Князь Целитель 1 (СИ)

Судя по названию, здесь было отделение заболеваний лёгких и дыхательных путей. И что я здесь должен делать? Я же проецировал себя в большей степени, как боевой целитель и маг. С другой стороны, Герасимов прав, я должен знать всё. Это я удачно записал в систему учебник по внутренним болезням, в том числе, теперь пригодится на этапе диагностики как минимум.
Медсёстры в коридоре отделения косо посмотрели на меня, но ткнули пальцем в нужную сторону, когда я спросил, где можно найти заведующего отделением.
  
— А, стажёр от Герасимова? — спросил мужчина лет за пятьдесят с наплевательским отношением к своей физической форме и избыточному весу. — Так, чем бы тебя озадачить?
Последний вопрос он задал уже сам себе, ковыряясь в грудах историй болезни. Потом взял в руки несколько штук и протянул мне.
— На-ка вот, изучай, — он уронил их на стол до того, как я успел взять.
Мелочно и некрасиво, но мне начхать, детей с ним не крестить. Я взял со стола пачку историй и вышел в коридор. Разговаривать с этим типом дальше о чём-то желания не было. Я бегло просмотрел истории, в половине случаев даже не были установлены диагнозы, хотя пациенты находятся здесь уже не первый день. Я что-то не пойму, ими здесь занимаются или чисто делают вид? Ладно, постараюсь исправить ситуацию.
Все нужные мне пациенты находились в пятой палате, кроме одного — тот лежал в третьей. Я решил начать с пятой, где больше. Оставшиеся полдня я выслушивал сбивчивые и зачастую бестолковые рассказы о том, как у них появилось заболевание, как развивалось и что в итоге получилось.
По результатам опроса, осмотра и сканирования нейроинтерфейс подсказывал мне, чем пациент на самом деле болеет и что прописано в учебных пособиях по поводу их лечения. Полезная практика, которой у меня ещё не было, в эту сторону тоже надо развиваться. Сначала я злился на Герасимова, что заставил меня заниматься такой ерундой, потом смирился — смысл есть. А ведь другой на моем месте мог бы и не выдержать.
К концу рабочего дня я не только полностью разобрался с пациентами, дозаполнил истории болезни, в том числе графу «Диагноз», но и половину вылечил, хотя им до этого сказали, что лечение будет долгим. Вторая половина оказалась сложнее, но и их самочувствие после моего вмешательства значительно продвинулось в сторону выздоровления. Мне бы ещё пару дней позаниматься и можно всех выписывать.
— Ну что, студент, сдаёшься? — спросил у меня заведующий отделением, стоя на пороге палаты и наблюдая, как я занимаюсь очередным пациентом.
— Этих двух можно выписывать, — сказал я и указал на пациентов, которые уже собирали свои вещи.
— Этих? Выписывать? — вскинул брови толстяк. — Ты в своём уме? Мы их только в пятницу госпитализировали, им ещё недели две лечиться.
— Можете проверить, — небрежно и без должного уважения сказал я и протянул ему их истории болезни.
— Если ты меня обманул, то будешь мыть пол в коридоре сегодня и до вечера, — зло проворчал заведующий и направился к указанным мной пациентам, чтобы проверить мои слова.
— А если не обманул, то вы? — спокойно, как бы невзначай, спросил я.
— Да как ты смеешь, щенок⁈ — рыкнул он. — Ну погоди у меня! Не дай бог ты меня обманул, я тебя наизнанку выверну!
Я не стал никак комментировать его высказывания, а спокойно сидел на стуле и смотрел, как он обследует двух кандидатов на раннюю выписку. Он их осматривал и сканировал, что-то бубня себе под нос. Через десять минут придирчивого обследования он повернулся ко мне с перекошенной от злости физиономией.
— Я не знаю, откуда ты такой взялся, но чтобы в моём отделении ноги твоей больше не было, ты понял? — большую часть фразы он практически пролаял, вырвал у меня из рук остальные истории болезни и резким движением указал на дверь.
— Премного благодарен за содействие в приобретении новых навыков, — спокойно сказал я, картинно ему поклонился, чем, похоже, выбесил ещё больше и вышел из палаты.
Ну что же, бывают и такие люди, но это не значит, что мне надо на них реагировать.
  
Глава 22
 
Поход по другим отделениям я решил отложить на завтра, сегодня я уже неплохо потрудился, можно бы и домой пойти. Спустившись на первый этаж, я пошёл искать Герасимова, пока я под его опекой без его разрешения уходить нехорошо.
— Ты где сейчас был-то? Чего это такой довольный? — спросил Анатолий Фёдорович, который заметил меня издалека, он в это время общался с регистраторами.
— На четвёртом, в лёгочном, — ответил я. Сам только сейчас заметил, что неосознанно улыбаюсь. — Там заведующий очень… интересный персонаж.
— Огрёб от него? — усмехнулся Герасимов. — Хотя странно, ты бы тогда так не улыбался.
— Ушёл достойно, — коротко ответил я, не желая углубляться в подробности. Они же коллеги, если я буду плохо говорить об этом толстом засранце, мой наставник может на меня обозлиться.
— Ты его уделал, что ли? — оживился Герасимов, нисколько не собираясь подбирать слова. — Вижу же, что уделал! А ну, давай рассказывай, не томи! Я давно ждал момента, когда кто-нибудь из младших даст ему понять, кто он есть на самом деле, дармоед!
Судя по приподнятому настроению наставника, тот толстяк ему тоже не нравится. Я пересказал свою сегодняшнюю практику, стараясь не применять пытавшихся вырваться из меня эпитетов, чисто констатация факта. Все же наставник может выражаться в сторону своих коллег, а я же пока на слишком низкой ступени в иерархии, чтобы делать это без последствий. Когда я закончил, восторг Герасимова увеличился втрое.
— Ай да молодец! — воскликнул он и звонко хлопнул меня по плечу. — Поделом досталось этому козлу недоделанному! Ай да красава, студент! Ну точно свой человек! Слышь, Вась, — обратился он к проходившему мимо нас коллеге, — наш молодой уделал по-чёрному парнокопытного товарища с четвёртого! Представляю, как он там сейчас козлиную икру мечет!
Проходивший мимо целитель, один из тех двух, выслушал короткий рассказ Герасимова и посмотрел на меня уже совсем по-другому, с уважением. Даже не ожидал.
— Молодец, молодой! — улыбнувшись, сказал он и тоже звонко хлопнул меня по плечу, которое загорелось, как щека после звонкой пощёчины. Я так понимаю, у них это символ признания. — Ты только на третьем будь поаккуратнее, там наш главный по кишкам — натура очень ранимая и мстительная, но в отличие от толстого, он умный, с ним такой номер не пройдёт.
— Спасибо, что предупредили, — улыбнувшись, сказал я. — Учту обязательно.
— Только завтра учтёшь уже, — перебил меня Герасимов. — Иди домой, отдыхай.
— Спасибо, до завтра, — довольный выпалил я и побежал в ординаторскую, расстёгивая халат практически на ходу.
Сегодняшний день показал не только мой личный прогресс по излечению пострадавших в Аномалии, но и пробелы в знаниях по другим дисциплинам. Настоящий целитель должен уметь лечить всё, а не только травмы, и изгонять негативную энергию. В пульмонологии я понял, что знаю об этих болезнях маловато, слишком поверхностно.
Чтобы не ударить лицом в грязь, я пользовался безупречной памятью нейроинтерфейса, где нужные мне данные были в наличии. Но вылечил-то пациентов всё равно я, а не тот жирный боров, который находится в отделении только с целью источать дурные запахи. При наличии навыков и опыта работы, он даже не всем диагноз поставил. А может, просто не написал, кто его знает.
Ужин мы с Матвеем сегодня приготовили вместе, а потом я рухнул на кровать с книгой по монстрам Аномалии, делая вид, что изучаю, а сам вызывал данные по гастроэнтерологическим заболеваниям: симптомы, клиника, лечение. Завтра мне предстоит общаться с гораздо более опытным целителем. Если хорошо себя зарекомендую, может, научит меня чему-нибудь полезному. Во время походов от проблем с кишечником тоже никто не застрахован, тем более при атаке монстров внутренности легко может задеть.
  
Утром я снова встал один, Матвей спокойно себе посапывал, высунув один нос из-под одеяла. Я наскоро умылся, перекусил и уже подался на выход, как услышал сонный хриплый голос напарника.