Мертвые девочки не проболтаются

– Простите, мистер Кроуфорд, но они не поместились в мой рюкзак.
Ной наигранно вздыхает.
– Ладно, ничего. Это не помешает нам рассказывать истории и жарить что-нибудь на огне. Сэм, ты кого-нибудь поймал?
Сэм хмурится, сидя с другой стороны костра.
– Ну, ты же отправился на охоту, пока мы тут ставили палатки, – продолжает Ной. – Ты не выполняешь свою часть работы. Сегодня на выгоне мне, возможно, придется бросить в корзину бумажку с твоим именем.
  
Сэм что-то бурчит, судя по выражению лица, ему это все надоело. Джейси шлепает Ноя по руке, но тот явно решил, что сегодня вечером именно он будет всех развлекать.
– О-о-х! – орет он. – Тег «Истории о призраках»! Я начну.
Я уже было театрально начала засыпать, но кто-то захлопал в ладоши, и вокруг костра начался восторженный гул.
– Думаю, пора спать, – шепчет на ухо Грант.
– Ты ведешь себя как старик.
– Извини, но я не хочу участвовать в выступлении драмкружка Кроуфорда.
– Но пойти спать точно гораздо хуже, – говорю я.
Я держу его за руку, но он все равно встает.
– Развлекайся.
Уже слишком темно, и мое надутое лицо ему не видно. Он наклоняется, целует меня и уходит в направлении своей палатки.
– Спокойной ночи, – говорю я, чувствуя себя обиженной, но также чувствуя себя и глупо из-за того, что обижаюсь. Тайлер смотрит на меня так, словно я – его любимое шоу на «Нетфликс».
– Подслушиваешь? – спрашиваю я.
Он встает, капюшон его черной толстовки спадает, и взору представляются его спутанные черные волосы. Шаркая, он направляется ко мне и усаживается на землю рядом.
– Прости, я не мог не слушать. По своей натуре я постоянно помогаю другим, а ты выглядишь расстроенной.
На моих щеках выступает румянец.
– Я… я не расстроена, – говорю я, заикаясь, остальные в это время покатываются со смеха. – А теперь можешь притихнуть? Историю Ноя не слышно. Как мы будем справляться со злодеями, которых он придумал, если даже не знаем, кого он придумал?
Тайлер ухмыляется.
– Вполне справедливое замечание, – говорит он, потом добавляет: – Все точно в порядке?
– Ну, раз ты снова об этом… – я качаю головой. – Я с тобой не разговариваю.
Он скрещивает руки на груди, в задумчивости склоняет голову набок.
– Насколько я понял, ты не из тех, кто делится своими переживаниями.
– Насколько я поняла, ты не из тех, до кого все быстро доходит.
Он осматривается вокруг, словно ищет что-то валяющееся на земле.
– А к чему спешить? Я просто ищу блокнот. Делаю вид, что записываю в нем показания своих пациентов, но на самом деле рисую их в виде кошек.
Я сдерживаю улыбку.
– А как насчет того, чтобы направить всю эту энергию в поджог чьих-нибудь вещей? У меня даже есть прекрасный кандидат. Согласные в первом слоге – «дж», во втором – «с».
– А-а, – говорит он, довольный собой. – Это уже что-то. Прогресс! Тебе не нравится Джейси.
– Ты для меня совсем чужой человек, так что с тобой я не стану это обсуждать.
Он подпер подбородок рукой.
– Расскажи мне побольше про ваши отношения с Джейси.
– Незнакомцам я душу не изливаю.
– Дело попахивает давней враждой. Похоже, не смогли поделить собственность, может, даже нефть, – он насмешливо приподнимает брови в надежде, что угадал.
– У тебя просто талант.
Он улыбается.
– Скажем так: я бы скорее не спала всю ночь и рассказывала тебе истории о призраках, чем оказалась с ней в одной палатке.
Тайлер становится немного серьезнее.
– Она поступила с тобой ужасно, да?
У меня внутри все переворачивается, то веселье, которое я испытывала минуту назад, разбивается вдребезги. Если бы я испытывала то, что испытываю к Джейси, только потому что она что-то сделала мне.
– Я передумала, – объявляю я и отворачиваюсь. – Я скорее рискну оказаться с ней в палатке, чем останусь здесь с мистером Болтливые Штаны.
– Эй, я не…
Но я уже в нескольких ярдах от него, поднимаю свой рюкзак, что стоит у палатки Гранта.
Я тащу его к палатке Джейси и, дойдя, расстегиваю молнию, чтобы забраться внутрь. В самой палатке осматриваюсь с фонариком в руках – везде валяются ее вещи.
Спихиваю их все к одной стене и начинаю вытаскивать свой спальный мешок.
– Эй! – раздается крик за моей спиной. Я поворачиваюсь, и прямо мне в глаза светит фонарик. – Что ты творишь?
Я пытаюсь отмахнуться от луча света, как от мухи.
– У меня вопрос получше: почему ты не оставила мне место?
– Потому что я и подумать не могла, что ты сюда заявишься.
– А где мне спать? Как ты думаешь? У костра?
Джейси выключает фонарик. От яркого света у меня в глазах все плывет.
– Я решила, что ты…
– Плюну на правила школы и отправлюсь спать в палатку к своему парню?
При слове «парень» она дергается.
– Поверь мне: отправилась бы, но сейчас мне не нужны лишние проблемы. Родители этого точно не переживут.
Джейси опускает голову.
– Да, я понимаю. – Она садится на колени, расправляет спальный мешок и забирается в него. – Знаешь, я пыталась договориться. Насчет палаток. Но Эбби терпеть меня не может.
– Почему? – даже не задумавшись, спрашиваю я.
– Ну… я не знаю.
Я раскладываю свои вещи, залезаю в спальный мешок и застегиваю на нем молнию.
– Я сегодня слышала, как вы разговаривали в лесу с Ноем, – если я открыла свой рот, то меня уже не остановить.
– Ты о чем?
– Ты за что-то извинялась. Из-за Пайпер?
Вдох Джейси, раздавшийся в маленькой палатке, прозвучал как раскат грома.
– Ну, ты и штучка, Саванна.
– Послушай, если ты знаешь, что с ней случилось в тот день, просто расскажи мне. Пожалуйста.
– Мы не об этом говорили. В тот день я даже не видела Пайпер. Честное слово. Да, когда она пришла в Школу выживания… Мы немного повздорили. Я просто была не духе и сорвалась на нее. Но не более того. Ты же знаешь, она моя лучшая подруга, – Джейси резко замолкает. Последнее слово обрывается, как слабая ветка на ветру.
У меня что-то сжимается в груди. Это не она. А это означает, что мое расследование продолжается.
А может, все это время Грант был прав? Может, я просто хочу взвалить на кого-то вину, не в силах смириться с тем, что натворила сама? Мне так стыдно, что чуть не втянула Джейси в это дело. Словно я и так недостаточно причинила ей боли.
– Извини.
– Ничего, я понимаю, почему ты… Последние несколько лет наши отношения с Пайпер не были идеальными. Но Пайпер для меня все.
Вообще-то я извинялась за все. В том числе и за Гранта. Но как обычно, я струсила и не сказала обо всем этом вслух. Мы лежим рядом друг с другом в темноте, снаружи доносятся голоса ребят и стрекот сверчков.
– Я должна была понять, что ты ни при чем, – говорю я. – Я это поняла, когда увидела звонки от кого-то по имени Алекс. Если бы ей звонила ты, то там бы было твое имя.
Джейси приподнялась на локте.
– Ей звонил кто-то по имени Алекс?
Я киваю, и, хоть в темноте она меня не видит, слышно, как мой подбородок шуршит о спальник.
– Три раза. Это были последние звонки перед тем, как начала звонить мама. И вряд ли ей звонила Александра.
Снова тишина, которую нарушают только сверчки и время от времени долетающий до нас смех.
– Значит, ты действительно думаешь, что во всем виноват кто-то другой? – говорит Джейси чуть громче шепота, – но кому это понадобилось?
Я плотно закрываю глаза, пытаюсь дышать медленно и ровно. Но раздражение все равно нарастает, и я не в силах его сдержать:
– Ты, как и Грант, считаешь, что все это чушь. С Площадки Самоубийц Пайпер прыгнула сама, так что мне следует угомониться со своими бредовыми идеями.
Может быть, меня это вывело из себя, потому что они могут оказаться правы?
  
– Я этого не говорила.
Я жду, когда Джейси продолжит, но она молчит. Какое-то время даже не двигается, кажется, что прошла целая вечность.