Частная практика (СИ)

— Во сколько за вами заехать? — поинтересовался Рома, когда мы остановились на парковке возле кабинета.
— Думаю, пробудем до самого вечера. Пусть пациентов и немного, нужно много чего сделать. В общем, заезжайте, как освободитесь.
Войдя в кабинет, я отметил, что здесь было идеально чисто. Сколько меня тут не было? Дня три точно. А это значит, что Регина заходила сюда и наводила порядок. Что за золото мне досталось! Нет, дурак всё-таки Арбузов. Такого человека губил и не давал раскрыться. А у меня она прям расцвела.
  
Мы приехали всего за час до начала приёма, поэтому я успел разложить всё необходимое.
Это только кажется что помимо дара целителю больше ничего не нужно. А как же настойки и сыворотки, которыми нужно обрабатывать поверхность кожи? Не стоит забывать и об ароматических маслах, которые позволяют восстановить силы, настроиться на рабочую атмосферу, а пациентам помогают расслабиться. И это всё требует времени и усилий.
Услышав звонок колокольчика над входной дверью, я вышел из кабинета и направился навстречу гостю.
Первой посетительницей оказалась молоденькая девушка лет двадцати на вид. Она была даже моложе меня. Казалось бы, зачем ей обращаться к целителю в таком возрасте? Может, в этом и не было бы причины, не окажись у неё большой шрам от ожога на правой щеке, который тянулся почти от самого уха до подбородка и заметно бросался в глаза.
— Одноклассница в гимназии оставила, и ей за это совершенно ничего не было, если не считать серьёзного разговора с директором, а я потом несколько месяцев волосы отращивала, — пояснила девушка, проследив за моим взглядом. — В принципе, я привыкла, и у меня даже молодой человек есть, которого не смущает моё уродство, но всё равно, хотелось бы избавиться от шрама.
Девушка разговаривала очень много, словно оправдывалась. Я прекрасно улавливал её настрой, потому как такой поток речи, был ничем иным, как психологической защитой.
— Что вы, это не уродство, а травма. Вы очаровательны, но я предполагаю, что вам будет куда приятнее, если мы избавимся от этого шрама. Если вы позволите, я проведу полную диагностику, чтобы проверить наличие проблем.
— А это не больно? — забеспокоилась девушка.
— Ничуть. Вы практически ничего не почувствуете, — я уложил девушку на кушетку, чтобы её было удобнее, положил левую руку на лоб, а правую на солнечное сплетение и погрузился в изучение. В принципе, меня никто не вынуждал этого делать, ведь я должен всего-навсего решить проблему с её шрамом, но я же целитель и должен беспокоиться о здоровье своего пациента! К счастью, других проблем, требующих вмешательства целителя, у девушки не оказалось.
Со шрамом я справился всего за каких-то двадцать минут. Он оказался не таким крупным, как мне показалось поначалу, поэтому не потребовал ни больших затрат времени, ни энергии.
— Готово! — произнёс я, помогая девушке подняться с кушетки.
Провёл её к стойке администратора, где девушку дожидался молодой человек, и объяснил основные правила:
— Сегодня и половину завтрашнего дня в месте раны будут покраснения. Греть нельзя, можете прикладывать смоченный в отваре календулы и ромашки ватный тампон. Рина, будь так добра, выдай настойку нашим пациентам.
Девушка немедленно подошла к полке, взяла оттуда одну из баночек и протянула пациентке, а я продолжил:
— Вы должны понимать, что в этом нет ничего страшного. Это нормально, кожа перестраивается. Завтра будет заметно шелушение — это отмирают верхние слои кожи, повреждённые ожогом. Не будет никаких жутких корок и изменений цвета лица. Всё пройдёт медленно, но эффективно. А потом начнёт формироваться здоровая кожа. Уже через пару дней вы заметите промежуточные результаты, но для полного избавления от шрамов придётся провести ещё одну процедуру. В вашем случае не раньше, чем через три дня, но я предлагаю записаться уже на следующую неделю.
Я был даже рад, что при нашем разговоре присутствовал кто-то из близких пациентки. От волнения она может что-то забыть, а листочек, на котором я дублирую рекомендации, потерять. Да и вопросов у семьи будет куда меньше, если при разговоре будут свидетели. Не хватало мне ещё в кабинете сцен из-за покраснения или побочных эффектов, которые пусть и с низким шансом, но имеют шанс появиться.
Девушка поблагодарила меня за помощь, записалась на один из свободных дней от работы и умчалась, окрылённая успехом. Как она сказала, это её шанс избавиться от проблемы, которая не давала ей спокойно жить последние восемь лет.
А наша касса пополнилась на две с половиной тысячи. Конечно, часть из них уйдёт на изготовление расходников, которые я заранее включил в цену, чтобы не смущать посетителей, но тенденция всё равно приятная. Нужно понимать, что первое время кабинет будет работать только на свои нужды и не будет приносить мне ни копейки лишних денег. Очень много всего нужно докупить и подготовить, поэтому прибыль буду считать когда-нибудь потом.
Следующая пациентка разительно отличалась от молодой приятной девушки, которая была перед ней. Это была женщина лет сорока в пышной шубе из соболя до самых пят. Уже с порога она с нескрываемым презрением осмотрела кабинет и выдала фразу:
— За такие деньги могли бы и получше условия обеспечить. Такое впечатление, что я пришла не в частный кабинет, а в подвал. Боюсь даже представить какое здесь качество услуг.
— А вам кто-то рекомендовал мой кабинет? — поинтересовался я. — Откуда вы о нас узнали?
— Я от Жанны услышала, что здесь работает настоящий мастер своего дела. Но пока что очень в этом сомневаюсь. Не может мастер работать в таких нищенских условиях.
— Работу оценивают по результату, а не по входной двери организации.
— Ошибаетесь, молодой человек. Вход — это визитная карточка, лицо заведения, по которой можно сразу сделать выводы. Пока же у меня сложилось впечатление, что я попала в мастерскую сапожника, а не в кабинет целителя. Помогите мне снять шубу!
Скрепя сердце, я дохромал до женщины и помог ей избавиться от внешней одежды.
— Что я и говорю: сапожник без сапог. Вы сами себя вылечить не можете?
— Некоторые повреждения требуют времени на исцеление. Если бы я не мог себя исцелить, то не стоял бы перед вами, — парировал я, не принимая близко к сердцу этот выпад. Что может знать о моих злоключениях эта холёная избалованная особа? Сибарит никогда не поймёт человека, который добивается всего своим трудом и сам каждый день создаёт свою жизнь, а не пользуется уже готовыми благами и прожигает чужие деньги.
— И не порвите! — донеслось мне вслед, пока я пытался пристроить тяжеленную шубу. И как у неё протрузия межпозвонковых дисков не развилась от таскания на себе такой тяжести? Нет, нужно озаботиться ещё одним работником, который будет встречать и провожать пациентов, принимать их одежду в гардероб и обеспечивать безопасность. И я даже знаю кого можно пригласить на эту должность.
Дальше претензии женщины не закончились.
— Мне что, перед вами раздеваться придётся? — удивилась она, когда мы вошли в кабинет.
— Для того, чтобы максимально эффективно провести процедуру, нужно оголить те участки кожи, на которые мы будем воздействовать.
Оказалось, что женщина хочет избавиться от растяжек, которые были у неё на груди, животе и бёдрах.
— Что, и грудь оголять? — с недоверием произнесла женщина. — Конечно, я понимаю, что Жанна не отличается стеснительностью, но чтобы я в таком виде сидела перед молодым человеком — это слишком.
— А если перед целителем? Если бы вы оказались на операционном столе, и ваша жизнь зависела от того сможет ли целитель провести операцию, вы бы согласились?
  
— Так это вопрос жизни! — заспорила женщина.
— А суть одна. Вы пришли на приём к целителю, и нет совершенно никакой разницы кто перед вами: мужчина или женщина. Перед вами целитель, и этим всё сказано.
Моя речь возымела эффект, и женщина согласилась на процедуру, хотя я бы совершенно не расстроился, если бы она собрала свои вещи и ушла. Её здоровью ничего не угрожает, поэтому я могу нисколько не сожалеть о её уходе. Разве что жаль сил и потраченного времени, но эту неприятность я как-нибудь переживу.