Земля: Начало (СИ)

Я издал сдавленный рык, рванул лезвие назад, что сопровождалось хрустом ломаемых костей. Его спина треснула, как сухая кора. И, не медля, я занёс клинок над головой опуская его вниз. С хлюпком.
— Счёт: один — ноль в пользу мясника. — пробормотала Вейла, но голос её был напряжённым. — Алекс, второй идёт!
Я вскочил, резко пятясь к выходу. Клинок в руке дрожал от вибрации сражения. Нет, это я дрожал. От боли. От усталости. От чистого, леденящего адреналина.
  
И тут под ногой что-то покатилось.
— НЕТ! — пронеслось в голове.
Скользкая поверхность и грёбаные кубики, рассыпанные на полу после смерти первого их собрата. Нога пошла вбок, тело потеряло баланс, и мир перевернулся. Потолок и пол поменялись местами, а воздух наполнился звуком свиста… и рёва. Чудовище прыгнуло мне на перерез.
Мир замедлился. Я видел, как он летит — перекошенная морда, клыки, горящие янтарные жилы. Руки с когтями, распахнутые, как лапы летучей крысы.
Я не успевал.
Грохот. Боль. Пол. Я рухнул, и в следующее мгновение его зубы вонзились в мою ногу. Глубоко. До кости. Раздался хруст. Мир вспыхнул алым.
— ААААРХХХХ! — мой крик был звериным. Не от страха — от чистой, животной ярости.
Клинок был в руке. Пальцы не отпустили. Я надавил. Медленно, как в горячем воске, лезвие входило в его шею. Скрежет зубов по кости не прекращался. Существо не собиралось умирать легко. Но меня спасало то, что нижняя половина пасти была рассечена мной, и он впивался только её верхней частью.
— ДАВИ, АЛЕКС! ГЛУБЖЕ! ГЛУБЖЕ! — вопила Вейла. — Он почти сдох! Почти!!!
Его лапа метнулась к моей руке, где уже была рана. Ещё немного, и он доберётся до шеи…
Щёлк.
Шея хрустнула. Его глаза закатились. А потом отделились от тела.
Я рухнул рядом с ним. Падая, прижал рану рукой. Клинок отброшен на пол. Кровь заливала пол, впитывалась в одежду, в кожу, в сознание. Всё было липким. Горячим. Неправильным.
— Вейла… прости… Я, кажется… — выдохнул я, сквозь зубы. Губы пересохли.
— Тихо, молчи! Ты не умираешь! — голос её был высоким, как у дирижёра, потерявшего оркестр. — Повреждение есть, но не критичное! Артерии целы. Я активировала ускоренное восстановления! Съешь ещё пару камней.
Я пытался дотянуться до кубиков, которые разлетелись по полу из моей куртки, а часть из них появилась после смерти монстров. Пальцы дрожали, но слушались. Один, два, три… десять… пятнадцать…двадцать
Я уже собирался проглотить сразу штук шесть, а потом увидел это.
И весь мир, словно уроненный фотоаппарат, встал на паузу.
Третий.
Он стоял в проходе. Он не умер. С него стекала жижа, раны сочились внутренними соками. Кожа ещё сильнее потрескалась, как запекшийся вулканический пепел, с прожилками красного жара, будто магма бежала под кожей. Глаза налились злобой, два пылающих угля. Без зрачков.
Он не торопился. Он шёл убивать меня. Уверенно.
— Вейла… Он не умер. — прошептал я, чувствуя, как по позвоночнику пробегает мороз.
— Нет… Алекс. — голос её дрожал. Она пыталась сохранять спокойствие, но в ней сквозила паника.
Он шагал ко мне.
Я попытался встать. Нога не слушалась. Вакидзаси в руке дрожал от изнеможения.
Но я сжал рукоять, что было сил. Я не стану ползать. Я не сдамся, пока держу клинок. Пока вижу своего врага.
— Вейла… — выдохнул я. — Если я не выживу…
— Не смей! Ты меня не проведёшь, Алекс! — голос Вейлы дрожал, словно пробивался сквозь стену белого шума. — Я уже активировала восстановление! Мы не на том этапе, чтобы сдаваться!
Я хотел ответить. Хотя бы фразой. Хотя бы шуткой. Но в горле стоял ком, и всё, что я мог, так это смотреть. Смотреть, как эта тварь идёт. Медленно. Не спеша. Как палач, уверенный, что приговор не отменят.
И в этот момент у меня в голове осталась всего одна мысль. Простая. Грубая. Дикая.
Взорвись у тебя, сука, башка.
И — мир остановился.
Нет, не метафорично. В буквальном смысле. Всё вокруг на секунду вытянулось, как фото, растянутое руками. Пространство пульсировало, как сердце, страдающее от аритмии. И где-то там, за пределом слуха, шёл звук. Глухой. Сдавленный. Растущий.
БУМ.
Его голова лопнула. Как спелый арбуз под молотом.
Пульсация прекратилась. Только вместо тишины пришёл звон в ушах, будто рядом грохнул разряд молнии. Я моргнул. Дважды. Сердце колотилось, как бешеное.
Монстр всё ещё стоял. Только без головы.
Из шеи бил фонтан вязкой, раскалённой жидкости — не крови. Это был тот самый оранжевый неон, что я видел раньше, но теперь он пульсировал, словно прощался.
Его колени дрогнули. Тело качнулось… и повалилось на бок, с глухим, мясистым звуком. А за ним — вспышка. Не ослепляющая, но тепловая. Волна жара прокатилась по комнате. После чего его тело начало растворяться, оставляя после себя лишь россыпь кубиков.
— Вейла… что это было? — не успел я продолжить свою мысль, как мою голову захватила плотная волна боли, выбивая разум куда-то за пределы моего организма, оставляя лишь одни инстинкты.
* * *
— Твою ж мать… — голос хрипел, словно я всю ночь курил наждачку. — Ощущение в теле… словно по мне пробежалась стройная рота бегемотов… и осталась на перекур.
Я с трудом поднялся, опираясь на ладони. Тело отзывалось тупой, но уже не смертельной болью. Голова гудела, но не так, как пару дней назад. Пространство постепенно собиралось обратно в кучу, как стекло, которое только что кто-то намеренно разбил, а теперь лепит куски на место.
Свет заката лился через окно, окрашивая комнату в цвет выжатого апельсина. Мягкие лучи стелились по полу, будто старались извиниться за то, что оставили меня наедине с тем… с чем бы лучше не сталкиваться без танка, огнемёта и доброй волшебной феи с аптечкой.
Я осмотрел комнату. Мой личный пентхаус в аду. Как всегда, всё на месте: разбросанные вещи, пустые бутылки, затертые бинты, пара кубиков рядом. Недалеко валялся набор швеи.
Рука машинально потянулась к бедру.
Никакой дыры. Ни крови, ни ожога, ни даже синяка. Только затёкшая кожа и легкий след, как будто кто-то стер всё ластиком, но не до конца.
— Что за… — пробормотал я, провёл ладонью по плечу. Там, где раньше была царапина с пятью неровными рваными краями, осталась лишь гладкая, чуть холодная кожа.
— Вейла? — Я поднял взгляд, словно она могла материализоваться где-то в углу.
— На связи, Алекс. — её голос отозвался в голове, как тёплый кофе после бессонной ночи. — Радует, что ты не умер. Хотя с твоей способностью находить приключения… это было бы закономерным.
— Ты меня лечила? Или, может, провела какой-то апгрейд? Только не говори, что я теперь регенерирующий мутант… у нас уже есть такие.
— Вообще-то… нет. — в её тоне проскользнула гордость. — Ты сам справился. Почти. Я лишь стабилизировала состояние и ускорила регенерацию. Ну и подкинула немного энергии от переработанных кубиков. Так, по-мелочи. Остальное — твой организм. И твои отличные навыки шитья. — в конце её тирады прям слышалась гордость.
Я откинулся на стену и медленно выдохнул.
— Ты, конечно, лучший внутренний голос. Хотя, временами, и самый язвительный.
— Лучший, потому что единственный. — фыркнула она. — И не смей забывать, кто здесь мониторит твоё сердце, мотает твои кишки в стресс-режиме и подсказывает, куда бить. Без меня ты бы уже стал вечерним салатом для той троицы из квартиры.
— Кстати, о них… — я замолчал вспоминая. Вспоминая голову, что взорвалась. Словно кто-то нажал кнопку “стереть”.
— Вейла. Милая моя… Объясни мне: почему у того чудища вдруг взорвалась башка, как у недоваренного арбуза в микроволновке? Именно тогда, когда я об этом подумал.
  
Она замолчала на пару секунд. Это редко случалось. Обычно, если у Вейлы есть что сказать — она не молчит.
  
Глава 22
 
— Странная планета. Странные формы жизни. Можно сказать дикие. И особенно странные приказы, которые нам поступают. — Яс’са раздражённо щёлкнула длинными ноготками по наручному сенсору, но дисплей ничего нового ей не показывал, и упрямо молчал, отображая данные, которые они получили ещё на корабле. — Чёрт! Ещё и ждать от этих болванов информацию…