Частная практика (СИ)

На турникетах, выставленных перед входом в здание, была натянута красная ленточка, а звукорежиссёры завершали приготовления и настраивали микрофоны. Наконец, Юрий Викторович вышел к заждавшейся публике.
— Дамы и господа, для меня честь объявить об открытии нового отделения банка «Консорциум» в Дубровске. Хочу вас заверить, что это новая веха в развитии города, а честь разрезать красную ленточку и первым войти в здание я хочу разделить с человеком, благодаря которому оно появилось. Прошу встречать Дмитрия Анатольевича Потехина, владельца строительной компании «Абсолют», которая выполнила строительство и полностью подготовила здание к работе.
  
— Благодарю за оказанную мне честь, — произнёс мужчина, одетый в классический костюм тройку и меховую шубу, не пропускающую холодный зимний ветер. — Мы усиленно работаем над тем, чтобы преобразовать Дубровск и изменить его облик в лучшую сторону. Сегодня сдаём в эксплуатацию полностью готовое к работе здание банка. Наши мастера создали его, начиная с заливки фундамента и заканчивая портретом императора в кабинете директора филиала. А уже к лету этого года мы планируем закончить возведение шикарного торгового комплекса буквально в соседнем квартале. Здание распахнёт свои двери перед посетителями уже в начале следующего года.
Потехин стал рядом с Арбузовым, а затем они взяли ножницы и одновременно перерезали ленточку.
— Прошу всех собраться для общего фото, а затем приглашаю войти в здание и оценить его внутреннюю красоту. Уверен, вы не сможете удержаться, и станете нашими клиентами, если не сделали этого ранее!
Внутри действительно оказалось просторно и уютно: белоснежные колонны и потолки, идеально гладкий гранитный пол, сверкавший при свете ламп, вышитые золотом шторы на огромных окнах, наполнявших комнату солнечным светом. Строители действительно знали своё дело и выбрали расположение так, чтобы солнечные лучи попадали в здание, но не светили в глаза.
На первом этаже располагались кассы и специалисты, на втором — сотрудники банка, которые не работали с клиентами напрямую.
После небольшой экскурсии мы отправились в особняк Арбузова, где уже были накрыты столы. После застолья многие гости стали расходиться, но мужчины собрались за столом, чтобы поиграть в преферанс. Сначала играли Арбузов, Бердников, Столбов и Потехин, а остальные окружили стол и наблюдали за их игрой, но по мере игры некоторые участники стали уходить из-за стола.
— Давайте сыграем на двойную пулю! — заявил Арбузов, небрежно бросив на стол пару купюр номиналом в пять тысяч каждая.
Всем своим видом он демонстрировал спокойствие и уверенность, но его руки предательски дрожали, а лицо, и без того красное от волнения, раскраснелось ещё больше, и на нём выступили крошечные сосуды, которые прежде были почти незаметны.
Что послужило причиной такой реакции? Имей он на руках сильные карты, не стал бы так явно демонстрировать своё превосходство. Выходит, у него не так всё хорошо, как он хочет показать, а если проще — он откровенно блефует.
— Поддерживаю! — произнёс Бердников, увеличив свою ставку на десять тысяч и бросил взгляд на остальных игроков.
— Поддерживаю, — невозмутимо отозвались остальные, расставшись с очередными десятью тысячами.
— Записываем в пулю! — скомандовал Роман Николаевич и первым бросил карты на стол.
— Господа, среди нас нет альпинистов? — дрожащим от волнения голосом поинтересовался Арбузов. — Очень жаль, потому как у меня для вас уготовлена огромная «гора». Вынужден расписаться в собственном бессилии и покинуть игру.
Первым стол покинул Арбузов. Мужчина потерял около двухсот тысяч, отчего невероятно нервничал, тяжело дышал и был весь мокрый от пота. Удивительно как он вообще смог стать банкиром, ведь там требуется умение держать себя в руках, а Юрий Викторович с каждой неудачной партией играл всё хуже. Следующим из игры вышел Бердников, и только в самом конце сдался Столбов.
— Дмитрий Анатольевич, сегодня вам невероятно везёт! — заявил Столбов, когда Потехин собрал выигрыш.
— Георгий Яковлевич, преферанс — это не та игра, где решает случай. Здесь всё зависит от ваших решений и умения строить логические цепочки. Именно за это я и обожаю преферанс. Но я согласен сыграть в любую другую игру, в которой победить помогает случай. Может, в штосс?
— Позвольте мне сыграть! — заявил Анненков и устрился за столом. Это был звёздный час Ярика, потому как сейчас на него были направлены все взгляды.
Но цена у такого внимания была несравнимо большой. Ярик проиграл все деньги, которые у него были при себе.
— Господин Павлов, может, сыграем с вами? — предложил Арбузов, заметив меня в толпе зрителей.
— Благодарю, Юрий Викторович, но я в картах не особо силён. Вот если в шахматы…
— Сейчас организуем! — просиял мужчина, радуясь тому, что ему удалось удивить гостей чем-то новым.
Мы устроились за столом друг напротив друга, а через минуту перед нами появилась доска. Арбузов на правах хозяина дома любезно уступил мне право играть белыми. Вот в шахматах я был силён. В прошлой жизни и в детстве ходил в секцию, и по молодости играл, а на старости время от времени поигрывал с Алексеичем, но кое-что запомнил. Я разыграл закрытый дебют, чем сильно удивил Арбузова, а затем перешёл к активной игре.
— Всё вы, молодые, торопитесь! — покачал головой Юрий Викторович, съедая своей пешкой мою. — Вы нацелены на быстрый результат, хотите всего и сразу, но так не бывает. Нужно думать на перспективу. Это справедливо и в шахматах, и в жизни. Вы хороший игрок, но ещё слишком молоды, чтобы тягаться…
— Вам шах, господин Арбузов, — произнёс я, передвигая ладью вперёд, где она угрожала королю и находилась под защитой слона. Вот только ни побить ладью, ни увести короля банкир уже не мог. — И мат!
Ненадолго за столиком повисла тишина, а затем Арбзуов вскочил из-за стола, пробормотал что-то нечленораздельное и потянулся за бокалом напитка, который держала в руках девушка, но его рука дрогнула, и весь поднос упал на пол.
— Да что происходит, в конце-концов! — заорал Юрий Викторович, глядя на служанку, которая виновато опустила голову и бормотала слова извинения.
Но Арбузов был уже вне себя от гнева. Болезненное поражение в картах уронило его авторитет, а неудачная попытка обыграть меня в шахматах и вернуть хоть часть утраченного уважения гостей уронили его самолюбие ещё больше. Мужчина подскочил к стене, снял с неё хлыст и принялся избивать им несчастную девушку. Пусть Арбузов был ещё стар, но силы в руках было ещё предостаточно.
Я подскочил из-за стола, чтобы остановить это безобразие, но Потехин оказался первым. Дмитрий Анатольевич перехватил руку банкира и мгновенно успокоил.
— Право, Юрий Викторович, это всего лишь игра. Не стоит принимать неудачу так близко к сердцу.
Я перевёл взгляд на рыдавшую девушку, по спине которой сквозь разорванную ударами хлыста блузку просачивались кровавые пятна. Вот оно, истинное лицо знати. Не такой, как Вельский, Михайловский и другие уважаемые люди, а тех, кто завладел деньгами, властью и считает, будто в праве вершить судьбы мира.
Я присел рядом с девушкой и направил часть силы, чтобы остановить кровотечение и успокоить её.
— Не нужно, я сама, — пробормотала она, пытаясь взять себя в руки. Собрав осколки стекла, девушка напрвилась к выходу, но голос банкира её остановил.
— Я тебя не отпускал! Вытирай немедленно полы! Или ты думаешь, что мои гости будут ждать, пока ты вернёшься со шваброй?
— Но чем я могу вытереть, если у меня даже тряпки нет?
  
— Снимай одежду, и вытирай ей! — скомандовал Арбузов.
— Это уже слишком, Юрий Викторович, я увольняюсь, — заявила она, гордо вскинув голову.
— Никуда ты не уйдёшь! — вспыхнул банкир. — У тебя в контракте прописаны отступные в размере ста тысяч, а такой суммы у тебя нет, так что будешь работать до конца контракта и делать то, что я тебе прикажу. Знай своё место, чернь!
Ситуация выходила из-под контроля, но я решил вмешаться.