Безмолвное чтение. Том 3. Макбет

– Я не особо слежу за этой вашей модой… – понизив голос, сказал Ло Вэньчжоу Фэй Ду. – Какие мысли и чувства молодой господин Чжоу хотел выразить в этом произведении?
Фэй Ду мельком взглянул на картину и сразу отвернулся скривившись. Наверное, красные линии напоминали ему кровь.
– Насколько я помню, он написал его на вилле на морском побережье. Пара известных моделей позировала для него на песке.
  
Ло Вэньчжоу вытаращил глаза. Оказывается, картина называлась «Недолговечна красота, внутри таится пустота».
– Его стиль и в самом деле не назовёшь приятным. Лично я купил несколько картин только из уважения к его отцу, уж не знаю, чем руководствовались остальные.
Фэй Ду увидел, что Чжоу Хуайсинь, сам напоминающий ходячий скелет, застыл на лестнице, вытирая слёзы, поэтому повысил голос и позвал его:
– Чжоу-сюн, как ты?
Стоило Чжоу Хуайсиню увидеть знакомое лицо, как обиды хлынули бурным потоком.
– Господин Фэй!.. – неуверенно отозвался он и, словно огромная ласточка в гнездо, бросился в его объятия.
Удушающий аромат, напоминающий тальк, резко ударил в нос Ло Вэньчжоу, и он чихнул.
Под натиском Чжоу Хуайсиня Фэй Ду отступил на полшага, но, так и быть, позволил ему опереться на своё безупречное плечо. Руки его свисали по бокам, он не обнял приятеля, а лишь проявил немного сочувствия в рамках джентльменского такта. Он прошептал Чжоу Хуайсиню несколько слов в утешение, а затем взял за руку, медленно отвёл его в сторону и усадил на диван.
Всё ещё всхлипывающий Чжоу Хуайсинь спросил:
– Почему ты пришёл?
Фэй Ду счёл неуместным вдаваться в подробности, поэтому ответил покороче:
– Учёба. Я прохожу практику в муниципальном управлении.
Лишь сейчас Чжоу Хуайсинь заметил в комнате посторонних. Наклонившись, он взял со стола дюжину бумажных салфеток и высморкался.
– Вы… из полиции? Господин Фэй, какие у тебя необычные хобби… О нет, моё сердце так болит, дайте мне отдохнуть…
Сказав это, он бесцеремонно повалился на Фэй Ду и обмяк, как медуза. Ло Вэньчжоу снова почувствовал запах талька и поймал себя на мысли, что Чжоу Хуайсинь ему весьма неприятен.
– Вы утверждаете, что автокатастрофа не была несчастным случаем. Могу я узнать, как вы пришли к такому выводу? – поинтересовался капитан.
Чжоу Хуайсинь с трудом разомкнул опухшие веки.
– Мой папа каждый день занимался спортом. Совсем недавно он пробежал весенний марафон! Он не мог так неожиданно умереть. Наверняка кто-то это подстроил!
Лан Цяо перестала делать заметки, отложила блокнот и не удержалась от комментария:
– Я понимаю, вам тяжело смириться с утратой, на это требуется время… Но господин Чжоу погиб в автокатастрофе, марафон тут ни при чём. От аварии не уберегут даже занятия триатлоном!
Чжоу Хуайсинь захлебнулся рыданиями, как маленькая принцесса, которую пытается сжить со свету большеглазая ведьма.
Фэй Ду махнул девушке рукой, затем опустил голову и тихо сказал:
– Чжоу-сюн, это не примут как доказательство.
Чжоу Хуайсинь снова всхлипнул:
– Ты тоже мне не веришь? Моя интуиция никогда меня не подводит! Обычно папа выезжал на той большой пуленепробиваемой машине, но сегодня случайно взял другую и сразу же попал в аварию! Это разве совпадение? На прошлой неделе ему исполнилось семьдесят три года. На банкете он сказал, что хочет уйти на покой и собирается написать завещание, оставив свою долю акций мне и моему старшему брату. Но как только он вернулся…
Чжоу Хуайсинь внезапно оборвал себя на полуслове, будто осознал, что сказал лишнее. Он беспомощно [14] прижался к Фэй Ду, приложил руку к груди и умолк.
– У господина Чжоу двое сыновей. Если он не оставил в завещании иных распоряжений, то всё его имущество переходит вам и вашему брату. – Взгляд Ло Вэньчжоу поразил Чжоу Хуайсиня, словно удар молнии. – Кому выгодно его убивать? Молодой господин Чжоу, я понимаю, что у вас горе, но раз уж вы сами обратились в полицию, пожалуйста, отнеситесь к разговору серьёзно. Вы можете сесть и ещё раз всё изложить по порядку?
– Я ничего не знаю! Меня интересует только живопись, я ничего не смыслю в семейном бизнесе. Вам нужно поговорить с моим старшим братом, я уже позвонил ему, он приедет завтра утром. – Чжоу Хуайсинь закрыл лицо руками, избегая взгляда Ло Вэньчжоу. – Автомобиль – это большое орудие убийства, поверьте, оно куда страшнее ножа или пистолета! Если человек с лицензией на оружие кого-то убьёт и скажет: «Я не хотел, это был несчастный случай», его что, сразу отпустят? Вы, ребята, вообще делаете свою работу?
Что бы он там ни пытался сказать, полицейские поняли его слова по-своему, и Фэй Ду тут же помрачнел, а Ло Вэньчжоу бесцеремонно схватил Чжоу Хуайсиня и оттащил в сторону.
– Виновник аварии мёртв. Молодой господин Чжоу, вы хотите сказать, что кто-то умышленно убил вашего отца ценой собственной жизни?
Под глазами Чжоу Хуайсиня залегли глубокие тени. Он бросил на Ло Вэньчжоу мрачный взгляд:
– Капитан, вы правда не верите, что жизнь можно купить за деньги?
Ло Вэньчжоу и его коллеги потратили на допрос Чжоу Хуайсиня почти час, но так и не поняли, он действительно умственно отсталый или просто прикидывается. Порой казалось, будто он что-то знает, но не может или не хочет рассказывать. Когда полицейские уже собрались уходить, Чжоу Хуайсинь вдруг схватил Фэй Ду за руку и спросил:
– Ты уже слышал те сплетни?
Фэй Ду бросил взгляд на Ло Вэньчжоу и похлопал Чжоу Хуайсиня по плечу:
– Не думай об этом.
Чжоу Хуайсинь явно не хотел его отпускать, он тихо попросил:
– Можешь остаться со мной, пока брат не приедет?
Прежде чем Фэй Ду успел ответить, вмешался Ло Вэньчжоу:
– Стажёр, не тормози. Тебе сегодня вечером ещё отчёт писать.
Фэй Ду изобразил извиняющийся жест, а затем Ло Вэньчжоу вытолкнул его за дверь, приговаривая: «Давай, поторопись!» Фэй Ду споткнулся об порог, но не рассердился, а, наоборот, с улыбкой опустил голову. Ло Вэньчжоу подгонял его всю дорогу до машины.
Лан Цяо в изумлении распахнула свои огромные глаза и прошептала:
– Президент Фэй, этот змей-оборотень Чжоу заинтересовался тобой?
– Нет, – также тихо сказал Фэй Ду. – Просто ему холодно и одиноко.
– Какие же вы испорченные! – с негодованием воскликнула Лан Цяо.
Сев в машину, Ло Вэньчжоу захлопнул дверцу и взмахом руки велел этим двоим заканчивать перепалку. Капитан обратился к Лан Цяо:
– Тебе бы столько эстрогена – мигом бы замуж вышла! – Затем он повернулся к Фэй Ду: – Что скрывает этот парень?
– Ходят слухи, – медленно выпрямившись, сказал Фэй Ду, – что у господина Чжоу есть внебрачный сын.
 
Глава IV
 
– Думаешь, это просто сплетни?
– Лично я в это особо не верю, – Фэй Ду распрямил ноги и вытянулся на пассажирском сиденье в свойственной ему манере, чем несколько подпортил образ «образцового студента». – Если бы этот внебрачный сын действительно существовал, семья Чжоу давным-давно приняла бы его в свой круг. В любом случае…
Ло Вэньчжоу показалось, что сейчас Фэй Ду скажет очередную гадость, и он уже приготовился его перебить, но тот вдруг умолк, будто вспомнил о чём-то.
Лан Цяо в недоумении переспросила:
– Что «в любом случае»?
– В любом случае… господин Чжоу был приличным человеком. Одна ошибка юности не может перечеркнуть все добрые дела, которые он творил в последние десятилетия. Идеальных людей вообще не существует, а если он и оступился когда-то, то сполна искупил вину. Его жена умерла много лет назад, так зачем бы ему скрывать существование внебрачного сына? Мне кажется, это лишено смысла.
  
Лан Цяо энергично покивала головой. Она вынуждена была признать, что Фэй Ду совсем не похож на «деспотичного директора» из порнографических романов. На фоне современной молодёжи он мог считаться образцом морали и нравственности.