Моя прекрасная преподавательница, или беременна от студента (СИ)

Я крутанулась на пятках и едва не врезалась в Ирека. Мы притормозили в коридоре. Пока пустом, потому что пара еще не закончилась. И именно этим я решила воспользоваться.
— Ирек. Я хочу попробовать! — я даже радовалась этой мысли.
Хороший, приятный мужчина рядом! Наконец-то, я начну выбираться куда-то, кроме детских кафе и парков аттракционов с Тошкой! Нет, я обожала своего сынулю! Но хотелось иногда выйти куда-то и во взрослой компании. А такие случаи представлялись только, когда Настя Рудникова приглашала меня на шоппинг. Выглядело это безумным магазинным марафоном. Настя мерила одинаковые футболки по сто раз. Брала размер побольше, поменьше, с перламутровыми пуговицами и сизобурмалиновыми. Мы торчали в примерочных первых магазинов часами. А затем галопом неслись по всем остальным, чтобы успеть хоть что-то посмотреть до закрытия.
Нет, с одной стороны, на подобных мероприятиях, я определенно нарабатывала спринтерскую скорость и настоящую марафонскую выносливость. Училась быстро реагировать на заинтересовавшие вещи, иначе рисковала просто пронестись мимо них. С другой, ведь только спортсмены занимаются спортом ежедневно! Большинство выделяет на это не больше двух-трех часов пару дней в неделю.
У меня же получалось часов семь за раз! Естественно, мои мышцы: абсолютно все, настойчиво требовали отдыха.
Включая глазные мышцы…
А Ирек… Нам есть, о чем поговорить. Он интересен мне, как человек. Он понимает вузовский и преподский юмор. И на шутку «Осторожней, мы весь день в противофазе. Главное развить побольше амплитуду и избежать совмещения частоты» не чешет затылок и не пожимает плечами.
Пока в моей голове прокручивались все эти мысли, Ирек стоял и смотрел: внимательно так, с прищуром. Будто пытался понять — я серьезно или опять прикидываюсь. Впрочем, Вяземцева в коридоре не было. И Ирек отвис, широко улыбнулся.
— В таком случае, может я тебя провожу? Или сходим где-нибудь пообедаем?
— А поехали! — махнула я рукой. — К лекциям я уже подготовилась. Завтра мне ко второй паре. Могу немного расслабиться, пока Тошка с няней.
— А в следующий раз можем и его взять с собой! — вот за эти слова я готова была уже расцеловать Ирека. Вот только делать это в коридоре вуза, где уже шептались о моих странных отношениях с Вяземцевым: букетно-кабинетных, выглядело очень плохой идеей.
Поэтому я взяла Ирека под руку — вполне себе целомудренно и прилично — и мы вместе двинулись к выходу.
Вахтерша привычно пропустила нас через вертушку, проводив сонным равнодушным взглядом. Ирек открыл мне двери — и первые, и вторые… Я насладилась тем, что вновь почувствовала себя женщиной: эффектной, интересной, и той, которая достойна такого обращения. И… наткнулась взглядом на Шауката Вяземцева.
Этот наглый плейбой дежурил возле крыльца вуза с новым фруктовым букетом и такой улыбкой, словно весь мир уже у него в кармане. Весь такой красивый, прямо-таки глянцевый. В кожаной куртке нараспашку, черной водолазке и брендовых джинсах. Ну прямо мачо, а не студент!
Однако стоило Иреку выйти следом за мной и взять меня под руку, как лицо Вяземцева потемнело, а улыбка стерлась, как нарисованная.
Он покачал головой, швырнул дорогущий букет в снег, крутанулся на пятках и ушел прочь. Не знаю почему, но мне стало неприятно. Вот прямо даже грустно от мысли, что он перестанет за мной ухлестывать.
Поразительно! Еще недавно чудилось — я за это душу продам! А вот теперь… тяжелый вздох так и рвался из груди. Хорошо хоть Иреку изменила его фирменная проницательность.
— Не волнуйся, Алина. Никто не посмеет о вас с этим хлыщем сплетничать! Я всем скажу, что мы встречаемся!
От слов парня стало совсем не по себе. Я даже притормозила. Получается я снова им прикрываюсь? Как щитом от ухаживаний Вяземцева и как доспехами от уколов сплетен и пересудов? Но ведь сейчас же я не специально! Нет, в первый раз — определенно нарочно. Но сейчас я вполне искренне согласилась дать Иреку шанс. Тогда почему же мне настолько не по себе? Хоть ныряй в снег и там зарывайся!
 
Жаль, первый снег только выпал и уже таял, оставляя за собой грязные лужицы… В такой не особенно зароешься…
* * *
Шаукат
Дура! Жалкий дебил! Шаукат ругался матом, мысленно жонглировал самыми обидными и гадкими словами в адрес парочки, которую встретил на выходе из вуза.
Ну надо же! Он еще надеялся! Купил новый букет, приперся, ждал, как последний придурок! Заказал лучший ресторан в городе!
А тут эта фифа со своим жалким ухажером на видавшей виды Ниве Шеврале. Да что она в нем нашла-то вообще? Кат завалил бы жалкого преподишку одним ударом, уложил на снег и… Картинки были слишком жестокими для веселого и адекватного бизнесмена Вяземцева. Почему-то так и виделось, как он превращает ухажера Алины в боксерскую грушу у нее на глазах. Обязательно, чтобы видела! Чтобы понимала, как ошибалась!
Вяземцев уже не помнил, когда его так что-то бесило. Даже попытки партнеров обмануть, даже отказы банков в кредитах, даже предательства друзей и родственников. Ну а кто с ними хоть раз не сталкивался?
Пока ты в самом низу, ничего не добился, и окружающие люди на том же уровне — все у вас ну просто замечательно. Любовь-морковь! Совместные гулянки, попойки, дружеские пикники. Помощь со сбором отечественной мебели, развеской люстр и поклейкой обоев. И кажется — вот они! Настоящие друзья! Те, что не подведут и не кинут! Всегда и везде подставят плечо.
А потом, стоит лишь выбиться в люди, как окружающие резко меняются.
Попросишь о какой-нибудь мелочи — и на тебе, на голову вывалят все. И что ты вспоминаешь друзей, только когда тебе срочно чего-нибудь нужно. Потому что ты бизнесмен — буржуй, то есть! Что ты десять лет назад не занял двадцать рублей, когда на пиво немного не хватало. И неважно, что тогда этих двадцати рублей у тебя попросту не было! Ты сейчас со своими деньгами как бельмо на глазу.
Кат еще помнил случай с Валькой. Бывшим соседом по старой хрущевке, где его семья жила до дедова наследства. Хороший вроде был парнишка. А сколько раз Кат его выручал?! И не сосчитаешь!
Нужно купить больной матери Вальки лекарства — Кат бежит как заполошный в аптеку. Нужно посидеть с ней, пока Валька пошел за продуктами — и тут выручал приятеля без вопросов.
А потом… заболела мама Ката. С Валькой они в те времена часто виделись. Тот ночевал в доме у Вяземцевых и вроде бы дружба не прекращалась. В тот день Кат позвонил другу, чтобы тот немного подежурил в больнице. Всего пару часов, пока маме Вяземцева прокапывали лекарство после операции. И услышал:
— Вообще-то, Кат, мне работать надо! Я, в отличие от тебя, впахиваю! А не миллионами ворочаю!
Это был первый звоночек и следующие прозвучали сразу же, один за другим.
— Я, как ты знаешь, работаю фрилансером. И меня кормят заказчики. Вот сейчас поступил жирный заказ. Я, в отличие от тебя, в миллионах не купаюсь, чтобы разбрасываться жирными клиентами. За два часа я программу напишу и отлажу! И смогу еще пару заказов взять. Два часа для меня — это деньги!
Кат бросил трубку и больше они с Валькой не виделись.
Следующим «отвалился» и Димка. Рыжий хулиган из старого двора Ката, с которым они прошли огонь и воду. Убегали от веника бабульки из ближайших к хрущевкам садов, где частенько воровали яблоки. Стояли друг за друга горой, когда, играя в футбол, едва не разбили окно какой-то иномарки у подъезда. Хозяин долго пытался выяснить кто виноват. Но каждый парнишка кричал, что это он мячик бросил.
А как они по подвалам лазили-и-и! Целое приключение для мальчишек-школьников.
 
Димка тоже часто ночевал у Ката, пользовался баней, сауной. Участвовал в общих пирушках…
А потом… Кат попросил понести гроб его матери. Дело было утром в субботу. Димка оказался более дипломатичным, нежели Валька и не таким прямолинейным.
— Слушай. Я бы рад. Правда. Но сегодня никак…
Как будто завтра опять состоятся похороны.