Кстати, о птичках, или Отдам принца в хорошие руки!
– Это у меня стресс! – сообщил он, по-прежнему не повышая голос.
– Но вы же все равно не доитесь, какая вам разница! – я пожала плечами, прикидывая, удастся ли нам втроем перевернуть аквариум. Принц тут точно не помощник, у него из-под стеклянного куба только кончики пальцев торчат. Вряд ли он в таком положении способен магичить. Как бы еще не добить его в процессе переворачивания!
– А точно от стресса? – обеспокоенно уточнила владелица Милки. – Я уж думала, не беременная ли она опять…
– От стресса, – я энергично кивнула. – От беременности молоко у коз не пропадает, их специально незадолго до родов перестают доить. А вот после смены места жительства и хозяев козы часто молоко теряют, вплоть до полной пропажи. Милка ваша совершенно здорова, просто переживает. Это нормально, нужно обеспечить покой… хм.
– А козел? – настойчиво уточнила Марьяна Муранская. – Был же козел!
“Морские козы привязываются к своему стаду и его вожаку…” – всплыло откуда-то в голове. Хотя ясно, откуда. Еще один фрагмент ночной лекции, в которой попробуй отдели бред от ценной информации.
– Козел соседский? – деловито уточнила я, и русалка энергично закивала. – Ну вот. Вы же у той соседки козу и купили? Ну вот. Этот козерог – ее вожак, проведывал… хм… подопечную. А оставшись в одиночестве, она совсем загрустила. Наверняка ей будет легче привыкнуть, если вы станете выпускать ее пастись вместе с соседским стадом.
– Я чрезвычайно ценю ваше трудовое рвение и внимательность к пациентам, – подал голос принц. – Но, может быть, вы все же позовете кого-нибудь, чтобы помочь мне?
– Ой! – ну правда, как-то я немного отвлеклась… и почему мне сразу не пришло в голову позвать кого-то на помощь? Мне же выдали связной артефакт!
Несколько минут спустя примчавшийся на мой призыв зеленокожий гигант без труда поднял аквариум, а потом, раньше, чем принц успел хотя бы пошевелиться, вздернул и его на ноги.
– Благодарю вас, Круххар, – Лиам Наорский царственно кивнул, отступив от огра, и прищелкнул пальцами. И тотчас мокрая и грязная одежда на нем стала сухой и чистой. И без единой складочки. Даже растрепавшиеся белые волосы снова оказались стянуты в хвост и лежали безукоризненно. Как будто мокрый и встопорщенный принц мне привиделся. А еще по нему совершенно не сказать было, что с ним вообще что-то случилось. Крепкие тут, однако, члены императорской семьи! Лично у меня такое ощущение, что по мне асфальтовый каток проехался. И синяки наверняка по всему телу.
Потом он окинул нечитаемым взглядом меня, прищелкнул пальцами снова – и я тоже оказалась совершенно чистой и сухой. Разве что без одной туфли.
И болеть все тело разом перестало.
– Вы все еще уверены, что желаете здесь работать? – безукоризненно вежливо уточнил принц.
– А что, – я сглотнула, – здесь часто такое?
– Ну, – он слегка дернул плечом, – некоторые вещи на этом острове просто происходят. Двери хлопают, ветеринары падают в аквариумы, аквариумы катятся. С этим ничего не поделаешь.
Рядом со мной могучий огр Круххар нежно погладил по голове испуганно взмемекнувшую морскую козочку, а затем без труда поднял ее и посадил себе на локоть. Во вторую руку он подхватил огромный аквариум и оглянулся на русалок – ведите, мол.
Неподалеку крылатый волкодав Шарик гонял над лужайкой такого же крылатого черного Нариного кота. Ну как – гонял… кот подлетал к псу, цапал его лапой за нос – и резко взмывал вверх. Шарик не успевал метнуться следом, как кот уже облетал вокруг и “салил” собачий хвост. Чтобы тут же отлететь в сторону и издевательски зависнуть. Кот со своими летучемышиными кожистыми крылышками был куда маневреннее массивного пса, так что развлекался вовсю. Поводок Шарика при этом болтался в воздухе, а бегемота нигде не было видно.
Пару секунд полюбовавшись на них, я перевела взгляд на принца.
– Да. Совершенно уверена!
7. Девичник на острове Лирку
– Неудобно, в общем, получилось, – вздохнула я.
– Да ладно тебе, – Нара легкомысленно махнула рукой. – Забей. А принц куда крепче, чем кажется. По нему как-то конь пробежал… в смысле, единорог.
– А он?! – ахнула я.
– Встал и камзол отряхнул, – Нара пожала плечами. – Ты же помнишь, он оборотень, а они крепче, чем кажутся. Даже Руперт, уж на что кажется хлюпиком…
– Я бы попросила! – оскорбленно фыркнула Карила, вступаясь за честь своего парня.
Мужикам мы косточки перемывали, конечно, не просто так. А что еще можно делать на девичнике?
На девичник Нара меня позвала еще вчера, заверив, что будут “все свои”. Со “своими” мне как новенькой, конечно, пришлось знакомиться.
Кроме самой Нары – невесты, чья свадьба должна состояться через пару дней, – здесь были еще моя коллега Карила, могучая огриха Мрыхха в мини-платье с оборочками и юная ведьмочка по имени Гунилла. В общем, весь постоянный женский персонал острова. Присутствовал, правда, еще толстый говорящий сурок в крохотной шляпе, на которого я изо всех сил старалась не коситься.
И, разумеется, собаки. Уже знакомый мне бобтейл Фердинанд возлежал под столом, так что ноги приходилось ставить очень осторожно, а вокруг того же стола непрерывно скакали мопсиха и чихуахуа. Точнее, последний скакал, а толстенькая мопсиха скорее перекатывалась, время от времени брыкаясь набок.
Мрыхха и ее брат Круххар оказались старейшими сотрудниками Лирку, они здесь были с самого начала и изначально значились разнорабочими. Потом Наре удалось привлечь волонтеров-студентов с факультета магзоологии, а после и вовсе появилась возможность нанять рабочих. Правда, студенты тогда организовали целый митинг, чтобы им разрешили и дальше тут волонтерить на добровольных началах. Устроиться сюда на постоянную работу у них надежды нет – все же надо и учиться когда-то, – а вот по паре часов в день, сменяя друг друга, они вполне могли помогать, получая бесценный опыт и наблюдая за повадками самых разных зверей.
В итоге постоянных рабочих наняли всего несколько человек. Но Мрыхха и Круххар стали теперь кем-то вроде бригадиров над ними и командовали не только подчиненными, но и волонтерами. Впрочем, если, к примеру, надо было сдвинуть что-нибудь реально тяжелое, все равно это могли сделать только огры.
А темноволосая и очень юная на вид Гунилла оказалась типичной ведьмочкой, будто сбежавшей с Хэллоуинской вечеринки – в пышной короткой юбочке, полосатых чулках, туфлях с пряжками и в остроконечной широкополой шляпе. При всем этом она, как выяснилось, была не только талантливым зельеваром, но и торговым представителем острова Лирку – через нее сбывали алхимикам и артефакторам сброшенные шкуры редких рептилий, выпавшие молочные зубы драконов, перья грифонов и прочие “побочные продукты звероводства”. Гунилла, по словам Нары, приносила в бюджет острова немалый доход.
В какой-то момент, бросив взгляд в окно, я вздрогнула: за ним, прижавшись к стеклу светлым брюхом, стоял на задних лапах синий мимокрокодил. На фоне темнеющего неба он казался особенно зловещим.
– Да, – обернулась следом за мной Нара. – Безобразие. Эй, пошел вон! У нас тут девичник! Слышал? Только для девочек!
На выразительной длинной морде явственно отразилось негодование. Тем не менее, мимокрокодил сполз со стекла и скрылся в траве.
А пару минут спустя появился снова. Только желтый!
Я, тронув Нару за плечо, молча указала на окно.
– Ничего не попишешь, – вздохнула она. – Желтая – самка!
Девичник устроили в холле гостиницы, куда Мрыхха притащила круглый стол, сейчас заставленный пирожными, фруктами и бокалами.
– Между прочим, – подала голос Карила, – Афанасию на девичнике тоже делать нечего!
Она ткнула пальцем в сурка, сидевшего на столе и неторопливо жевавшего салатный лист.
– Я присутствую не как мужчина, а как фамильяр! – гордо фыркнул сурок и подбоченился. Эффект, правда, оказался немного смазан куском салатного листа, так и свисавшим у него изо рта. – Я не имею права оставлять свою ведьму в сомнительной компании!