Макс Лазарь (СИ)
Вранов приподнял брови.
— Вот как вы заговорили? — произнёс он. — Что ж, тогда вам действительно пора покинуть мой кабинет. А что касается моей семьи — я сумею её защитить. И вы правы, никакие деньги не имеют значения, когда на кону честь рода. У Врановых она есть. А Селивановы, оказывается, свою обменяли по выгодному курсу.
Старик покачал головой и вышел. Конверт он забирать даже не попытался. А отец перевёл взгляд на камеру, которая всё это время работала, и поднял трубку стационарного телефона.
Михаил Григорьевич Селиванов через два дня после того, как эту запись отец показал мне, был изгнан в Долину. Его отец получил крупный штраф за попытку подкупить губернского прокурора. А через несколько лет я видел, как умирает моя семья.
* * *Этот сон-воспоминание оборвался резко — сработал будильник. Так что, пребывая не в лучшем настроении, я отправился на место встречи с караваном. Ночной Дэйлград не спал, жизнь в нём продолжала кипеть, и я мог наблюдать за тем, как ярко светятся вывески заведений и лавок.
Караван представлял собой три машины — два броневика, сильно уставших и побитых жизнью, со следами когтей, зубов, расплавленного металла и дырок от пуль. Третьим оказался грузовик, в котором уже было сложено непонятное мне оборудование.
Всё к моему прибытию уже было готово. Несколько типично одетых для Долины наёмников садились в машины. Девушка с эмблемой Го-Ли на груди командовала, проводя последний инструктаж для водителей.
— А, явился, — повернувшись ко мне, хмыкнула она. — Чуть не опоздал.
Я демонстративно пожал плечами.
— Мне сказали явиться в четыре утра, сейчас три пятьдесят шесть, — ответил я. — В какой машине осталось место для меня?
Она окинула меня внимательным взглядом.
В отличие от остальных, использующих укреплённую кожу в качестве примитивного доспеха, на мне был полноценный бронежилет, защита на бёдрах и руках. Шлем болтался на согнутом локте левой руки, в пальцах которой я перекатывал выданную Ольгой эмблему.
Автомат висел за плечом, пистолет — в кобуре на бедре. Я был не столько опасен, сколько защищён. На первый дилетантский взгляд, само собой.
— Инга Тальберг, официальный наёмник клана Го-Ли, — представилась караванщица. — Твоё непосредственное начальство. В дороге можешь называть меня по имени.
— Так точно, — с нарочито туповатым лицом ответил я, приставив руку к голове. — Макс Лазарь явился для выполнения задания.
Моего юмора она не оценила. Впрочем, и устраивать больше споров не стала. В конце концов, я тут наёмник всего лишь, а не профессиональный боец клана. Откуда мне знать, какие у них нормы поведения и общения?
— Садись в замыкающий транспорт, Лазарь, — кивнув в сторону нужной машины, распорядилась Инга. — И по дороге гляди в оба, мы едем восстанавливать помпы, которые находятся в нескольких часах от города. Не знаю, что тебе обещали в департаменте, но на моей памяти ещё ни разу не было спокойно поездки. Так что опасности обязательно будут, и советую тебе быть к ним готовым. Плохо себя покажешь на этом задании — и ни один клан тебя никогда к себе не пригласит.
Ну, это было громкое заявление.
Как я понял, стать частью того или иного сообщества тут мечтали все. Потому что клан давал защиту и доступ к своим ресурсам, обеспечивал не только заработком, но и социальными гарантиями. Естественно, в соответствии с твоим внутренним табелем о рангах. Но у меня не было цели вступить в эти дружные ряды, чтобы просиживать штаны в боевой броне перед дверью в очередное помещение.
Я пришёл сюда за деньгами. Да и глупо дворянину, пусть пока что и пропавшему без вести, идти на службу к каким-то колонистам. Если бы я вступил даже к лояльным Российской Империи Рябининым, мой отец бы в гробу перевернулся. Как и все остальные предки.
— Замётано, — кивнул я и отправился занимать своё место.
Машины сдвинулись с места ещё минут через десять. Честно распределив между собой время дежурства, наша пятёрка, сидящая в кузове, разделилась. Мой черёд спать был первым, так что я надел шлем, пристегнулся и, откинувшись на стенку машины, заснул уже безо всяких сновидений.
— Тревога! — разбудил меня крик, и я схватился за оружие раньше, чем открыл глаза. — На нас напали!
Что ж, время веселиться.
Глава 3
— Раздельники! — выкрикнула Инга по рации, вмонтированной в нашу машину.
Естественно, я подготовился в библиотеке и полистал местный бестиарий. Чудовищ, которые обитали в Долине, хватало в избытке, и о многих было до смешного мало информации. Про раздельников её было достаточно.
Припав к бойнице, я нашёл взглядом ближайшую тварь.
Внешне они походили на помесь кота сфинкса и добермана. Громадная двухметровая в холке туша с кожаными складками грязно-серого цвета, под которой перекатываются волнами тёмно-синие прожилки. Вытянутая пасть с множеством острейших зубов — в два ряда, и достаточно мощной челюстью, чтобы можно было перекусывать бронепластины. Помимо двух пар лап, на груди имелась ещё пара поджатых конечностей с кривыми когтями-крючьями. Ими эти твари разделывали жертву, откуда и пошло название.
Три пары сияющих синим огнём глаз располагались друг над другом, и хотя днём видели не очень хорошо, отлично улавливали тепло и движение. Так что неудивительно, что караван не прошёл мимо их внимания.
— Валите их! — приказала Тальберг.
Я наложил на себя «Око» и, припав к прицелу, поймал в перекрестье ближайшего хищника. Плотная шкура держит стандартный патрон, но я и не собирался портить товар, который можно неплохо продать.
Первый выстрел ударил меня отдачей по плечу, и я перевёл ствол в другую сторону, выискивая следующую тварь. Однако остальной конвой тоже не спал, и над нашей головой загрохотал установленный на броневик пулемёт. Высаживая один патрон за другим, он распотрошил раздельника в клочья.
Я повторил заклинание, и сразу же ощутил, как подступает слабость. Я не слишком сильный чародей, и всего десяток заклинаний оставит меня с пустым резервом, а потом придётся ждать целый час, пока он восполнится. Но выбора не было — по контракту моя добыча — 20 процентов от прибыли с продажи. Так что, пока идиот за пулемётом не перепортил туши, следовало торопиться.
На крыше раздался грохот и скрежет — один из стаи раздельников оказался наверху. И наверняка сейчас попытается оторвать пулемёт, оставив кусачую машину беззубой.
— Сбейте его на хрен! — завопил водитель, который и управлял турелью со своего места через очки.
Но никто ничего сделать не успел. Над нами прозвучал жуткий скрежет, а за ним — оглушительный визг, от которого помутнело в глазах. Я почувствовал, как пальцы на автомате задрожали, но быстро взял себя в руки.
Что этот писк кота, которому наступили на яйца, для того, кто в воронке в землю вжимался под кассетными залпами?
Неприятно, конечно, но это не повод бросать дело на полпути. Так что я перешёл к следующей бойнице и, поймав раздельника на впередиидущей машине, выстрелил. Тварь завизжала в унисон с той, что уже приступила к вскрытию нашей крыши.
Промазал всё-таки.
Ещё раз повторив «Око», я выстрелил вновь. На этот раз раздельник покачнулся и, орошая соседний транспорт синеватой кровью, рухнул на землю.
— Ты куда, дурак⁈ — услышали мы полный негодования крик Инги, и я увидел, как из второй машины выскочил наёмник.
Он успел только вскинуть ствол, наводя его на ближайшего раздельника, но на этом его путь окончился. Со спины к нему мягко подскочил другой зверь и, схватив верхними лапами за плечи, второй парой коротких конечностей порвал шею, отделив голову от тела. Кровь брызнула фонтаном, орошая транспорт, который поспешно закрыли оставшиеся внутри люди.
Раздельник не стал жрать тело сразу, вместо этого выпустил добычу и, оттолкнувшись ногами от земли, подпрыгнул выше крыши и приземлился на наш броневик. Вдвоём они с первым монстром принялся раздирать бронирование.