмутилась Хена.
Рейнардо весело усмехнулся.
– Очень люблю, моя радость! Но это ведь государственные дела. Она принцесса, и вдруг хочет поговорить о чем-то важном?
– Да она… – в этом месте запас фантазии Хену подвел, и она только смогла хмуро буркнуть: – Если будешь на нее так смотреть – яйца оторву!
Видела, как Рейнардо изо всех сил старается сохранить серьезное лицо, но ему весело.
– С тобой опасно иметь дело!
– Еще как, – согласилась Хена.
Очень хотелось сказать все это всерьез, не отпустить его. Принцесса действительно ей не нравилась, и все эти дела… Но разве может Хена запретить что-то? Она должна слушаться.
– Ваша комната, милорд! – слуга привел их, распахнул дверь. – Чуть позже вам подадут ужин.
– Благодарю, – Рейнардо кивнул.
Дождался, пока занесут его вещи, пока принесут воды – умыться, пока оставят одних.
– Все будет хорошо, Хена, – сказал потом, тихо и примирительно.
– Я должна охранять тебя, – так же тихо сказала она. – И если ты идешь куда-то один, то я никак не смогу помочь…
– Я не могу взять одну женщину на встречу с другой. Это будет выглядеть странно. Не волнуйся. Если кто-то захочет убить меня, то ему не нужно для этого заманивать меня в сад к фонтану. Это можно сделать проще.
Да, это так… Хена лихорадочно старалась собраться с мыслями. Все происходит не совсем так, как она ожидала.
– Подожди, – сказала она. – Эта принцесса сказала, что тебе позволено свободно ходить по дворцу? То есть, уйти отсюда тебе не позволено? За стены дворцового сада не пустят.
– Полагаю да, – сказал Рейнардо. – Не отпустят. Вдруг я надумаю сбежать.
– А я могу выйти?
– Хм, – он посмотрел на нее с интересом. – Ты можешь проверить. Только очень осторожно. И важно не только выйти, но и войти. Тебя могут не пустить назад.
* * *
Оставить принца одного было страшно. Отвернуться, отвлечься и упустить. Позволить ему идти куда-то одному.
Но Хена понимала, что ее страхи неуместны сейчас. Рейнардо прав, если кто-то захочет убить его, захочет что-то с ним сделать, то она помешать не сможет. С теми двумя гвардейцами, что теперь ждут у дверей и следуют за ним, Хена еще может справиться. Сомнительно, конечно, они тоже отличные опытные воины, но тут надеяться на что-то можно. Но во дворце не двое гвардейцев, и нужно только подать сигнал, как прибежит целый отряд.
Да, стоило принцу вечером выйти из комнаты на встречу с принцессой, как из полутемной ниши вышли двое, последовали за ним. Охрана не особенно скрывалась, но и не бросалась в глаза. Они всегда будут где-то рядом. Свобода гостя во дворце иллюзорна.
Будут ли так следить за Хеной – вопрос. Она решила разобраться.
С одной стороны, лично Хена никому не нужна. Таких как она – тысячи. У нее нет ни силы, ни связей, она вообще никто. Ее дали принцу только потому, что надо было кого-то дать, нехорошо отправлять принца одного. «Чтобы всем было спокойнее».
Есть шанс, что у нее больше свободы, просто потому, что не принимают всерьез.
Рейнардо ушел, а Хена тихо вылезла в окно. Второй этаж, широкий карниз, декоративные колонны, каменные птицы, украшающие стены – перелезть из одного окна в другое не составляет труда. Вопрос лишь в том – куда она хочет попасть дальше.
На крышу – осмотреться, для начала.
Дворец – это не крепость, целый город, на первый взгляд кажется, что войти и выйти проще простого. Но стены есть, они просто прячутся за деревьями, чуть ниже по склону холма. Еще ниже – вода, здесь место слияния Сойхи и Джахеза. Стена, выходящая в сторону города – с другой стороны.
Более тридцати башен, трое ворот. Ворота нужно посмотреть все – как охраняются, много ли народу через них идет. Городские ворота Хена видела раньше, но только с той стороны. Разумнее – пытаться выбраться в город. Но даже в толпе ей сложно затеряться среди смуглых темноволосых местных. К тому же, на ночь ворота закрываются, если и идти там, то днем. Возможно, найти другую одежду, пройти рядом с повозками…
Пытаться выйти к реке – дело сомнительное, берег хорошо просматривается, случайные люди там не ходят. С другой стороны, никто не ждет, что Хена отправится туда.
Мост через Сойху, выходящий на Соленый тракт до портовой Иль-Сатры у третьих, Подъездных ворот чуть в стороне. Но до Иль-Сатры далеко, чтобы сбежать туда – не стоит и думать.
Ладно, сегодня она хочет только посмотреть.
И если присмотреться – видно крошечную фигурку в розовом платье за деревьями. Рейнардо одет в темное, он совсем теряется в темноте, но… их там двое. Стоит усилий уйти и не смотреть. Сегодня ее задача не следить за принцем, а изучить дворец.
Но сердце не на месте.
Хена вернулась поздно ночью, почти под утро, но Рейнардо ждал ее.
– Хена! – он почти вскрикнул с облегчением, когда она влезла в окно.
Так и сидел, не раздеваясь, без света.
– Еще не спишь? – удивилась она.
– Тебя жду, – сказал он. – Вдруг что не так, придется бежать и спасать.
– И как же ты будешь меня спасать?
– Не знаю, – он усмехнулся, но так невесело. – На месте разберемся. Объяснять, что ты делаешь там, где тебя поймали.
– Я осторожно, меня не поймают.
– Очень надеюсь, – он пододвинул ближе кувшинчик на столе. – Хочешь вина?
– Ты тихо напиваешься в ожидании, – Хена попыталась улыбнуться.
– Нет, – сказал он. – Я жду тебя. Вдруг бежать придется, а я напился уже…
Кувшинчик на самом деле полный. Рейнардо налил в два бокала.
– Что-то не так, да? – тихо спросила Хена.
– Да нет, все так, – он пожал плечами. – А ты нашла что-нибудь интересное?
Взял бокал, отпил немного.
Ох, Хене это не нравилось. Впрочем, в последнее время ей не нравилось абсолютно все.
– Сейчас ночь, ворота закрыты, но днем я еще схожу туда, посмотрю, можно ли мне пройти. Стена, выходящая к городу, хорошо охраняется, там постоянные патрули, даже сейчас. А вот на стену со стороны моря можно выйти свободно. Дозор на башнях есть, заметить могут, но я ходила там, никто мешать не стал. Стены не слишком высокие, если скинуть веревку, то можно спуститься, особенно, если попасть в правильное время смены караула или чем-то отвлечь. Сейчас тихо, войны нет, следят за стеной вполглаза. Не уверена только, что мне удастся незамеченной забраться обратно этим путем…
  
– И не надо обратно, – хмуро сказал Рейнардо. Взял бокал, выпил до половины, покрутил. – Не возвращайся.