Любовь в академии (СИ)

— Чудеса-а-а… — выдохнул демон. — Уже не знаю я, поздравить тебя с таким живым помощником или посоветовать обратиться к артефактору, чтобы он приглушил личность твоего сундука.
— Никаких артефакторов! Златозубик мне нравится таким, какой он есть.
Я невозмутимо открыла сундучок и сунула в него два учебника, тетради и ручку с начертательным карандашом. Им нужно было выводить руны для последующей активации. Об этом мне тоже забыли рассказать. Хорошо, что в книгах мамы все маги пользовались специальными  артефактами для магической каллиграфии.
***
Норгат
десятью минутами ранее
Тихоня не справлялась. Дракон чувствовал шторм эмоций, терзающий иномирянку. И это когда с практического занятия она точно вернулась в хорошем расположении духа. Будь это не так, Норгат бы почувствовал. Он вообще чересчур сильно реагировал на Тихоню. И Норгату это не нравилось. Будь он тупым драконом, давно бы обвинил Шумскую в досадном неудобстве и сделал все, чтобы выплеснуть на ней свое недовольство. Однако Норгат никогда не был придурком. Непробиваемым упрямцем — да, что добавляло седых волос его наставнику лорду Кхаалу.
Ректор тревожился из-за тающей защиты Норгата. Черные драконы его клана полностью подчиняли огонь к двадцати пяти годам и обрастали защитой, достаточной, чтобы отбить желание у других проверить ее на прочность. Но император требовал, чтобы Норгат прошел этот же путь до завершения учебы в академии.
Иначе не выживет.
У бастарда всегда немало тайных врагов в императорском дворце, но с тех пор, как император объявил Норгата преемником, против него ополчился весь цвет аристократии. Нет, конечно, никто не демонстрировал открытое неповиновение, но каждый шаг Норгата был под контролем, а его успехи в учебе изучали тщательнее, чем светскую хронику.
Успехи были впечатляющие, зато личная защита — дерьмо гоблина. И это когда Норгат не забыл, как ставить щиты, они просто рассыпались, словно не могли подпитываться от драконьего огня. Но Норгат точно знал, что сможет стать источником его защитной магической энергии.
И Шумской помогло бы. Отдай она ему энергию эмоций, самой бы полегчало.
Норгат с недоумением уставился на дверь адептки Шумской. И что на нее нашло? Почему именно сейчас? При расставании с Эдмардом она казалась довольной практикой. Неужели у нее откат, как у неопытного бойца после первой кровавой драки? Но ведь она участвовала в рейде защитников, эти чистоплюи всегда стараются действовать предельно аккуратно.
Тогда почему Шумская сейчас кажется шаровой молнией, мечущейся в замкнутом пространстве?
 
Норгат почти в гражданском)) И без укладки
Глава 12
Норгат
Услышав чьи-то шаги, дракон прижался к стене и набросил на себя маскирующие чары. Хорошо, что хотя бы они его не подводили. А вот выдержка была на пределе.
При виде смазливой рожи кузена Норгату тут же захотелось эту самую рожу поправить. А ведь Азаарт даже не куратор Шумской! Они всего лишь учатся на одном факультете. И все равно Азаарт стучал в двери девушки с таким видом, словно не сомневался — ему позволят войти.
Когда Азаарт вошел в комнату Шумской, Норгату почудилось, что он слышит, как крошатся его зубы. Хотелось немедленно толкнуть дверь и…
И выставить себя идиотом? Норгат не мог себе позволить скандал с кузеном. Не стоило всем напоминать лишний раз, что он не чистокровный дракон. Поэтому Норгат слился со стеной и приготовился ждать, сколько потребуется. У его группы уже началась практика на полигоне. Норгат не сомневался, что ему назначат штрафные баллы, но все равно он просто не мог отлипнуть от этой гоблинской стены и жадно прислушивался к эмоциям Любови Шумской.
ГЛАВА 12
 
Люба
Путь в зал для медитации оказался несложным. Мы с Азааром спустились на первый этаж замка по главной лестнице и долго шли по коридору, пока не влились в поток других адептов. Я сначала даже и не поняла, что меня окружают исключительно первогодки, а мы все движемся к одной цели, пока не увидела распахнутые золотистые двери в самом конце коридора.
— Магические источники изучает не только Третий факультет? — уточнила я у Азаарта.
— И защитники, и разрушители. Умение находить природные источники магии и использовать их — одна из базовых способностей.
Да, подзарядка нужна всем.
Азаарт рассказал, что со мной будут учиться будущие артефакторы, портальщики и поисковики, чувствующие огненную магию. Провидцы и эмпаты встречались у огненных рас нечасто, так что мы с Азаартом были в какой-то степени уникумами. Главной отличительной чертой магов с Третьего факультета была повышенная восприимчивость к магии как таковой, они с легкостью улавливали ее и восстанавливались, но при этом не умели накапливать и использовать большие объемы магической энергии, как боевые маги и маги-защитники.
— Не переживай. Общее занятие — это не страшно. Конечно, боевые и защитники будут задирать нос.
— Когда слишком сильно задираешь нос, можно врезаться в стену, — хмыкнула я.
— Мне нравится твой настрой. Считай это возможностью увидеть главных конкурентов на Янтарный пламень.
Я уже столько слышала об этой “медальке”, что мне даже стало интересно, что она дает и как зарабатывается. Я предположила, что все адепты выполняют какие-то особые задания, которые им назначают преподаватели.
И ошиблась.
Если бы Янтарный пламень выдавали исключительно за магические достижения, то у первогодок не было бы шанса превзойти старшекурсников. Но условия победы включали и общие учебные достижения, и количество наказаний, и качество их отработки, и…
Полный список не знал даже Азаарт. И все-таки демон был уверен, что заветную янтарную штуковину получит лишь тот курс и факультет, который был ее реально достоин.
— Так что этот пламень дает? Помимо уважения, почета и тыщи очков к репутации?
— Ты мыслишь слишком приземленно… — Азаарт важно раздул щеки.
— Право на открытие портала любой сложности, недельную гулянку в столице и сундук всякого полезного в учебе барахла! — с восторгом объявили позади меня. —  Эм! Я не подслушивал! Вы просто громко обсуждали.
Обернувшись, увидела слегка испуганное лицо Дойла. Судя по эмоциям и тому, что он смотрел исключительно на Азаарта, мой одногруппник испугался старшекурсника.
— Не бойся, Дойл, он на новичков не бросается, — уверенно объявила я и посмотрела на Азаарта. — Благодарю, что проводил. Дальше мы сами.
Мне хотелось, чтобы верзила-демон ушел. Азаарт был намного выше и мощнее маячивших рядом первогодок. Во время учебы маги развиваются не только энергетически, идет и ускоренное физическое развитие.
— Какой вымахал, — с завистью протянул Дойл и приосанился.
— Ничего, будешь хорошо кушать и через пару лет, станешь не ниже, — подхватила я, желая приободрить одногруппника.
— Хорошая ты, Люба, — неожиданно выдал Дойл.
— А что обычно все кругом плохие?
— Мы же первый курс. Тут не неплохие, а просто пока каждый сам за себя. Все боятся, после первых зачетных занятий кого-то отсеют. Мало поступить в Академию Пламени — надо суметь в ней учиться и продемонстрировать значительный прогресс в учебе. Тебе совсем сложно будет. Но ничего, твой куратор наверняка что-то придумает.
Н-да…
Ректор точно что-то придумал. Иначе стал бы он говорить о неспешной адаптации? Зато понятно, почему Азаарт порывался напоить меня зельем, которое должно было бы помочь мне научиться читать. И как удачно, что Эдмард собирался сопроводить меня на следующее занятие по ментальным щитам. Смогу поинтересоваться перспективами и прикинуть вероятность своего отчисления.
Дальнейшие рассуждения споткнулись о реальность, ведь я очутилась в зале, где многие адепты сидели на разноцветных ковриках для йоги. Но если коврики меня просто удивили, то огромные белоснежные и явно металлопластиковые окна во всю стену “добили” окончательно, я едва не пропустила мимо ушей блаженный вздох Дойла: