Арбитр Пушкин (СИ)

— Езжайте уже, философ вы наш, — едва сдерживая смех, махнула рукой Мария Павловна. — Кстати, мне вас дождаться или в Курхауз одной идти?
— Сложно сказать. Но думаю, что мы сразу туда проедем.
— И Екатерина Дмитриевна появится на людях в мужской военной форме? — покачала головой герцогиня. — Я распоряжусь, чтобы карету запрягли. По возвращению оденетесь, как полагается и подъедете. К тому же при вас ларец будет. Негоже дворянину самому таскать вещи. Вчера утром я как-то упустила этот момент, хотя и сразу должна была вам об этом сказать.
  
Подумаешь. Всего один ларец. Видела бы герцогиня, как я на коромысле сразу два ведра сидра нёс. Правда, это в деревне было, но ведь нёс.
Первым из карты Вильгельма нам попался Колодец Жизни. Потоки эссенции изумрудного цвета, парящие над землёй, мы с Катей одновременно заметили метров с двадцати. Источник расположился возле небольшого валуна и оказался полным.
— Надо было два ларца взять, — вздохнула жена, с Весты смотря на Колодец. — Сделали бы что-нибудь для здоровья полезное.
— Не жадничай, — улыбнулся я в ответ, спешился и отдал поводья жене. — Зачем заставлять людей думать о тебе хуже, чем они уже думают. Все видели, что мы с одним сундуком поехали.
После этого я сел по-турецки возле Источника, за считанные минуты создал конструкт и облачил его Катиной эссенцией.
— Вставь в свой браслет, — протянул я жене крупную жемчужину. — Можешь даже попробовать активировать. Только на всякий случай обхвати лошадь за шею. Иначе от неожиданности можешь упасть с неё.
— Что это?
— Перл, придающий ловкость и ускоряющий реакцию тела. После того как освоишься, сможешь стоя на галопирующей лошади скакать. Ну, или по канату ходить.
— А если мне такой не нужен? — поинтересовалась Катя, по-хозяйски пряча в браслет артефакт.
— Тогда мы его сублимируем обратно в эссенцию и сформируем то, что нужно.
— Ты это давно придумал? — усмехнулась жена
— Что именно?
— Формировать Перлы, а затем превращать их обратно в эссенцию, когда рядом нет ларца.
— А чем не выход из положения? Правда, при сублимации десятая часть эссенции пропадает, но я считаю, что приемлемая потеря.
Как там анекдот один старый заканчивается? Вот тут-то мне карта и попёрла?
Меньше чем за час мы с женой нашли ещё десять источников и сделали столько же Перлов Движения, Света и Здоровья. Не один из них нам в данный момент был не нужен. Просто для быстроты формирования мы использовали уже хорошо выученные связки.
Ларец, кстати, тоже наполнили. Вся эссенция из него в сундук не влезла, как я и предупреждал герцога.
— Не пойму, здесь эссенция никому не нужна что ли, — сидя на Весте, осмотрелась по сторонам Катя. — Ни одного не полного Колодца.
— Здешняя земля сменила кучу хозяев за последние годы. Пусть они и все из Дома Нассау, но даже тот же Вильгельм стал герцогом только три года назад, после того как его отец объединил этот берег с противоположным и умер. А ещё здесь когда-то была римская империя. И даже Наполеон успел тут формально свою руку приложить. Мне вчера Мария Павловна пыталась урок истории здешней земли прочесть.
— И что ты из этого урока извлёк? — ехидно спросила жена.
— Понял, что ничего не понял. Да я и не старался. Не хватало мне ещё голову забивать тем, кто здесь кому был братом, сватом или кумом. Так, что-то по верхам нахватался. Да и то не уверен, что всё верно уразумел.
— Ну да, ну да. Гуманитарные науки это не для тебя, — уже открыто потешалась надо мной жена. — Какой-нибудь необычный транспорт сделать — это завсегда готов, а как историю учить…
Катя внезапно умолкла, и я заметил, что она всматривается в сломанное дерево метрах в тридцати от нас.
— Саша, что это? — обернулась ко мне Катя.
— Не уверен, но, кажется, догадываюсь, — сдвинул я шляпу на затылок. — Давай проверим.
Судя по длинным свисающим лохмотьям мха, дерево было повалено очень давно. Из-за прошедшего времени даже невозможно было определить, какой оно породы. Сломано дерево было в метрах полтора от земли. Опять же не могу сказать, что явилось этому причиной. Может молния, а может ураган.
Но не это привлекло внимание. Казалось бы, стоит себе остаток дерева, а у него верхушка обломана. Ну и пусть себе дальше стоит. Такие буреломы в каждом втором лесу встреть можно.
Нет. Дело вовсе не в дереве, а в плотных сгустках эссенции молочного цвета, что большими тяжёлыми брызгами медленно вылетали из-под не свалившейся на зёмлю верхушки.
— Это то, что я думаю? — перешла на шёпот Катя.
— У самого два Перла из этой ветви, но Колодец Пространства вижу впервые, — кивнул я.
Мы спешились, привязали лошадей к одинокой рябине, стоящей неподалёку от бурелома, а сами уселись рядом с источником.
— На первый взгляд в Колодце эссенции больше, чем уместится в одном ларце. У меня из такого объёма вышло два Перла. Я могу сделать один большой, а дальше посмотрим, сколько останется. Или повторяй за мной, и мы одновременно сформируем два поменьше, как делали до этого, — предложил я Кате, которая заворожено смотрела на взлетающие сгустки.
— Нет, давай сам. Вдруг я ещё сделаю что-нибудь не то, — не отрывая взгляда от эссенции, отказала жена.
Я кивнул и принялся собирать конструкт.
Через пятнадцать минут мы стали обладателями трёх Перлов Времени. Один из них был больше сантиметра в диаметре и два чуть поменьше. Спустя час мы уже вернулись в дом Марии Павловны, которая ещё не успела уйти в Курхауз. Мы с Катей быстро переоделись, и она уехала в карете с герцогиней и ларцом, а я пошёл пешком в сторону купального дома.
Я шёл по набережной под тёплыми лучами солнца и периодически приподнимал шляпу перед встречающимися прохожими. При каждом поднятии федоры свежий ветерок шевелил мои волосы, а я думал о произошедшем сегодняшним утром.
Украл ли я?
Если по совести — безусловно. Технически — нет.
Дословно предложение Вильгельма звучало следующим образом: «Как вы посмотрите на то, если я разрешу вам собрать эссенцию, а вы сделаете парочку Перлов для работы с вашей установкой».
То есть не было обговорено сколько и каким образом я соберу эссенцию. Мне её просто разрешили собрать. И пусть кто попробует опровергнуть эти слова — у меня двое свидетелей, один из которых царской крови.
Совесть? С ней я как-нибудь справлюсь.
  
Глава 7
 
Свои обязательства перед Вильгельмом я выполнил от и до.
Более того научил его работников управлять душем.
Для местных докторов даже составил список недугов, которые могут быть излечены, и ряд противопоказаний…. на латыни.
Обратиться к языку медиков мне порекомендовала Лариса, когда я названия некоторых болезней пытался перевести с русского языка на французский.
— Чего задумались, Александр Сергеевич? — в халате врача и стетоскопом на груди появилась галлюцинация в кабинете управляющего, когда я пытался составить перечень болячек. — Врачи всегда латынью пользуются, и вы с ней знакомы. Вот и пишите на латыни, а я продиктую.
Вообще-то, выйдя из Лицея, Пушкин слабо знал латинский язык, но мне это не помешало под-диктовку Ларисы исписать два листа.
Герцог аж крякнул, когда посмотрел на мои каракули:
— Откуда у вас медицинские знания, Александр Сергеевич? Вы же чуть ли не диссертацию только что написали.
— Латынь шесть лет изучал в Царскосельском Лицее, — приосанился я и попытался придать себе важный и значимый вид — А с медициной приходилось сталкиваться в Императорской медико-хирургической академии, когда осуществлял ряд проектов совместно с её президентом лейб-хирургом Виллие.
  
Давно и не мной замечено, что когда начинаешь сыпать громкими названиями и упоминать значительных деятелей, то и к тебе меняется отношение. Одним словом, прощался со мной Вильгельм I, чуть ли не как с государственным деятелем уровня не ниже замминистра иностранных дел.