Мастер печали

– Докажи.
И, не дожидаясь ответа, бросился на Аннева. Тот отклонился назад, опершись на левую ногу, и парировал удар лезвием топора. Потом прыгнул вперед, целясь мечом Содару в бок.
Но Содара на прежнем месте уже не оказалось: нырнув под меч, он перекатился по полу и стоял на одном колене позади Аннева.
«Вот это скорость. Не могут старики так быстро двигаться, – удивился про себя Аннев, и тут же в его памяти всплыли вопросы, которые он собирался задать Содару. Он снова почувствовал себя преданным. – Нужно придумать, как вывести его на чистую воду».
  
Он повернулся через левое плечо и плавно отступил назад. Теперь они с Содаром вновь стояли лицом к лицу. Однако едва Аннев взмахнул топором, готовый отразить следующую атаку Содара, как тот снова его удивил: схватил за локоть, подставил плечи и резко поднялся на ноги, а Аннев, перекатившись через его спину, грохнулся на пол с такой силой, что дыхание перехватило. Топор отлетел в сторону, а острие меча Содара уперлось ему в грудь.
– Преимущество ведения боя двумя руками, – произнес старик, глядя на распростертого ученика, – заключается в том, что ты одновременно и блокируешь, и наносишь удар. Но только если ты одинаково хорошо владеешь обеими руками. Они должны действовать синхронно. – Он убрал меч и протянул Анневу руку. – Этому навыку непросто обучиться. Вот почему я всегда предпочитал посох – или меч и щит.
Аннев нехотя принял руку и поднялся на ноги.
– Но щитом можно лишь защищаться. А с топором в слабой руке я сразу и защищаюсь, и атакую.
Содар улыбнулся:
– Не сказал бы, что левая рука у тебя слабая.
Аннев насупился:
– С чего ей быть сильной, если я пользуюсь в основном правой?
Содар пожал плечами:
– Ты отлично управляешься обеими руками, хотя, как мне кажется, левую ты слишком бережешь.
Он подошел к стойке, повесил меч и взял короткое копье.
– К твоему сведению, атаковать щитом можно – для этой цели он служит намного лучше, чем топор – для защиты. Если уж на то пошло, когда-то моим любимым оружием был именно щит.
«Это мой шанс, – подумал Аннев, подбирая топор. – Нужно задать ему какой-нибудь вопрос. Но так, чтобы не вызвать подозрений…»
– Щит? Не тот ли, что ты полировал прошлой зимой?
– Да, это он.
– У него вроде и имя есть?
Содар улыбнулся:
– Зуболом.
Отлично! Продолжай в том же духе.
– Это самый обыкновенный щит. Кого ты таким покалечишь? Нет, топор намного лучше.
– Это не обыкновенный щит – он часть твоей руки, как наручи. Так что покалечить очень даже можно. – Священник потер предплечье, погрузившись в воспоминания. – Сколько раз я оказывался безоружен – ни меча, ни дубины, – и верный Зуболом всегда спасал мне жизнь.
– Интересно – как? И почему ты назвал его Зуболом?
Содар воткнул копье в землю и оперся на древко.
– Ты помнишь, как выглядит щит?
Аннев кивнул.
– На лицевой части, по обе стороны от запястья, имеются шипы, а между ними – борозды. Это для того, чтобы перехватить меч врага и отвести в сторону. Если правильно повернуть предплечье – можно обезоружить любого, независимо от его оружия. Несколько раз я даже ломал мечи нападавших пополам.
– Значит… Зуболом, – протянул Аннев.
Содар кивнул:
– Шипы спереди незаменимы в бою. Ими можно отвести клинок или ударить человека в живот. А благодаря шипам в нижней части щита я отталкивал тех, кто пытался напасть с тыла. Но все же я предпочитал сражаться с мечом в одной руке и Зуболомом – в другой.
– А где ты его раздобыл? И кто научил тебя им пользоваться?
– Он достался мне давным-давно, в незапамятные времена. – Содар выдернул копье, отступил назад и крутанул оружие в руках. – А учителей у меня было множество: всадники, воины, священники.
Перехватив копье одной рукой, он направил наконечник на Аннева.
Аннев отпрыгнул, без труда уклоняясь от атаки.
– А тот торговец, который забрал тебя с собой?
– Я не помню его имени, – сказал Содар, делая еще один выпад, на этот раз выставив вперед древко. – В каждом городе его называли по-разному. Мне так и не удалось узнать, кем он был на самом деле.
«Как я тебя понимаю», – подумал Аннев, уворачиваясь и атакуя снова.
– Выходит, ты учился сражаться в дороге?
Содар пожал плечами:
– Скорее, на улицах городов. – Копье ударилось о широкий меч Аннева. – Больше всего я узнал, наблюдая за охранниками каравана. Перенял у них манеру биться на мечах, их приемы и хитрости. Не лучшая школа, откровенно говоря, но именно она дала мне важнейшие основы.
Он атаковал. Аннев, не удивившись, легко отразил удар и ответил стремительным выпадом. Его меч почти коснулся колена старика.
– Неплохо.
Аннев кивнул, по-прежнему держа меч в вытянутой руке.
– А кто научил тебя обращаться с копьем?
Содар принялся медленно обходить его по кругу.
– Священников обучают владению посохом. А это почти то же самое.
Ну еще бы. Аннев даже заскрипел зубами от злости. Ни для кого не секрет, что все даритские священники прекрасно обращаются с посохом, но он так надеялся услышать что-то не столь очевидное.
– А кто из учителей нравился тебе больше всех? Каким был твой наставник?
Вместо ответа священник крутанул копье вокруг себя, резко присел на корточки и пнул Аннева по ногам, но Аннев подпрыгнул, скрестив оружие перед собой, и мягко приземлился.
Содар выпрямился, и Аннев бросился в атаку. Меч и топор с грохотом ударились о копье, которое Содар выставил перед собой. Старик молниеносно отвел лезвие топора и ткнул Аннева в грудину концом древка. Аннев закачался, ловя ртом воздух, и выронил оружие.
– Да как ты это делаешь?
– Что именно?
– Как ты умудряешься так быстро двигаться? – Юноша нахмурился. – Это все магия?
Содар фыркнул:
– Конечно же нет. Жульничать в бою бесчестно.
Аннев смерил священника скептическим взглядом: как же, поверю я тебе. Однако не стал говорить этого вслух, а выхватил у Содара копье и швырнул в стену.
– Теперь будешь драться тем оружием, которое не знаешь.
Содар засмеялся:
– Ты не забыл, кто здесь учитель, а кто – ученик?
– Согласен или нет?
Священник расправил плечи:
– Что ж, выбирай. Только учти: в этом сарае нет оружия, которого я не знаю.
– Отлично, – произнес Аннев. – Тогда бери убойное бревно.
– Убойное бревно? – переспросил Содар. – Но я сделал его для демонстрации, а не для тренировки.
– Бери бревно, – упрямо повторил Аннев.
Старик не на шутку рассердился.
– Это оружие используют против закованной в латы конницы. Да оно весит больше тебя!
– Значит, ты согласен вступать со мной в бой лишь в том случае, если тебе дадут оружие, которым ты владеешь в совершенстве? Не очень-то честно с твоей стороны.
Содар воздел глаза к потолку, пробормотал что-то о днях рождения и подарках и направился в угол, где стояло метательное оружие.
– Вообще-то, – сказал Содар, поднимая обеими руками толстое восьмифутовое бревно с деревянным наконечником, – в бою такое бревно держали двое.
– Знаю, – сказал Аннев. – Еще ты говорил, что больше одного раза поднять его было практически невозможно, а потому в дальнейшем его заменили на какую-то там пращу.
– Поэтому ты его и выбрал.
– Поэтому я его и выбрал.
Содар кивнул и обхватил бревно поудобнее.
– Ясно. Вижу, с памятью у тебя все в порядке. Теперь давай проверим твою реакцию.
Он приблизился быстрее, чем Аннев успел подобрать оружие, и замахнулся неподъемным копьем, целясь своему ученику в голову. Аннев, пригнувшись, прыгнул вперед, и устрашающая штуковина врезалась в землю. Перекатившись по полу, Аннев схватил меч и топор и через долю секунды уже опять стоял на ногах.
  
– Куда подевалась твоя скорость, старик?
Содар взревел, поставил бревно себе на ногу, а наконечник направил на Аннева. Потом подбросил в воздух, целясь Анневу в левое бедро, но мальчишка кинулся навстречу и, оттолкнувшись от восьмифутового чудовища, через него перекатился.