Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 9 (СИ)

— Ту. Другой нет в природе. — Решетников. — Ну что⁈ — когда учёный договорил, Такидзиро только что за отвороты халата его не схватил.
— «Она не поедет», — рассеяно глядя перед собой, выдал хань. — «Мои глубочайшие извинения». — Он неловко приподнялся и изобразил японский поклон, соответствующий ситуации. — «Это долго объяснять», — взгляд беженца сфокусировался на Хикару. — «И я обязательно объясню! Но сейчас, пожалуйста, передайте вашему отцу поскорее, что мою тётю из Гонконга забирать не надо: она приедет сама, когда выйдет из больницы».
  
Уэки оживилась ещё сильнее и потихоньку выругалась в сторону — от восхищения. Затем добавила:
— Профессор жжёт.
Моэко придержала айтишницу за локоть:
— Всё в порядке. Ничего непоправимого не произошло, так даже легче. — Хотя, конечно, лучше бы он дозвонился до родственницы раньше.
Отец перезвонил не через семь, а через добрые пятнадцать минут. Узнав, что второго пассажира в Гонконге не будет, Миёси Мая за какую-то секунду повторил фортель Главы Департамента IT — тоже мгновенно исполнился энергичным оптимизмом:
— Спасибо! Это очень хорошо. Привет профессору. Если что-то поменяется — пусть скажет, но дата будет уже не сегодня.
— «Она сама прилетит», — продублировал в ответ на это Ван и начал пояснять, почему.
  
Глава 20
 
ИНТЕРЛЮДИЯ 
Где-то в Гонконге. 
 
Началось
 
— пришло во вьетнамский менеджер на чистый телефон от человека, в котором генерал до последнего сомневался.
Пока чистый телефон, поправил себя мысленно Чень. Вопрос весьма непродолжительного времени, пока аппарат будет «выведен». К сожалению, избавиться или сменить прямо сейчас нет возможности. Хоть бы успеть проконтактировать с перевозчиком… 
А отправителю мессаги спасибо: сослуживец с другого этажа и из иного сектора не отказал в последней любезности. Помогать беглецу он не мог, да и не особо хотел, но напоследок честно предупредил.
Лаконичное слово в переводе значило: Департамент внутренней безопасности МГБ начал работу по резвому генерал-лейтенанту раньше ожидаемого, отмашка дана с самого верха — это вытекало из самой сути ситуации.
С высоты профессионального кругозора Чень знал, как его будут искать в Гонконге. Ключевой момент: Гонконг с 2020 года находится под жёстким контролем Пекина в плане национальной безопасности, особенно после принятия соответствующего Закона. Формально тут действует отдельная полиция, но фактически МГБ и МОБ работают напрямую через местные спецподразделения.
— Спасибо, дайте пару, — генерал забросил смартфон в карман и без суеты расплатился с уличным продавцом, принимая классику гонконгского стритфуда — упругие рыбные шарики в густом карри-соусе.
Подогретые в металлической кастрюле прямо в тележке, Curry Fish Balls продавались на шпажке. Запах сильный, это хорошо — отлично прикрывает от чужого внимания, потому что вокруг всегда толпа.
Пункт первый розыска делится на два, рассуждал идущий по улице высокий крепкий мужчина. Моментальная передача данных. Сперва в базе засветится мой переход в Гонконг, потом сигнал о розыске уйдёт сюда из столицы не через Интерпол, а напрямую в гонконгское управление по национальной безопасности. Это важно — догоняющие колоссально выиграют во времени (в Интерполе сколько-то суток запрос бы обрабатывали).
Фото, описание, возможная одежда, маршруты перемещения, недавние транзакции — всё это попадёт в базы камер распознавания лиц. Сто процентов передадут и в чём был одет при пересечение пункта пропуска (хорошо, что уже сменил те вещи).
Пункт два, задействование ИИ-мониторинга. В Гонконге плотная сеть уличных камер, многие с функцией распознавания лиц в реальном времени (связаны с системой «Skynet». Кстати, Решетников прислал очень интересное сообщение на эту тему, полностью совпадавшее с тем, что знал сам ЖунАнь). Чень окажется на радаре буквально при первом появлении на улице или в метро, особенно если пересечёт зону с так называемыми «сильными камерами» у станций и на перекрёстках.
После того, как камеры его захватят, начнётся обратный отсчёт — догоняющие задействуют группы задержания.
Такие задержания, если по простым людям, обычно проводят не «массовкой» полиции, а тихо: два-три оперативника в гражданском плюс столько же в резерве, и всё происходит за секунды. Интересно, получилось бы отбиться при первом контакте? — весело думал генерал. Они ведь не ждут, что я могу активно сопротивляться; рассчитывают на законопослушание.
Через пару шагов он честно признался себе, что это не сценарий. Пару-тройку человек он, может, и положил бы — за счёт эффекта неожиданности. Поначалу. Но резерв на то и резерв, что в нём будет кто-то более чем равный, это ещё если не думать в сторону спецсредств и рассматривать исключительно мордобой кулак в кулак.
На практике же, признаемся себе честно, скорее всего будет задействован местный спецназ PTU (Police Tactical Unit), с теми точно не повоюешь. Почему так: в ориентировке наверняка указано, что беглец — действующий генерал, может быть вооружен и уж точно опасен.
На то, что успеет что-то заметить, Чень и не думал рассчитывать. Это только в книгах опытный офицер такого уровня шестым чувством читает обстановку, паранормальным образом улавливает просачивающиеся «звоночки» — необычные лица в окружении, повторяющееся появление одних и тех же людей в разных местах за короткое время. Это только в беллетристике беглец может заметить микропаузы у прохожих — кто-то там при его приближении слегка замедлится или притормозит, чтобы дать время группе сблизиться. Пара человек вдруг пойдут синхронно в одном направлении, будто «случайно».
В реальности всё будет иначе, даже он пикнуть не успеет, обольщаться не стоит. И надеяться на заезженные штампы в виде фургонов без опознавательных знаков, но с зеркальными окнами, тоже не стоит. Как и на слабое, но отчётливое шипение гарнитур у людей, которые держатся в зоне его видимости.
Такие вещи бывают лишь в книгах и в кино. В реальности, при уровне технического контроля в Гонконге (и в Китае в целом), если его данные вбиты в систему, его могут найти за часы, а задержать за секунды. Он может вообще не увидеть признаков — просто двое в гражданском вежливо подойдут, покажут жетон, и через мгновение он окажется в машине.
Сообщение, пришедшее во вьетнамский мессенджер, с высокой степенью вероятности означало, что прямо сейчас его данные в систему как раз таки вводятся.
К сожалению, опыт и навыки могут нисколько не помочь исчезнуть — в условиях Гонконга это почти невозможная задача. Не помогут ни быстрые ноги (кстати, теперь уже не такие и быстрые), ни фокусы с переодеванием, ни двусторонняя одежда — каждая сторона со своим цветом фасоном.
Впрочем, любой вариант всегда нужно отрабатывать до конца, спокойно думал Чень, дожёвывая нехитрую еду. Я и тридцать лет назад рубился бы до последнего, а уж теперь…
Именно в этот момент вьетнамский телефон зазвонил — перевозчик.
— Слушаю? — генерал спокойно шёл по улице и беззаботно беседовал.
— Где находитесь? — по-китайски с акцентом, тоже с вьетнамского номера.
Акцент, кстати, за японский можно и не принять, если не знать, кто.
Проговорили меньше минуты. Теперь он должен был добраться до точки встречи так, чтобы минимизировать риск попадания под камеры распознавания лиц — звонивший прямо не сказал, но очень настойчиво намекнул, что по их сведениям его уже ищут.
  
Интересно, откуда у японских гангстеров такие возможности здесь? Или старый друг Мая не всё знает о своих товарищах-перевозчиках? С другой стороны, их государство… Чень помотал головой, выбрасывая ненужные мысли. Это всё можно выяснить потом. Он больше не на должности, профессиональные интересы на время отложим.
Стартовая точка — Сауторн Плейс, район Сайвань. Sai Wan, Western District. Он огляделся.