Флоридский ветер перемен (СИ)

Он продолжает перебирать мои волосы, успокаивая нас обоих. Крепко придавливает к себе, а я утопаю в этой спокойной трепетной ласке. Каждое его движение производится с такой бережностью, что заставляет ныть мое сердце.
Как же мне хочется, чтобы это никогда не кончалось.
— Устала? — Тихо спрашивает Тай и нежно оставляет дорожку поцелуев на моей щеке.
Отрываюсь от его плеча и поднимаю взгляд, что увидеть на его лице не знаю что:
  
— Нет, — Произношу и рассматриваю потеплевшие кофейные глаза. Его рука перемещается на мою скулу, палец нежно описывает круги на нижней губе. И это простое касание приносит новую порцию упоительных чувств.
— Где ты был весь день? — Так же тихо спрашиваю, запуская руки под его футболку. Горячая кожа обжигает мои пальцы, не давая возможности оторваться от него. — Что ты делаешь на Джуно?
— За тобой приехал, — Неторопливо отвечает, улыбаясь, и оставляет легкий поцелуй на губах. — Один добрый человек подсказал, где тебя искать и пришлось догонять свою непоседу.
— Кто была та блондинка, которая активно наглаживала твои плечи?
И снова этот грудной смех, который сейчас вызывает у меня чувство блаженства, потому что обида куда-то улетучилась.
А потом он снова целует меня и крепко сжимает в своих объятиях:
— Кимберли. Ты встречалась с ней в Майами на пляже.
— Твоя бывшая?
— Да, и такой она и останется. А еще тебе стоило заметить, что её поглаживания я очень быстро пресёк. Но ты же у меня рассвирепела за секунду и не соизволила досмотреть картину до конца.
Моя гордость требует, чтобы я бойко опровергала его теорию, но вместо этого я лениво протягиваю слова:
— Ничего я не свирепела.
— Нет конечно. И не ревновала ни капли, — Теплые руки гладят мою спину, делая меня растаявшей желешкой, от чего совсем не хочется вступать в баталии.
— И не ревновала.
— Ладно, я тебя тоже не ревновал утром. Все нормально. Мы совсем не ревнивые, — Слышу лукавые ноты в голосе, а следом чувствую укус в шею. Не остаюсь в долгу и осуществляю свою давнюю мечту — вгрызаюсь в его плечо.
А еще ловлю себя на мысли, что хочу искусать его всего. Этот мужчина очень плохо на меня влияет.
— В кровать свою пустишь? — Шутливо спрашивает, между делом продолжая оставлять отметины на моей коже.
— Нет, — Отвечаю в том же неунывающем тоне, покусывая его впадинку между плечом и шеей.
— Тогда поехали за новым диваном.
Бросаю свое занятие и удивлено поднимаю на него глаза.
— Иначе мне светит сколиоз, — Со смешком припечатывает, снова запуская руки в мои волосы. Как же мне нравится это светлое выражение лица на нем, игривая улыбка преображает его до неузнаваемости.
Смотрю в эти глаза и понимаю, что обречена. Я понимаю, что у меня нет шансов выйти победителем из этой захватившей стихии.
Глава 50 
Тихо спускаюсь по лестнице, чтобы не разбудить Тайлера. Мягко ступаю на паркет, с улыбкой поглядывая в открытые двери гостиной. Мой маньяк очень заманчиво сжимает подушку, одной рукой свесившись с нового дивана.
Да, мы вчера все-таки съездили за новым диваном. Никакие уговоры его не остановили. Старый пришлось утаскивать на чердак, потому что без согласия тети Майка я не решилась его выкидывать. Тайлер не только купил диван, он еще организовал его доставку и озадачил на помощь смены дислокации старого.
А еще к нам вчера вечером приехали устанавливать кондиционер и мне оставалось только изумляться оперативным навыкам этого сумасшедшего мужчины.
Смотрю на умиротворенное лицо мистера Равьера, тихо посапывающего в подушку, и давлю в себе смешки. Кто бы мог подумать, что судьба так развернет нашу историю. Отличный сюжет для какого-нибудь фэнтезийного романа.
Пялюсь на своего красавчика еще немножко и беззвучно ухожу в сторону кухни. Достаю турку и завариваю себе живительный утренний напиток.
Блуждаю мыслям по воспоминаниям вчерашнего вечера, рассматривая дом Мэдисон. Вчера был великолепный вечер. Он был настолько восхитительным, что мне страшно. Страшно от того, на сколько сильно мне хорошо с Тайлером.
И снова улыбаюсь, вспоминая, как мы вчера не могли оторваться друг от друга, самозабвенно целуясь на новом диване. Я не знаю, как это удавалось Тайлеру, но он не переступал грань, зато смело отправлял меня туда — мои ручки оставили следы на каждом миллиметре его божественный плеч.
Пугает на сколько быстро он просачивается в мою жизнь, а страшней всего — насколько глубоко он пускает в ней корни. Как я буду отвыкать от этого потрясающего мужчины, от которого сила чувствуется на расстоянии? Мой эстроген давно впал в зависимость от его тестостерона.
У меня впервые такие эмоции к мужчине. Наши вчерашние поцелуи не сравняться ни с чем, ни с одним мужчиной у меня не было такого помутнения рассудка. Эти ощущения сравнимы с сильными наркотиками, которых я никогда не пробовала, но о действиях которых понимаю сейчас очень многое. Он — мой личный наркотик. А последствия употребления наркотиков мы все прекрасно знаем.
В поисках защиты от печальных мыслей стискиваю горячую кружку. Не думать о будущем — лучшее средство в данной истории. Живем настоящим и радуемся.
Пока наслаждаюсь первыми лучами солнца, показавшимися над крышей дома подруги, один очень наглый паршивец пристраивается ко мне сзади, вдавливая в столешницу. Не менее наглые руки начинаю странствия по моему животу, а шея покрывается мурашками, когда на нее опускаются очень шаловливые губы:
— О чем задумалась, красавица? — Слышу низкий пробудившийся голос с хрипотцой и почти теряю сознание от удовольствия.
— О жестоких мужчинах, — Честно признаюсь, не боясь быть высмеянной. — Которые оставляют дыры в девичьих сердцах.
Тяжелая ладонь опускается мне на мягкую точку с характерным звуком:
— Не понял, — Следом Тайлер оставляет укус на моей готовой к этому шее. Кусаться он любит не меньше моего. — О каких еще мужиках ты смеешь думать?
— Да есть тут один, — Улыбаюсь, наслаждаясь его нежными поцелуями поверх поверженной кожи.
А потом меня резко разворачиваю к себе и усаживаю на кухонной столешнице рывком за талию. И когда он запускает свои руки в мои волосы я забываю обо всем на свете. Вот это и есть то самое, о чем я думала — как жить потом без этих грубоватых прикосновений смешанных с нежностью поцелуев?
— Я надеюсь, предупреждений об общении с Сидманом мне делать не надо? — Его потяжелевший взгляд в купе с приятными поглаживания утягивают меня на дно каких-то мазохистских желаний. — Я не хочу тебя видеть рядом с ним.
— И не увидишь, — Уже тяну свои ручки к любимым плечам. С жадностью веду пальцами по филигранной работе.
— Вот и умница, — Оставляет легкий поцелуй на губах. — А теперь вернемся к мужчинам, о которых ты думаешь все утро. Кому хребет переломать?
— Только если себе, — Тихо посмеиваюсь над его реакцией. Потому что он вроде и пытается шутить, но в глазах видны искры гнева. — Тебя тоже можно зачислить в круг жестоких мужчины, которые оставляют дыры в сердце.
— А можно поконкретнее. Хотелось бы сразу понять диагноз и выписать должное лечение.
Кусаю в ответ на иронию, с превеликим удовольствием вонзая зубы глубже чем обычно. Но моя скала только сильнее ухмыляется:
— Не получится съехать. Про мужчин давай. Какие мы, оставляющие с дырами в сердце?
— Такие плохие, дерзкие, богатые, знаменитые и сексуальные, — На выдохе произношу последнее определение, чувствуя, как Тай прижимается ко мне своими бедрами. И его весьма внушительное мужское отличие очень заводит мою внутреннюю женщину. — У вас поле выбора огромен, вам нет дела до чувств женщины, которая теряет от вас голову.
  
— И все-таки ты считаешь меня сексуальным? — Опять вырисовывается хитрая улыбочка и мальчишеское выражение лица, в то время как шаловливые ручки тянуться мне под пижамную майку.
— Не лопни от самолюбия, — Мягко отвечаю, любуясь непривычным Тайлером. Весь он такой пушистый со своим шкодливым видом, что хочется затискать как ребенок — плюшевого мишку.