"Фантастика 2025-188". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Соло постучал костяшками пальцев по собственному виску.
– Ты ничего не знаешь, парень… Кем бы ты ни был, ты обязан уважать Кай. Она не просто черная вдова, она сдерживает харпагов. И если бы не Кай, их было бы намного больше… во стократ больше. Для борьбы с ними Кай нужны огромные силы. Она получает их вместе с плотью молодых адептов. Нам приходится с этим мириться и добровольно предлагать ей новую кровь. Мы все поклялись ее кормить.
  
– Это ж сколько народу она сожрала?
– Никто не считал. Но теперь ты в их число не войдешь, если уж на то пошло. Скормим ей кого-нибудь другого.
Почему-то на Кай мне было сейчас особенно наплевать.
– А кто такие харпаги?
Соло помрачнел.
– Они приходят на закате. Наблюдают за нами, смотрят, у кого какая защита, выбирают жертвы и проверяют уязвимые места. И раз в месяц обрушиваются на город толпой. Мы называем это Часом Тишины. Харпаги питаются кодо. Эти твари есть не только в Ронстаде, они есть везде. Но именно здесь их самое лакомое место. Когда-то вместе с Кай город защищал сам Архитектор, пока не ушел искать… – Соло резко смолк, понимая, что сболтнул лишнего. И добавил, поморщив нос: – Пошел ты к черту, Рэй!
– Тогда наливай, – не стал спорить я. Оглядел раскрасневшуюся от выпивки физиономию Соло. – Ну что? За общее дело?
– У нас пока нет никаких общих дел. – Соло снова наполнил стаканы ромом. – Но если ты выкинешь какой-нибудь финт, приятель, я не просто скручу тебе позвоночник. Я тебе его в задницу затолкаю. Тогда ты пожалеешь, что Феликс тебя сразу не прикончил. Ты из Ронстада от меня никуда не денешься, малец. Да и за его пределами мои люди тебя отыщут и живьем в могилу зароют, если ты меня облапошить рискнешь.
– Живописно выражаешься, – усмехнулся я.
Мы чокнулись и выпили.
Это была уже третья порция адского напитка. Мой голодный желудок впитывал ром, как губка, и отправлял в кровь лошадиные дозы спирта.
– Вижу, ты парень не промах и не трус, – после долгой паузы сказал Бартоло. – Таких я уважаю. Мне уже в красках порассказали, какую схватку вы с Феликсом устроили… Если ты не лажанешь с нашим, далеко не общим, делом, я приму тебя в клан. Женю на одной из своих племянниц.
– Думаешь, я достоин клана Соло? – уставился я на него.
– Тот, кто смог одолеть Феликса, достоин любого клана, – серьезно ответил Соло. – Феликс – адепт сильный, он владеет искусством ментального чтеца. К тому же медион. С ним никто не мог справиться. Даже Терри, а она очень хваткая… но ей до тебя далеко.
– Это большая честь, Бартоло, – кивнул я с напускной готовностью. – Хотя жениться я не спешу… сам понимаешь… но… э-э… А твоя племянница симпатичная?
Соло усмехнулся.
– Ты про Терри? Да симпатичная-то она симпатичная, но упря-ямая. Все мозги вынесла. Один к ней сватался, а она парней к себе не подпускает, говорит, что создана для высшей цели. Ну вот и пусть послужит роду. Вчера устроил ее в школу Сильвер. Там такие страсти среди кланов… и у нас тоже свои интересы…
– И что там?.. – от нетерпения я задержал дыхание.
Но тут в тишину зала ворвались громкие голоса.
Ввалился народ, кто-то рассаживался за столики, кто-то поспешил к бару, кто-то уселся на деревянные лавки у стен. Разгоряченная толпа заполонила собой все пространство, за последние полчаса показавшееся мне таким уютным.
– Смотри-ка, кабаре открылось, – ухмыльнулся Соло. – Вот сейчас, парень, ты увидишь, что такое «Красный капкан». Хах! И потом не говори, что Бартоло не показал тебе самое сладкое место в своем городе.
Зал оглушили аплодисменты. Такие громкие, что я поморщился.
Сейчас я ненавидел каждого присутствующего: эти говнюки помешали мне узнать, что же Бартоло знает об Архитекторе, а заодно и о его доме на Берроуз, превратившемся в школу.
– Смотри. Тебе понравится. – Соло уставился на сцену. – Таких грязных искусств ты еще не видел.
Я вздохнул и без особого желания перевел взгляд на занавес из плотных алых тканей.
  
Глава 9. Пять Грязных Искусств
 
Свет в зале потух. Открылся занавес.
На потолке вспыхнули красные фонари, осветив лишь сцену и сидящую за роялем девушку, облаченную в алый балахон с капюшоном.
Она положила пальцы на клавиши, выдала мягкий аккорд и хрипловато запела:
– Посмотри… посмотри, как я красива, мой мальчик… посмотри, нравлюсь ли я тебе, мой мальчик?..
Меня бросило в дрожь.
Этот голос я уже слышал.
На сцене появилась вторая девушка, тоже в красном длинном балахоне.
– Это Лия. Первое искусство, – улыбнулся Соло. – Она ментальная чтица. Я спал с ней уже тысячу раз и не перестану этого делать… она та еще выдумщица, и с фантазией у нее все в порядке…
Свет ослепил вспышкой, и я зажмурился.
Когда же открыл глаза, то артистка, которую Соло назвал Лией, уже сбросила с себя балахон, оказавшись в тугом черном корсете и многослойной пышной юбке до самого пола.
По залу пронеслось одобрительное гудение.
Я кашлянул, покосился на Соло. Он оценивающе оглядывал Лию.
– О, фея… фея…
Рояль заиграл громче.
Ментальная чтица заговорила. Тихо, почти неслышно. Ее глаза вспыхнули белым светом, как у Феликса. Она начала колдовать над зрителями, заклинала толпу, а толпа позволяла ей это делать.
Мужчины за столиками подавались вперед, забыв о выпивке и болтовне, в глазах каждого зарождался дух горячего безумия.
Одним коротким движением девушка отстегнула и сбросила юбку. Под ней скрывалась вторая, уже до колен. Рокот разгоряченных голосов снова пронесся по залу.
– Хороша, – сказал Соло. – Ну ведь хороша же, Рэй. Как тебе? Ты бы тоже такую хотел, а?..
Я вздохнул и развалился в кресле. Выпитый алкоголь все сильнее туманил сознание, но я заставил себя смотреть это идиотское шоу. Все равно деваться некуда.
Прохаживаясь по подиуму, пританцовывая и замирая в манящих позах, Лия сдернула с себя вторую юбку, оставшись в соблазнительных черных чулках и в том, что сложно назвать одеждой даже с натяжкой. Что-то похожее на гирлянду из коротких красных перьев.
Неплохо…
При этом девушка не переставала колдовать, разогревая фантазию страждущих. По стенам кабаре замелькали полупрозрачные фигуры обнаженных женщин… ну… или у меня разыгралось воображение. Хрен разберет, как влияет на мозги ментальный чтец.
Соло смотрел на меня и ухмылялся. Он явно знал, какие картины по желанию Лии множатся сейчас в моей пьяной голове.
Рояль заиграл громче и сочнее. Его усиленный магией звук проникал во все уголки зала.
Под гул толпы в расход пошли перья. Девушка осталась в красном бюстгальтере и таких же трусиках. Повернувшись к залу спиной, артистка стянула верхнюю часть белья, отшвырнула его в сторону. И медленно развернулась, демонстрируя небольшую изящную грудь в россыпи блесток, чуть прикрывающих соски.
Зал взорвался гулом и свистом.
Погасли фонари сцены и тут же вспыхнули снова. Рояль не переставал выдавать мелодию.
Лии на сцене уже не было, а на ее месте стояла другая девушка. Она тоже размашисто скинула с себя алый плащ. Но ее сценический костюм был совсем другой: обычное платье до щиколоток, вполне благопристойное, даже целомудренное. Такие носят скромные ученицы гимназий.
Девушка подняла руки над головой, и по ткани сверху вниз пронеслась волна молний. Потом платье, волосы и кожа артистки покрылись крупными каплями росы… чтобы через мгновение вспыхнуть пламенем. Еще пара секунд – и одежда на девушке сгорела. Остались только блестки, такие же, как были на Лии.
– Это Дороти, Второе искусство, – пояснил Соло с таким видом, будто с ней он тоже спал тысячу раз.
  
Артистка владела искусством элементалей, как Генри Ордо, и ловко управляла стихиями с помощью собственного тела. А пока она колдовала, на ее лице все отчетливее проявлялись кошачьи черты. И готов поспорить, что я услышал даже мягкое звериное урчанье.
– Как тебе, Рэй? – услышал я вопрос Соло, но даже не взглянул на здоровяка, да и от сцены отвернулся.