Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 9 (СИ)

Генерал заозился, проверяя версию, хотя это было и не очень удобно. Полицейских не видать, что при нынешних системах управления трафиком ничего не значит. Но тем не менее.
Ленту с шипами и применение огнестрельного оружия он сразу отмёл: шипы на такой скорости для мотоцикла — мгновенная смерть, а с беглецом очень хотят побеседовать в Пекине по вполне понятным причинам. Стрельба в черте Гонконга и вовсе противоречит протоколам безопасности: плотная застройка, гражданские, туристы. Ещё и по движущейся на такой скорости цели.
  
Загон в тупик или в дорожные работы. С воздуха (вертолёт или дрон) преследователи могут направлять экипажи, загоняя беглецов так, чтоб мотоцикл оказался в месте с односторонними улицами или ограждениями.
Чень прикрыл глаза, припоминая, что здесь по авиации.
У полиции Гонконга есть многоцелевые вертолёты Eurocopter EC155 B1 и EC135 P2-плюс. Дежурный борт обычно находится на авиабазе в Wai Tak (Гонконгский международный аэропорт) или на вертолётной площадке в Wan Chai. Если мотоциклистам не повезёт и вертолёт уже в воздухе на патруле — подлёт до западной части острова может занять минуту-полторы.
Здесь только зубами поскрипеть, хотя очень хотелось бы верить, что те, кого Мая зовёт «перевозчиками», подобные моменты учли.
Если же вертолёт стоит на площадке и пилот только сейчас получает приказ, ещё полторы минуты у него уйдёт на запуск и взлёт.
Через мгновение генерал припомнил нюанс. Над Гонконгом существует жёсткая координация воздушных эшелонов: рядом — международный аэропорт Chek Lap Kok, плюс гражданские и туристические вертолёты популярны вот уж полвека как. Или больше.
Полиция даже в воздухе не всегда может «рубить по прямой» — надо обходить высотки, лететь вдоль согласованных коридоров, что может прибавить ещё секунд шестьдесят к маршруту.
— Кто бы мне сказал на любом этапе моей жизни до нынешнего года, что я в Китае буду действовать таким образом. — Неожиданно для себя бегущий от своих Чень это озвучил вслух.
— Простите, не понял вводную. Повторите. Если можно, простыми словами, — слова мотоциклиста вернули его в реальность.
— Я не вам. Извините. Бормочу сам себе.
— Пожалуйста, молча.
Первым сбоем стал дорожный блок. На Connaught Road West полиция непонятно каким образом успела перекрыть полосу фурой и двумя патрульными машинами.
— Какой план? — Чень поинтересовался максимально спокойно, чтобы понимать свой манёвр в случае острых действий.
Водитель не ответил, проявляя чудеса пилотажа и физического здоровья. Ухитрившись удержать мотоцикл, он выписал ну очень крутой поворот (особенно для этой скорости) и ушёл через боковой съезд на Des Voeux Road West.
Там ждало другое неожиданное препятствие: фургон с ящиками рыбы затеял задним ходом выезжать на дорогу. Не более чем совпадение, но до чего невовремя.
Пилот сориентировался без паузы и, не теряя темпа, нырнул в узкий переулок между складом и чайной лавкой.
— Куда теперь? Мне следует свериться по карте? — Чень, имевший теоретически свободные руки, мог попытаться справиться на ходу.
Он был далёк от мысли, что его спутник ориентируется в здешней застройке, для такого нужно быть местным. Даже если они не товарищи по оружию, то в любом случае напарники в конкретной ситуации: отсутствие на Kawasaki-ninja номеров прямо намекало, что и мотоцикл ввезён нелегально (скорее всего), и действующих китайских прав у его хозяина тоже нет.
Главное: были бы это самые большие их нарушения. Если копнуть глубже.
Водитель остановился, что-то сказал на незнакомом языке, получил через динамик в шлеме ответ на нём же и уверенно рванул вперёд. У Ченя ушла пара секунд, чтобы сообразить, что на их успех работает целая команда.
Оказывается.
Через полминуты петляний переулки вывели их на Queen’s Road West, оттуда — через короткий тоннель на снова открытую Connaught Road West. Маршрут-то восстановлен, но потеряно время, и, самое главное, сигнал с камер тоннеля наверняка ушёл, куда не надо.
Ставки росли, нервы взвинчивались параллельно. Пытаясь унять бухающее в груди сердце, генерал затеял перебирать, с чем они ещё могут столкнуться. Вариантов было не так уж мало: торможение потоком, подтягивание мотоциклетных патрулей (хотя на штатных BMW и Honda на нынешней скорости контролировать темп почти нереально).
В гарнитуре шлема снова что-то щёлкнуло и неизвестный голос эмоционально заговорил по-китайски:
 
…наблюдение с воздуха! Дрон… фиксирует, что Kawasaki идёт по Connaught Road West… Вертолёт в пути, подлётное время…
 
Чень удивился: обеспечивающие их побег без затей закоммутировали сюда и радиообмен полицейских. Оставалось надеяться, слышимость работала лишь в одну сторону.
По спине без разбега хлынули струи пота:
— Ловушка с воронкой и пробкой впереди. — Он на всякий случай продублировал то, что прозвучало и так. — Надо сбрасывать с хвоста дроны.
Придумать бы ещё, как. Интересно, понимает ли его сейчас японец.
Тот не ответил, поскольку в данный момент внимал голосу своего соотечественника — в канале шлема творился бардак из нескольких разных каналов.
— Не переживайте, всё под контролем. — Выслушав невидимое обеспечение, водитель счёл нужным успокоить пассажира.
— Не буду спрашивать, каким таким образом, — поиронизировал китаец, опять безответно.
Полицейский оператор тем временем старательно передавал их точные координаты и скорость на несколько наземных экипажей в режиме реального времени.
А ведь интересный подход у этих друзей Мая. С одной стороны, сесть на полицейскую частоту — ничего особенного по нынешним временам. С другой же стороны, даже в таком хрестоматийном действии проскальзывает определённая методология.
Впереди по курсу началось формирование упомянутой некстати воронки, генерал заскрипел зубами: сразу два полицейских фургона стали выезжать в крайние полосы, чтобы начать постепенно сближаться, сужая проезд. В отдалении виднелся и автобус из муниципального депо, перекрывающий обзор и ограничивающий путь для объезда.
Поток позади и спереди затеял сбрасывать скорость.
Пилот Kawasaki оценил узкий коридор и замедляющийся трафик. Он резко бросил мотоцикл вправо, в боковую улицу, чтобы обойти блок. Их скорость движения снизилась и Чень, пользуясь возможностью, принялся вертеть головой, стараясь рассмотреть в задней полусфере так мешающего воздушного наблюдателя.
— Держитесь крепче, — пилот наддал газу.
— Это дрон, не вертолёт, — одновременно с этими словами под углом к их курсу справа вверху в поле зрения появилась парящая в небе искусственная стрекоза.
— Всё под контролем, — кажется, на сей раз японец скрипнул зубами. — Сейчас всё будет. Едем дальше.
На глазах удивлённого генерала в полицейский дрон со здорово превышающей высоты спикировало что-то, до боли похожее на дрон-перехватчик. На землю полетели две сцепившиеся конструкции, разбрасывая ошмётки деталей в стороны.
— Предусмотрено. Нам есть чем ответить.
А вот генералу на последнюю фразу спутника сказать было нечего. Таких странных эмоций он не испытывал ещё никогда в жизни. Вроде бы, всё делается исключительно в его интересах и для того, чтобы спасти его. С другой же стороны, неизвестные на его глазах без затей сбивают оборудование полиции — и как к этому относиться?
Чень мысленно выругался в адрес собственной непоследовательности. Кстати, конкретно эта тема была ему не по подведомственности, но профессионального кругозора отчасти касалась. Если у «перевозчиков» Мая в арсенале такие вот беспилотные чудеса, на данном коротком отрезке погоня им ничего не противопоставит — у полиции Гонконга нет такого же быстрого и жёсткого арсенала антидроновых средств.
  
Незнакомцы, в свою очередь, церемониться явно не намерены, для китайцев где-то шок.
В шлеме очень быстро заговорил второй японский голос. Генерал не понимал текста, но чувствовал — полиция и невидимое обеспечение поменялись местами: теперь его водителя вели оптимальным маршрутом, а полицейские патрули на время ослепли, представляя лишь примерный сектор беглецов, но никак не точные координаты.