Эпоха героев (ЛП)

— Ты — моя клинковая дева, — продолжила Орна. И, к моему полному изумлению, её голос прозвучал с ленивым зевком. — Моя напарница. Этот пьянчуга может говорить всё что угодно, но тебе не нужно обучение, чтобы владеть мной. Мы созданы для того, чтобы работать вместе.
Я сильнее сжала рукоять, обдумывая её слова.
— Но в Долине…
— Ох, борода Гоба, да ты не из-за меня выдохлась! Ты вообще когда-нибудь слушаешь, девчонка?
  
Я ничего не понимала. Да, Орна не раз говорила, что это была не она, кто лишил меня сил. Я просто считала, что это всё — последствия событий того дня, особенно того, что я сражалась с ней в руках. Из-за силы, которую она мне передала. Из-за того, что направляла мои движения.
Так значит…?
— Справа, — прошептала Орна.
Я сделала шаг назад — и тут же получила ещё одну глубокую царапину в живот. Вскрикнула и согнулась. Чёрт. Если так пойдёт дальше, меня порвут на куски.
Я выставила Орну перед собой. Отполированное лезвие, сверкающая кромка, драгоценные камни в оправе, подобранной под цвет моих глаз.
— Это было из-за магии… — прошептала я. — Слуаги. Никто.
Камни вспыхнули фиолетовым.
— Сотни слуагов и один Тёмный Всадник, ни больше ни меньше. Слишком тяжёлый груз для одной лишь девушки. Даже если в её венах течёт такая кровь, как у тебя.
Именно это сказал Мэддокс, когда коснулся моей тьмы во время поединка.
«Ты носишь это бремя каждый день?»
Теперь я поняла, о чём он говорил. Потому что я действительно несу его всю жизнь. Оно стало для меня настолько привычным, что я его почти не замечала. А ведь с Анисы оно стало просто чудовищным.
Вот почему я избегала смотреть в зеркало той ночью.
Я коснулась плеча и почти почувствовала горячее дыхание теней, прилипших ко мне. Души, оив — все искали во мне прибежище. Раньше я пыталась считать их. Теперь — это было невозможно.
Вот что сломало меня в Долине.
Вот что заставило переступить порог Царства Кранн-Бетада.
Вот что Керридвен велела мне принять.
И самое главное — я избегала браться за Орну без всякой причины.
Я бросила взгляд на Морриган. Она казалась даже развеселённой, превращая своих ворон в волков и псов, что загоняли двух других вампирш. Она почти не двигалась с места и лениво крутила в пальцах конец своей косы.
Она подмигнула мне. Теперь я понимала, почему она сошлась с Гвен.
Когда этот жадный смех вновь приблизился ко мне в третий раз, я взмахнула Орной без колебаний и без удержки. И снова почувствовала, как по моим рукам разливается тепло — словно горячий мёд. Усталость отступила, боль от ран почти не ощущалась.
Лезвие вошло. Разрезало, и смех сменился на стон.
Я подумала — чья же кровь сейчас заливает землю?
Она остановилась передо мной, потрогала рану на груди, будто не веря, что это действительно с ней. Вся её одежда, живот и ноги моментально пропитались красным. И рана не остановилась — наоборот, разрез продолжал расти, будто клинок продолжал резать, хотя я уже отступила. Он прошёл по спине, раскрыл её, как гнилой плод — наружу полезли мёртвые корни, покрытые плесенью черви, сухая пыль.
— Ну что ж, работает, — прокомментировала Морриган.
Я с открытым ртом уставилась на Орну.
Это был меч Короля демонов. И он ранил демонов… так же, как гематит — сидхов.
Вампирша завизжала и, в последней отчаянной попытке, метнулась ко мне, целясь в горло.
Я попятилась, и в этот момент нечто огромное, лохматое и коричневое метнулось вперёд и снесло её с траектории.
Медведь вонзил лапу — размером с бочку — прямо в рану на груди вампирши. Пять когтей, как кинжалы, погрузились в плоть. Затем он раскрыл челюсти размером с кузов и зарычал ей в лицо с такой силой, что воздух взорвался от давления.
Я пошатнулась, магия ударила, как лавина. Деревья согнулись. Земля задрожала. Даже вороны Морриган замерли на секунду — и этого хватило двум другим вампиршам, чтобы исчезнуть.
Запах демона исчез.
В воздухе повис… сладкий аромат. По-настоящему сладкий.
Моё сердце сжалось. Я узнала его. Инстинктивно.
Тело вампирши распалось на гниль под тяжестью медведя. Когда под лапой не осталось ничего, кроме грязи и мерзости, он отступил. Он был… огромен. Крупнее любого медведя, которого я когда-либо видела. А я ведь охотилась на гигантов в Хелглаз, чтобы выжить.
Сначала он повернул голову к Морриган — та выглядела скорее заинтригованной, чем напуганной. Потом — ко мне. И…
Изумрудные глаза в звериной морде.
Я пошатнулась. Орна тихо завибрировала и прошептала:
— Я чувствую…
Земля задрожала от новых шагов. В паре метров от меня затормозил кабан, на спине которого ехал угрюмый брауни. Его шляпа из пуговиц болталась на боку.
— Точно. Обоняние у сладкоежки кабана никогда не подводит, — буркнул он, хлопнув зверя по голове. Потом уставился на меня с укором. — Уф. Ты стала ещё худее.
Моё сердце застучало сильнее.
— Хоп? Дедалера?..
Медведь двинулся ко мне, и по мере того, как приближался, его окутала дымка из золотых искр и света. Когда она рассеялась, на её месте стояла молодая женщина в зелёном платье и шерстяном жилете. Босая.
— Привет, Аланна'са.
Мир закачался, будто маятник.
Я не узнала этот взрослый, бархатистый голос, не узнала её без щербинки в молочных зубах, и локоны уже были не карамельными, а насыщенно-рубиновыми.
Но эти изумрудные глаза…
И нос, усыпанный веснушками…
— Лики, — прошептала я.
Моё сердце уже узнало её. Тьма внутри меня метнулась к ней, обезумев от радости.
Потому что да, девушка, которая выглядела ровесницей мне и была выше меня ростом, — это моя восьмилетняя сестра.
Глава 35
Аланна
Если есть на свете нечто, внушающее мне истинный страх,
так это брауни из Спорайна.
Чёрт возьми, какие же они кровожадные и задиристые твари!
Никогда — слышите, никогда! — не вздумайте оскорбить
их друзей или родных в их присутствии, если не хотите
распрощаться с парой пальцев на ноге.
— Из запрещённой книги «Двор Паральды».
Длинные тёплые руки обвили меня и сжали так крепко, что в груди защемило. Этот запах был мне знаком. И это ощущение — тоже. Но теперь моя щека прижималась к её груди, а не наоборот. Она шептала мне ласковые, красивые слова на ухо и гладила по спине, снова и снова.
Я не заметила, как подошли Мэддокс, Гвен, Сейдж и Фионн.
Не заметила, как они разбудили Веледу.
Не заметила, как прочёсывали лес, чтобы убедиться, что деарг-дью действительно ушли и эта куча гнили не оживёт снова.
Я не замечала ничего, пока резкий спазм не пронёсся по моей руке, заставив меня зашипеть. Я выронила Орну, и та с глухим звуком рухнула на землю у моих ног — и её.
— Спустись с небес, девчонка! — проворчала меч — Поменьше слёз, побольше внимания!
Слёзы? Да, я плакала.
Она — тоже.
— Меч говорит, — всхлипнула она, втягивая носом воздух. — Обожаю.
Я посмотрела на неё. Её лицо было всего в ладони от моего. Щёки мокрые от слёз, ресницы блестят. Веснушки расползлись и теперь поднимались до самого лба, усыпали скулы и нос. Кожа светилась здоровьем. Волосы стали короче, по плечи, и когда она дрогнувшими губами улыбнулась, я заметила кривоватый зуб — отчего её лицо стало таким… озорным.
Я коснулась её подбородка. Её рыжих бровей. Носа, который больше не был круглым, а стал чуть вздёрнутым.
И снова встретилась с её глазами — и это было как удар под дых.
  
«Я никогда не променяю тебя ни на кого, Аланна’са».
— Каэли, — прошептала я. Голос дрожал. Пальцы дрожали. Душа дрожала. — Богини… Что с тобой произошло?
— Ох, долгая история. Но ты знала, что медведи растут гораздо быстрее людей? Ну вот примерно это со мной и случилось. — Она теребила пальцы на коленях, сидя на земле напротив меня. Хотя я не помнила, чтобы мы садились. — Но я в порядке, правда. Даже больше чем в порядке.