Князь Целитель 1 (СИ)

Закончив с раной на бедре, я приступил к окончательной очистке организма от негативной энергии, которую проигнорировал сначала. После этого я решил, что всё же пора помедитировать и восстановить запас маны, который уже основательно истощился. Благодаря ежедневной практике, у меня это получалось довольно быстро. Восстановив запас, я решил на всякий случай ещё раз просканировать пациента, вдруг что-то упустил. В этот момент я услышал торопливые шаги в свою сторону.
  
— Ты тут всё? — встревоженно спросил Герасимов, заглядывая через моё плечо. — Вроде всё, молодец, иди за мной.
Я встал и пошёл за ним, стараясь не отставать. Мы подошли к каталке, на которой лежал тяжелораненый боец без сознания. Его правая голень и левое плечо были деформированы и замотаны просто целой кучей бинтов. Такое впечатление, что бинты собрали со всех аптечек у целой роты. Ещё к конечностям были привязаны толстые ветки. Похоже, что дерево оттуда, из Аномалии. Ну понятно, что было под рукой, из того и сделали временную шину.
— Ваня, слушай внимательно, — обратился ко мне Анатолий Фёдорович. Прогресс, Ваня, а не «эй, студент». — Он ещё и негативом напичкан по самое не балуй, с признаками начала трансформации, я тогда этим займусь, а ты начни с ноги. О негативной энергии и борьбе с ней не думай, это моя забота.
— Понял, — кивнул я и без лишних разговоров и уточнений приступил к работе.
Совсем забить на наличие негатива всё равно не получилось, когда я снял наконец повязку с голени, рана даже по цвету значительно отличалась от обычной. Я, не обращая внимания на рваную рану и торчащие оттуда обломки костей, решил-таки сначала её очистить, а иначе тут срастётся хрен знает что. Тактически я действую правильно, если Герасимов сейчас будет наезжать, процитирую ему соответствующий параграф из учебника, нейроинтерфейс мне его уже услужливо подготовил.
Наставник ничего мне не сказал, а молча занимался очисткой всего организма, начиная с жизненно важных органов: мозг, сердце, лёгкие, печень. Количество негатива в них просто зашкаливало за все мыслимые пределы. А я приступил к сращиванию оскольчатых переломов костей голени. Не уверен, что я смогу с этим справиться, но задание получено, надо выполнять. Нейроинтерфейс на ходу подсказывал мне, что и когда делать дальше. Пока такая рана у меня впервые и от советов системы, запомнившей все прочитанные мной учебники в библиотеке, я отказываться не буду, время дороже в таком случае.
Как я и ожидал, сращивание костей голени отняло у меня большую часть маны и, чтобы не рухнуть на пол без сил, я решил помедитировать. Прямо так, не убирая руки от раны.
— Ты там что, заснул, что ли? — удивлённо спросил Герасимов. — Не выспался?
— Медитирую, — коротко ответил я, не открывая глаза.
Больше вопросов не было. Пополнив запас маны, я продолжил. Следующим этапом было восстановление повреждённых отломками костей сосудов и кровотока в них. Целительной энергии на это потребовалось не так много, но требовалась высокая точность приложения воздействия, что тоже мне пока давалось нелегко. Я уже заканчивал заживлять рану и на коже появился свежий рубец, когда Герасимов завершил очистку от негатива.
— Вань, иди, наверное, к следующему, — сказал Анатолий Фёдорович, оценив результат моей работы. — С плечом я уже сам разберусь. Ты молодец, неплохо получилось.
Снова обратился по имени и первые похвалы. Да я расту! Но зазнаваться пока рано, прекрасно понимаю, что это только начало и первые успехи.
Если официально идти в качестве целителя в составе боевой группы, то я пока слишком слаб. Пока буду лечить одного, медитируя на ходу, другой за это время помрёт. Лечить нескольких бойцов одновременно я не умею, да и сил не хватит.
У следующего бойца, которого мне поручил Герасимов, был сильный ожог левой половины лица с переходом на шею. Видимо, попал под атаку кого-то огнедышащего. В таком случае он ещё легко отделался. Ещё ему повезло, что глаз целым остался, наверно успел зажмуриться, только веки обожжены. Рана не сильно глубокая, но в ней было столько энергии Аномалии, что казалось, она испарялась оттуда чёрными флюидами.
После вытеснения негативной энергии целительной, я приступил к заживлению, начиная с век, потом потихоньку продвигался дальше. Можно было сделать это намного быстрее, но мне хотелось ещё и лицо человеку вернуть, поэтому я не торопился и делал всё очень аккуратно.
— Ну чего ты там застрял? — возмущённо произнёс, подходя ко мне, Анатолий Фёдорович. Потом заглянул через моё плечо и удивлённо покачал головой. — А неплохо. Только у нас здесь не центр пластической хирургии, а госпиталь практически на передовой. Наша задача — солдата спасти и в строй вернуть, а не писаным красавцем сделать.
— Я хотел как лучше, — буркнул я. Вроде и похвалил и тут же поругал.
— Да у тебя очень даже неплохо получилось, — смягчил свой тон наставник. — Только времени на это нет, другие ждут и кровью истекают. И ты учитывай, что чем больше времени ты на одного потратишь, тем больше времени восстанавливаться и потом кого-то просто не успеешь спасти. Вон того теперь бери со скальпированной раной головы, глянь, сколько крови он потерял.
— Хорошо, Анатолий Фёдорович, — кивнул я и направился к указанному пациенту.
Откуда он знает, какая здесь рана, если на голове наложена мощная повязка, пропитанная кровью? Я начал осторожно разматывать бинты, чтобы добраться до раны. Мой наставник оказался прав, большой клок кожи болтался, держась на узкой ножке, несколько сосудов продолжали довольно интенсивно кровоточить.
Сначала я остановил кровотечение, потом убрал негативную энергию и занялся сращением раны. Объёмы воздействия были небольшими, поэтому я легко справился без «подзарядки» и мог продолжать работать дальше. Но перед тем, как отойти от этого пациента, я решил просканировать его на наличие энергии Аномалии. Как оказалось, не зря, её оказалось немало. Удалив из его организма весь негатив, я пошёл искать Герасимова.
— Ты там закончил? — устало спросил Герасимов. Уже бросалось в глаза, насколько он вымотан. — Пойдём чаю попьём, потом у меня к тебе будет интересное задание.
Толпа раненых в приёмном отделении рассосалась, больше никого не подвозили, стало непривычно тихо. В ординаторской на чай нас собралось четверо: я, мой наставник и те два целителя, что я уже неоднократно встречал раньше.
Чуть позже присоединилась ещё одна девушка, на несколько лет старше меня. По отношению к ней коллег и разговорам я понял, что особыми достижениями она не отличалась, но неплохо справлялась с очисткой от негативной энергии Аномалии и заращиванием не особо больших ран, серьёзные повреждения ей не поручали.
Так это получается, что она не первый год здесь работает, а продвинулась меньше меня. Мне это показалось немного странным. Чуть позже я выяснил, что она из бедных дворян и средств для интенсивного развития навыков в семье не было, зато она очень грамотный диагност всего с двумя кругами маны. Теперь всё встало на свои места.
Я молча жевал свой бутерброд, пока остальные болтали о разном несущественном. Те два целителя периодически поглядывали на меня, но прежнего пренебрежения к моей персоне я уже не заметил. Ни разу не прозвучало предположение, что я долго не продержусь и скоро сбегу из госпиталя.
— Ну что, Вань, — сказал Анатолий Фёдорович, хлопнув себя по коленям. — Перерыв закончился, пора заняться делом. Я договорился с заведующими отделениями, что ты пройдёшь по палатам и попытаешься заняться пациентами других профилей. Заодно и посмотрим, на что ты способен.
  
— Задачу понял, — сказал я, встал из-за стола, помыл за собой кружку и вышел из ординаторской.
Какие заведующие? Каких отделений? Он даже не уточнил, но по его выражению лица я понял, что уточнений не будет, надо разбираться самому. Ладно, ничего страшного. После того, что я видел сегодня в приёмном, меня уже сложно чем-то испугать. Я решил обойти госпиталь, начиная с верхнего четвёртого этажа.