Опальная принцесса (СИ)

– Это еще почему?
– Помнится у вас имеются некоторые финансовые затруднения, так вот на время проведения ярмарки все банки закрыты.
Джереми скривился, будто у него все зубы заныли.
– Ненавижу этот город, – тихо пробормотал он.
– Расслабьтесь и получайте удовольствие, – пожелала ему, похлопав по плечу.
Впереди дорога раздваивалась и Рустам повел нас вправо, через несколько минут мы вышли на широкую, оживленную улицу. Я замерла, разглядывая громадный экипаж, запряженный сразу четверкой лошадей. Он был раза в три больше обычного, там имелось сразу пять окон вместо двух.
  
– Что это?
– Городской транспорт.
– Никогда такого не видела…
– Тоже мне новинка, в столице таких экипажей полным-полно! – отмахнулся Джереми, взглянул на Конкрадова и полюбопытствовал: – Вы же нам сейчас не предложите прокатиться на одном из них?
– Разумеется нет, идемте уже недалеко осталось.
– А в Галисии тоже есть такие экипажи? – спрашиваю у Лауры.
– Да, вот только они чаще используются для междугородних перевозок. Так выгоднее. К тому же увеличивается загруженность дорог…
– В сторону! Разойтись! В сторону! – услышала я.
Обернулась и увидела экипаж, полностью черный без опознавательных знаков. Четверка лошадей мчала во весь опор прямо на нас, а кучер в довесок хлестал их кнутом и требовал дорогу. Но больше всего меня поразила огромная черная, как ночь зверюга, что сидела на крыше. Нечто похожее на пантеру, но с мордой крысы и отвратительным лысым хвостом, который сверху покрыт черной чешуей.
Ноги приросли к земле, я пялилась на фейри и не могла даже пальцем пошевелить. Он такой точно, как на иллюстрациях, которые мне показывал крестный.
– Вержана! – кто-то ухватил меня за локоть и силой выдернул на тротуар. – Ты чего замерла? – рявкнул Конкрадов.
Оборачиваюсь и гляжу вслед карете, потом перевожу взгляд на Рустама.
– Ты ведь тоже его видел, да?
– Кого, экипаж? – недоумевает он.
– Ферришин, – произнесла шепотом.
Конкрадов обернулся, но экипаж уже скрылся с глаз, а я невольно обхватила плечи руками – жуткий город.
Ферришин – один из опаснейших фейри, он присасывается к человеку словно пиявка завладевает сознанием и внушает совершить какой-то плохой поступок. Человек колеблется и тем самым питает Ферришина. Рано или поздно наступает момент, когда фейри получает желаемое, то есть человек совершает преступление. И это точка невозврата, ведь теперь избавить от злого духа может только чародей. Крестный говорил, что у большинства жертв случается нечто вроде раздвоения личности. Один постоянно страдает, а второй наслаждается совершенным злом. Вторая личность – это порождение Ферришина в сознании человека. В крайне запущенном случае от человека остается лишь оболочка. И даже если физически расправится с марионеткой Ферришина, главный виновник бед уйдет безнаказанным.
– Ты уверена?
– Без сомнений.
Конкрадов помрачнел, еще раз покосился в сторону, куда уехал экипаж.
– Вержана, ты в порядке? – вклинился в нашу беседу Джереми, а когда получил утвердительный ответ, покосился на Рустама и с недовольством полюбопытствовал: – Кто это был?
– В карете не знаю, но кучер – градоправителя.
– Вот нахал, управы на них нету…
Мне сделалось дурно, захотелось тут же убраться из города.
Крестный рассказывал, что в истории известно не так уж много случаев слияния Ферришина с человеком, но все они имели трагические последствия для обычных людей, живущих рядом с жертвой фейри.
– Идемте, – поторопил Рустам.
Мелисса взяла меня под локоть и повела за остальными.
– Вы точно в порядке? На вас лица нет!
– Да, все хорошо, испугалась немножко, – я все же сумела улыбнуться девушке, но на сердце было тяжко. Надо сообщить крестному и как можно скорее.
– Вот моя скромная обитель, – изрек Рустам указывая на двухэтажный особняк, да еще и с мансардой. – Здесь шесть гостевых спален, просторная гостиная. Думаю, проблем с размещением не возникнет.
Этот дом, как и все прочие в этом городе, тоже был сложен из серого камня, однако он все же отличался. Чья-то заботливая рука выкрасила оконные проемы светлой краской, а заодно посадила под окном боярышник, который способен отгонять злых духов. Земли под сад около дома практически не было, низенькая ограда, отделяла участок от улицы, а выложенная плиткой дорожка к дому оказалась всего семь шагов в длину. И все же дом Рустама чем-то выгодно отличался от соседских строений.
Хозяин широко распахнул дверь, и мы оказались в гостиной. Большое и довольно светлое помещение радовало глаз уютом. Стены, отделанные шелком песочного цвета, визуально делали комнату больше. Деревянные панели вдоль стен привносили лоск, но все же основное внимание привлекал к себе камин, украшенный лепниной. А сверху над ним висела картина. Обычно в таких местах принято вешать портрет главы семейства, но Рустам пренебрег традициями. Парусник в золотистой раме, смело рассекал морские воды, а вокруг него бушевал шторм.
– Я довольно долго отсутствовал, но слуги поддерживали в особняке порядок. Комнаты на втором этаже, располагайтесь…
– У вас красивый дом, – опередила меня с комплиментом Лаура, – здесь уютно.
– Вы правы, но как по мне, тут очень не хватает женской руки.
– Так может настала пора пустить кого-нибудь не только в дом, но и в ваше сердце? – улыбнулась она.
– Мне тоже так начинает казаться…
Их любезную беседу прервал стук в дверь.
– Стража города, откройте дверь!
Мы еще не успели разойтись по комнатам, потому обернулись и поглядели в сторону входа.
– Интересно что им нужно, – изрек Рустам, – сейчас разберусь, – заверил он и распахнул дверь.
В особняк ворвались люди в доспехах.
– Рустам Конкрадов, вы обвиняетесь в нападении на караван с королевской податью и дальнейшим присвоением имущества!
– Что?! – удивился Рустам.
– В кандалы его! – велел страж.
– Что происходит?!
– А вы кто будете? – капитан оглядел нас всех, заметил оружие и насторожился. – Подельники?
– Граф Джереми Барлоу, к вашим услугам, а это моя свита…
Капитан поклонился аристократу.
– Прошу прощения, ваша милость, не признали. Нам велено доставить преступника. Есть показания и свидетели, что этот негодяй, плут и аферист, скрывающийся под маской добропорядочного купца. Не далее, как неделю назад было совершено дерзкое ограбление. Пропала подать, собранная в округе Коттама. Свидетель запомнил одного из нападавших, художник помог нарисовать портрет, описание совпадает с Рустамом Конкрадовым.
– Это ошибка!
– Улики твердят об обратном! Во время налета ты отсутствовал в городе!
– Да, я был с ними! Меня тоже ограбили…
– Вообще-то, теоретически у тебя было время провернуть ограбление, а затем вернуться вместе с нами, чтобы отогнать подозрения
– Лорд Барлоу!
– Нас ведь тоже ограбили! Как-то слишком много совпадений, – изрек Джереми, – и повсюду фигурируете вы, Рустам.
– Кандалы! – рявкнул страж и тотчас на запястьях Рустама защелкнули тяжелые металлические оковы.
– Я этого не делал! – повторил он, глядя мне в глаза, а потом его вытолкали из его же дома.