Обманутая жена дракона или заброшенная усадьба попаданки (СИ)

- Мальчики, не расслабляемся! - Лиззи хлопает в ладоши, а я, улучив момент, сбегаю в сад.
Яростно рыхлю землю, выдирая с корнем мокрицу и мелкие жёлтые цветочки, похожие на одуванчики.
“Надо бы беседку справить, - думаю, лишь бы отвлечься от посторонних мыслей, что лезут в голову, как назойливая мошкара. - Или навес. Поставить кресло, столик, чтобы завтракать, любуясь голубым небом и яркими цветами.”
  
Срочно нужны деньги на покупку семян и саженцев. Ещё огород вспахать. Заготовить дрова до похолодания.
Лиззи копошится в доме. До меня то и дело доносится голосок, бодро раздающий приказы. Эйвар пропал вместе с конём, и в душе уже пустила корни робкая надежда, что он до ночи не вернётся.
- Пс-с-ст! - слышу скрип рамы, и из окна на кухне высовывается голова Владушки. - Каша готова. В доме поешь или передать сюда?
Желудок призывно урчит: по саду разносится соблазнительный запах каши с мясом. Сглатываю слюну и откладываю тяпку в сторону. Мою перепачканные в земле руки у небольшого рукомойника. Я, как и жители Змеиной Пасти, обхожусь без рабочих перчаток.
Тем не менее руки не выглядят неопрятно. К моему удивлению, кожа остаётся гладкой, хоть и покрывается неизбежным загаром. Чернота из-под ногтей с лёгкостью вымывается, мозоли и ссадины волшебным образом за ночь исцеляются.
- Усадьба тебя любит, Вика, - пояснил Владушка, когда я, ещё неопытная, не могла понять, что это за магия. - Заботится о тебе так же, как и ты о ней.
Отряхиваю платье и спешу на кухню через поредевшие залежи вещей кузины. На столе источает пар горячая каша. Владушка расстарался: порезал зелень, хлеб, выложил в миску мочёные яблоки, и пару беляшей, которыми стабильно угощала жена старосты.
- Сколько тарелок ставить? - интересуется домовой дух, непрерывно летая от шкафчиков к столу. Многозначительно приподнимает шляпу и смотрит наверх, где топает кузина.
- Две, - вздыхаю я, понимая, что несмотря на всю нелюбовь к нахальной блондинке, мне кусок в горло не полезет, если откажусь делиться едой.
- Две так две.
- Три.
Я вздрагиваю, услышав за спиной голос лорда Эллеринга. И как сумел так бесшумно подкрасться?
- Вам надо колокольчик повесить на шею, - бормочу так, чтобы он не разобрал, однако лорд слышит и ядовито усмехается.
- Сама готовила? - вопросительно изгибает бровь и буравит пристальным взглядом мои глаза, пока Владушка накладывает кашу.
- Сама, - с честью выдерживаю взгляд.
В глубине души мелко дрожат отголоски чувств Виктории, будто та крохотная её часть, что во мне осталась, переживает: понравится ли Эйвару моя стряпня?
Дракон зачерпывает ложкой густую кашу, не забыв про кусочек мяса. Кладёт в рот и сосредоточенно жуёт.
И мне бы промолчать, но с моих губ срывается предательское:
- Ну как?
  
Глава 29
 
- Пресно, - кривится лорд Эллеринг, с усилием проглатывая кашу. - Впрочем, иного от тебя не ожидал.
Да как он смеет!
Я же знаю, что моя каша идеальна! Сотню раз готовила её в обоих мирах и ни малейшего нарекания.
- Милорд, смею предположить, что ваши вкусовые рецепторы нуждаются в проверке. Вам бы показаться лекарю, и…
- Домовладыка, - разносится по кухне холодный голос Эйвара, - покажи Виктории, где находится соль, и объясни как пользоваться ею по назначению.
Владушка возмущённо шуршит соломой, и та волнами ходит под рубашкой. Каша источает аппетитный дымок, и я снова сглатываю слюну. Голод и бережливость - единственное, что останавливает меня от того, чтобы не запустить тарелкой в чешуйчатого гада.
Не для того деревенские гнут спину на солнцепёке, чтобы я разбрасывалась плодами их тяжёлого труда.
- Вика… тория, - спешно поправляется домовой дух, протягивая мне горшочек с солью, - держи.
Безумно жаль Владушку. Ему достался отвратительный хозяин! Ещё и смотрит на меня свысока, наблюдая за моей реакцией.
- Спасибо, - вежливо благодарю духа. Он ни в чём не виноват. Растягиваю губы в широкой улыбке, снимаю крышку с горшка.
- Так? - елейным голоском спрашиваю у Эйвара, зачерпнув пригоршню соли.
Дракон не отвечает. Брови хмурятся, предчувствуя неладное, а зрачки на мгновение становятся вертикальными.
Заношу руку над его тарелкой и разжимаю пальцы. Соль стремится вниз, но Владушка, издав сдавленный писк, в последний момент сдвигает тарелку вправо.
Кристаллики рассыпаются по столешнице. Становится немного стыдно за свои действия, ведь я только что думала о трудягах, которые работают, не покладая…
- Это что за выходки, Виктория? - тон лорда пропитан надвигающейся грозой. Глаза темнеют, а черты лица опасно заостряются.
- Может, яблочка хотите? - встревает Владушка, протягивая нам миску с порезанным на дольки фруктом. Едва не вспыхнув от пламенного взгляда Эйвара, мигом тушуется. - Ну не хотите как хотите.
- Мне тоже интересно! Зачем вы вообще женились, если не испытываете к ней… - осознав, что ляпнула лишнего, торопливо поправляюсь, - ко мне ни капли уважения?
- И это говорит та, кто написала в письме откровенную ложь? - Эйвар вскидывает бровь и делает шаг в мою сторону, угрожающе нависая надо мной.
Хватаю со стола вилку и в защитном жесте выставляю её перед собой. Пусть знает, что буду защищаться до последнего!
- Какую ложь? - кричу в запале, напрочь забыв о том, что Виктория была тихой и сдержанной. - Я написала чистую правду! Как вы и просили, между прочим! Даже сделала приписку, чтобы вас не ругали на Совете!
Краска гнева заливает щёки, в груди разгорается огонь возмущения. Глаза лорда Эллеринга холодные и пронзительные, впиваются в меня как острые кинжалы.
- Что ты сделала? - неожиданно тихо спрашивает дракон.
На секунду в воздухе повисает звенящая тишина. Даже Владушка отступает к стене, пытаясь слиться с окружающей обстановкой.
Не нравится мне всё это. Делаю ещё один шаг назад и рыскаю глазами по сторонам в надежде отыскать путь к спасению. Ещё бы и кашу прихватить, живот сводит то ли от страха, то ли от голода
- Приписку, - голос срывается, напоминая мышиный писк.
- Какую?
- Искренне прошу его не ругать и не наказывать, - цитирую строчку по памяти.
Остатки моего самообладания трещат под пристальным драконьим взглядом. Рука, в которой зажата вилка, предательски дрожит. Эйвар стремительно подаётся в мою сторону, и я не успеваю сообразить, как несчастный столовый прибор оказывается вырван из моих пальцев и отброшен в сторону.
- Во-о-от как, - недобро тянет лорд, а я понимаю, что зашла слишком далеко, но уже не могу остановиться.
- Не нравится, как я готовлю - вас никто не держит. Я вам в прислуги не нанималась, более того, вы меня сами отправили в усадьбу! А теперь явились - не запылились, прихватив любовницу, чтобы не было скучно! Мне ещё и её обслуживать?
Лорд Эллеринг смотрит на меня с холодным интересом, словно препарирует насекомое под микроскопом. Держусь из последних сил, стараясь не замечать, как бешено бьётся сердце, отзываясь на пугающую близость, из-за которой дрожат коленки.
- Интересно ты заговорила, Виктория, - на губах холодная усмешка, а лицо жёсткое, будто высеченное из камня. - Пока ты моя жена - будешь делать то, что я скажу. Или вместе с той клятвой, что давала в храме, ты забыла ещё и своё место?
Клятва? О чём он вообще?
Похоже, растерянность на моём лице написана яркой краской. Эйвар резко запрокидывает мою голову, склоняясь так, что едва касается губами моих губ, и требует:
- Отвечай.
  
Глава 30
 
Пронзительный драконий взгляд буравит меня насквозь, заставляя дрожать каждую клеточку моего тела. Хочется верить, что это не я реагирую на него, а тело Виктории живёт своей жизнью.
  
Я же помню её волнение, её эмоции, когда перед глазами вспыхнуло видение. Она была уверена, что в их семье идиллия, а брак - счастливый.
Наивная, бедная девушка. Сердце сжимается от жалости к невинно пострадавшей леди Эллеринг.