Флоридский ветер перемен (СИ)
— Из России ответил человек Джулии, в котором сообщил, что твоя мать погибла в автокатастрофе. Итан сначала не поверил, и попросил сделать запрос у своего тренера через международную федерацию спорта. В общем, связи Джулии и там постарались — пришел тот же ответ — для Итана твоя мама погибла сразу по возвращению к себе на родину.
Смотрела во все глаза на пожилого мужчину, и слабо принимала суть слов. Психика решила отгородиться от очередной порции болезненных эмоций, а потому она захлопнула чувства, дав мне тайм-аут.
— Итан напился в ту ночь сильно, — Продолжил мистер Бронте. — И алкоголь забрал у меня сына, столкнув его с фурой на трассе в районе Палм-бич. Так я лишился сына, а когда Джулия не выдержала своей вины и пролила исповедь на мою голову — лишился ещё и жены. Я не смог простить ни себя, за то, что оказался в неведении преступных деяний жены, ни её, за то, что она оказалась такой бессердечной. Я ушел от неё, а она вернулась в Англию к своим родителям. Именно они, спустя семь лет, и прислали мне приглашение на её похороны — она скончалась от рака сердца, с которым боролась все эти годы. Я думаю, она мучилась от своей собственной вины за смерть Итана, в которой и была повинна больше остальных.
Мне удалось пережить эту встречу только потому, что я воспринимала её как нечто из другой реальности. Весь рассказ казался мне чужим, словно он велся про других людей.
Мистер Бронте еще долго рассказывал о жизни моего отца и их отношениях с моей мамой. Джулия тоже была не раз упомянута.
Уже выйдя на свежий воздух и глотнув ночной свежести, я осознала весь смысл слов и вынесла хороший урок, поняв одну неприкосновенную истину — не стоит идти против желаний сердца другого человека, если не хочешь сломать ему жизнь.
Несмотря на то, что мистера Бронте я видела впервые, его искренность расположила к себе — я обещала приезжать чаще, обещала не оставлять его. Он просил о встречах, и я не могла отказать ему. Плохо пока представляла, как сложится у нас общение, но обещала нам обоим сделать эту связь крепче.
В ту ночь мы вернулись с Тайлером обратно домой, но я не могла уснуть до рассвета. Тай, видя мое состояние, тоже не спал, лишь крепче прижимая к себе, и не прекращая играть с моими волосами. Это была тишина, в которой наши души общались без слов — я думала о непростой жизни, а он поддерживал любые повороты моих мыслей. Лежала, разглядывая полумесяц на темном небе и в который раз благодарила Бога за то, что в моей жизни появился мужчина, с которым мне не страшна ни какая стихия. Благодарила за Тая, и готова была ради него на всё.
Глава 80
Эштон
— …Я, я и снова я. Вот я сплю — таких фотографий особенно много, — волосы упали на лицо или разметались по подушке, губы приоткрыты. А здесь… фу ты, сосу большой палец. Я же не сосала палец черт знает сколько лет! Как много фотографий… я и не знала, что он столько нащелкал. Несколько общих планов. На одном я стою у поручня яхты и угрюмо смотрю вдаль. Но почему я ничего не замечала? Смотрю и улыбаюсь — вот я под ним, волосы разметались, свернулась и хохочу, отчаянно сопротивляюсь, отбиваюсь от щекочущих пальцев. А здесь мы вместе на кровати — Кристиан сделал снимок, держа камеру в вытянутой руке…
Нда… Прям любовь в шестнадцать лет.
— Боже, Мэд! После сосу палец, ты однозначно уже должна была шлепнуть меня ладошкой! Это же на столько банально! А ты не любишь банальности! Эта третья часть, бьет рекорды по банальности больше, чем две первые книги!
Исторгаю из себя вопиющий протест, глубоко вздыхаю, а потом откидываюсь на спинку и закатываю глаза. Что-то я устал. За окном только полдень, а мне уже хочется четвертую чашку кофе.
И руки иногда опустить…
Все забываю купить картину на эту скучную стену. От чего я такой рассеянный?
Эльфа, я хотел сюда эльфа. Эльфийку! С нежно-зелеными глазами. Точно. Она тут будет прям в тему. Моей помощницей будет.
Опять вздыхаю и оборачиваюсь на Мэдисон.
Прошло уже две недели после того как Саша заметила шевеление пальчиков, а новых чудес всё ещё не случилось. Ритм сердца так же держится в границах привычного. А так хочется, чтобы её сердечко забилось 120 на 80. Эта прекрасная девушка должна жить. Она должна жить красивой, яркой жизнью, такой же, как и она сама. Она заслужила. Она много всего заслужила, неужели небеса не видят?
Даю себе мысленную затрещину, чтобы справиться с ползущей злостью — с ней я справляюсь стабильно 5–6 раз за день. И с каждым днем тишины Мэд злость все учащает свои наплывы.
Я не могу отчаиваться. Я дал себе обещание вытащить Мэд из этого состояния, она должна вернуться к жизни. Мэдисон должна выкарабкаться, иначе я не знаю, что мне делать дальше.
Она появилась, схватила мое сердце и ушла в туман. Разве так поступают?
Надо продолжать! Черт, где я остановился? Дебильный, нифига не жесткий роман, все абзацы похожи друг на друга.
— Ну так вот Мэди, у этих двоих свадебное путешествие, а он ни разу в наручники её не заковал, в чем смысл этого безумного тандема? Мужик заявляет, что он любит жесткий секс, и якобы боится сломать невинную овечку своими жесткими пристрастиями, а по факту гладит её палкой с перьями по заднице. Это и есть что ли БДСМ? Жесть… Вот когда ты вернешься обратно в реальность Корал Спрингс мы покажем этой ванильной парочке, что такое настоящий БДСМ!
И как они только назвали это жесткой эротикой? Да мой сосед-дальнобойщик и то жестче дерет свою жену-домохозяйку! Крикливые судороги слышны на всю улицу.
— Значит так… — Бля, где я остановился? А вот:
— Мой любимый, который не переносит щекотку, который еще совсем недавно не терпел, когда к нему прикасались. Надо будет спросить, нравятся ли ему мои прикосновения или он просто терпит их ради моего удовольствия. Я смотрю на него, но уже без улыбки — меня переполняют другие чувства. Кто-то там желает ему зла — сначала «Чарли Танго», потом пожар в серверной, теперь вот эта чертова погоня. Я вскидываю руку ко рту, останавливаю непроизвольный всхлип и, забыв про компьютер, бегу к Кристиану — не требовать объяснений, но убедиться, что ему ничто не угрожает…
— Жесть, вот бабу переклинило. Сидела себе фотки рассматривала, любовалась своим альфа самцом после страстной, типа жесткой, случки, а потом её накрыло-переклинило. Страх обуял… который видать вызвали его полуоткрытые губы… И побежала наша Анастейша проверять все ли там нормально с бдсмщиком-миллионером…
Нда… Я бы уже двадцать раз выплыл из того света.
— Заткнись…
Иногда мне мерещится, будто Мэд отвечает мне. Да, я так хочу, чтобы она вернулась ко мне, что все чаще слышу её фантомный голос — вспоминаю хрипловатый смех, от ноток которого бегут мурашки по спине, воспроизвожу в памяти наши последние диалоги, чтобы максимально припомнить каждую интонацию и перепад тона, пытаюсь переносить эти звуки в наши новые диалоги, которые обязательно должны состояться. Я репетирую наши с ней диалоги. Да, я же должен буду отстаивать свое право быть с ней.
— Детка, заткнусь только, когда ты вернешься ко мне. Но и то ненадолго. Сначала я впаду в осадок, потом отойду, поеду в Лондон, поцелую Эрику Джеймс и вернусь обратно, чтобы отчитать тебя за три месяца беспробудного сна! Боже, Мэд, да ты бьешь рекорд спящей красавицы! Куда мне поцеловать тебя надо, чтобы ты перестала лениться??
Бля, надо выдохнуть, а то опять злость пробирается в эмоции.
— Она спала сто лет, идиот…
— Ну да, все то ты знаешь… — Голосок такой хриплый, так не должно быть. В моих фантомных болях сознания она должна быть здоровой, и чтобы голосище было как у дикарки!
Не сдавайся, Мэд! Хотя бы в моей голове не сдавайся, иначе я потеряюсь. Только твой образ, полный силы и желания к жизни делает меня уверенным в твоем будущем. Не сдавайся, детка.