Жених из гроба (СИ)

— Это тот самый дядя, который учит Бриена премудростям профессии и щупал тебя за всякое? — вообще-то я могла не говорить последнего, но язык мой — враг мой, я это и раньше знала.
Клементина вспыхнула, зыркнула недобро, но ответила:
— Нет, это младший двоюродный брат отца наследников, Гримий. Гримий не наследует, потому что состоит на королевской службе. И до Гримия еще есть некоторые… непростые моменты.
Она замялась, но всё-таки пояснила:
— Остий должен и весьма немаленькую сумму сразу трем дальним родственницам: Кристанс, ее родной сестре Мерибель и их тетке Власии.
— Даже не вздумай перечислять, кем они все приходятся этим двоим! — остановила я Клементину, сообразив, что Кристанса была их троюродной теткой. — И все эти люди тут, да? А кто наследует уже Остию?
— Остию наследуют его сыновья: Витор и Карбий, — с готовностью подсказала Клементина. — Однако и тут не всё просто. У Остия есть постоянная любовница и, вот если она будет ждать ребенка в период присуждения очередности, то по законам королевства, она будет в наследовании выше законной жены и наследников. И мы еще не забываем про незаконнорожденного сына самого Ротара Гастиона, если он подаст на признание себя наследником, то по последней принятой поправке он будет наследником сразу после Остия…
У меня голова закружилась от имен и странных законов королевства, в котором я живу уже больше трех лет.
— Откуда ты вообще всё это знаешь! — не выдержала я потока информации. Я вообще-то не нанималась разбираться в хитросплетениях семьи Даррена, мне его и одного в качестве представителей семейства Гастионов было больше, чем нужно!
— Кхм, — Клементина смущенно кашлянула. — Я законник и бухгалтер Гастионов.
Вообще-то тут хватило бы укоризненного взгляда, но мой язык… Я уже упоминала об этом.
Короче говорила, я не сдержалась.
— Вы что же, совсем с головой не дружите, раз спите со своим законником? — воскликнула я там громко, что Клема недовольно фыркнул и спрыгнул с моих рук.
Даррен и Бриен переглянулись.
— Это было всего один раз и давно! — первым начал оправдываться Даррен, хотя вообще-то его личная жизнь меня совсем не касалась.
— А для меня она недостаточно наивна, так что я вообще пас, — открестился от сомнительных отношений Бриен.
— Это ты чересчур наивен, — буркнула я, неуверенная, что именно для этих остолопов означает слово «наивный». Но в любом случая женская солидарность требовала заступиться за другую девушку, даже если она была неприлично одарена природой. — В любом случае могли бы и поуважительнее относиться к той, кто держит в руках все ваши деньги!
— Я честный законник, — самую капельку оскорбилась Клементина, но при этом раскраснелась, становясь еще симпатичнее. Чтоб ее ведьмы съели, разве можно такой быть после нескольких обмороков!
— Так, ладно, — я поняла, что от мужчин толку мало и решила сосредоточиться на главном свидетеле, пусть и косвенном. — Клементина, получается, следующий на очереди Остий, который должен трем женщинам, одна из которых уже мертва, верно?
Клементина с опаской глянула на тело и неуверенно кивнула.
— Давайте вызовем нюхачей, — осторожно предложила она. — У Гастионов достаточно денег, чтобы нанять лучших. Быстро найдем убийцу Кристанс и…
— Тц-тц-тц! — остановила я ретивую девицу раньше, чем Даррен успел согласиться. Дело было не в том, что я намеревалась сэкономить деньги своего «жениха», хотя нюхачи стоили недешево. Они были неподкупны, оттого и стоили их услуги совершенно неприличных денег. Только дело было не в этом. — Не торопись, Клементина. Бесы с этой вашей Кристанс и без того понятно, что убил кто-то, кто был должен ей денег. Не от ревности же в нее копьем зарядили. Но у нас вопрос еще с Бриеном. Кто и чем его таким напоил и почему так срочно похоронил. Смекаешь?
Клементина побледнела и медленно кивнула. Не нравилось мне ее выражение лица. С таким лицом только в подозреваемые.
— Н-но он же живой, — наконец пролепетала она. — Нюхачи ничего делать не будут.
— Вот именно, — наконец отмер Даррен. — Мы сначала разберемся с этим вопросом, а потом посмотрим, звать нюхачей или нет.
  
Нюхачи были элитными сыщиками и реально могли докопаться до сути любого дела. Но маги — народ дикий и королевский законный суд их не всегда устраивал. Тогда как справедливый семейный суд никак никто не запрещал. Я не оправдываю инквизитор, честное магическое! Но даже они обходились судом моих родителей и судом бога всего — нашей земли.
Как можно догадаться, суд земли был короток — закопанные живьем ли или после суда человеческого без помощи некроманта уже не выбирались. Однако вариантов было всего два. А вот маги только так вершили суд рода или организации. Да-да, засудить могли даже в университете, благо до выпуска студент считался существом неприкосновенным для всех судов кроме королевского, а вот летом он студентом и не считался вовсе.
В общем, в магическом королевстве были свои проблемы, но до сегодняшнего дня волновали они меня мало, ведь план у меня был простой — добиться диплома некроманта, обвеситься амулетами посильнее — и прочь от центра, от столицы в глушь, где кроме нежити меня никто и не побеспокоит. Так что и законами лишний раз можно не заморачиваться.
Однако вот она я, за полтора месяца до нового учебного года: без накопленных на семестр денег (да, у меня был упырь, но кто его знает, куда Даррен его засунул и вернет ли!), прямо в центре столицы, от которой старалась держаться подальше, живя на отшибе у кладбища, спорю с законником, кто виноват в покушении на убийство!
— Давайте подойдем к этому с другой стороны, — предложила я, выслушав круговерть про внутрисемейные долги и дрязги по второму кругу. По всему выходила, что братья Гастионы пригрели просто чудовищное количество змей и дармоедов. Желать смерти Бриена мог буквально любой! — Когда Бриен почувствовал себя нехорошо.
— Я сейчас попробую вспомнить, — взбодрился Бриен, но я показала большим и остальными пальцами, как захлопывается рот, и он обиженно замолк.
Нет, ну какой мне толк с его воспоминаний? Мне интересно, что помнят остальные! Даррен пояснил, сколько золото наследовал его брат, и Клементина подтвердила, как бухгалтер, не только это, но и то, сколько и кому должны эти упыри на шее братьев. Странно даже, что они не рискнули нанять убийцу, инквизитора или хотя бы загнать в дом нежить, которая бы расправилась с наследником наверняка.
— Клементина, начнем с тебя, — ласково произнесла я, но от моей улыбки блондинка шарахнулась в сторону. — Вспомни, когда началось необычное самочувствие Бриена и чем оно сопровождалось.
Клементина опасливо глянула сначала на моего «жениха», потом на Даррена, по-видимому, надеясь, что они позволят проигнорировать пигалицу вроде меня, но эти два засранца были только рады перевесить работу на мои хрупкие плечи и благосклонно кивнули. Оба.
Плечи Клементины поникли, и она начала дрожащим голосом:
— Позавчера утром мы поругались с Бриеном за завтраком. В отличие от обеда, на завтрак все приходят, когда придется, кроме нас был только Гримий….
Она смущенно замялась.
— Гримия дома никто не принимает всерьез, — пояснил Бриен, перебивая свою подружку. — Это на королевской службе он мастер встреч с инквизиторами, а дома…
— Постой, Гримий кто? — перебила его я и с тоской поняла, что избавиться от Бриена будет очень и очень непросто. — Мастер встреч с инквизиторами? И он встречался хоть с одним?
— Нет, конечно, — возмутился Бриен. — Он же не самоубийца!
— И такая вот работа, ага, — я поняла, почему у Бриена загорелись глаза, едва Даррен назвал мое полное имя. Ведь он еще даже не сменил дядю на посту, а уже общался с инквизиторами больше, чем тот! — Не бей лежачего.
— Между прочим, тяжелая работа, — обиделся за дядю и за себя заодно Бриен. — Ведь инквизиторы в любой момент могут захотеть пообщаться с королем нашего государства, и тогда весь риск и затраченные деньги будут не впустую.