Авиатрисы

– О, сочувствую. Как неприятно. Я много раз говорила рекрутерам, что подобное недопустимо. Но у них свои правила. Наверняка несносный Левикот! Скажи, я права?
Вивьен кивнула: она удивилась дружественности и улыбчивости, исходившим от директрисы. Прядка волос выбилась из прически, Эбигейл сразу заправила ее за ухо, отчего на мгновение показалась совсем юной и мягкой. Карета неспешно тряслась по укатанной дорожке, приближаясь к лесу.
– Тот еще мешок сухарей, – засмеялась Эбигейл, – век бы его не видела! Знаете, сюда запрещено привозить лишние вещи в течение учебы. Понимаете, чтобы не отвлекаться, а еще для безопасности. Но можно написать домой письма, дескать, отлично добрались, а потом делиться впечатлениями об академии. Корреспонденцию я отправляю дважды в неделю.
– Спасибо большое! – воскликнула Лили. – Сегодня же напишу!
– А ты ведь тоже умеешь писать?
– Да, ходила в начальную школу. Как и Лилиан, наверное, – сказала Вив, а Лили закивала.
– Вот и чудненько. Не представляю, как быть, если бы не умели. До сих пор мне везло! – Эбигейл беспечно засмеялась.
Через час неспешного покачивания лошади замерли у ворот. Директриса всю дорогу спокойно и беззаботно рассказывала о том, что ждет новых учениц. В лесу возвышалась стена, по верху которой вилась колючая проволока. Выглядело устрашающе. Арка над входом казалась сказочно красивой: изогнутые линии превращались в крылатых воительниц с мечами. Они сильно контрастировали со стеной, их словно по велению таинственного разума перенесли сюда из дворца. Створки распахнулись и пустили повозки внутрь. Охранники в черной форме, скользя как тени, быстро все осмотрели.
Минут через пять лошади снова остановились. Директриса первой вышла из экипажа, за ней – новоиспеченные кадеты. Здесь заканчивался лес и взору открывался бескрайний, зеленый, аккуратно подстриженный газон. Вдалеке виднелись гигантские стеклянные шатры, похожие на парники. Воздух был невероятно прозрачным. Ни одна из девушек, привыкших с рождения к дыму фабрик, никогда прежде не дышала столь чистым, влажным запахом травы и цветов.
Кареты остановились перед широкой каменной лестницей. Замок из темного базальта выглядел компактным, острые башенки впивались в небо. Два крыла соединяла коротенькая галерея. Кое-где светились огни, совсем не похожие на обычные: будто бы кто-то заключил пламя в прозрачную сферу, и оно застыло в неподвижности, как иногда бывает, когда ветка становится угольком, а тот потихоньку тлеет.
Однако для уголька свет горел слишком ярко.
– Что это? – прошептала Вивьен.
– Не знаю.
– О, просто лампы накаливания. Работают на электричестве, – пояснила Эбигейл. – Наша академия – первое полностью электрифицированное учреждение в Империи, – добавила она с гордостью.
С восхищением озираясь по сторонам, Вивьен и Лили поднялись по лестнице, их проводили умыться с дороги, а затем в столовую. Никогда прежде они не видели такого великолепного убранства. Сводчатые потолки украшали росписи. На стенах висели старинные гобелены со сценами охоты. На темном камне плясали отблески электрического света. Чувствовалось, что в древних стенах сделали некоторое обновление, придав им лоска, но дух истории не выветрился.
– Здесь как раз располагалась научная лаборатория, – рассказывала Эбигейл по пути. – Когда дом перешел в государственное владение, я имею в виду. У нас используются передовые технологии. Помимо самолетов, конечно! – Звонкий смех разлился колокольчиком, рассеивая тревоги.
За большим столом сидели две девушки. Лили и Вивьен устроились напротив, директриса не присела, но стояла рядом. Слуги принесли подносы с едой.
– Приятного аппетита, девочки. Ешьте: все полезное и диетическое. Толстеть вам нельзя, – Эбигейл улыбнулась и повернулась к другим девушкам. – Это Лорел Либхарт и Элизабет Грос, а это Вивьен Деви и Лилиан Барт. Хорошего вечера. Не засиживайтесь допоздна, в восемь утра начинаются занятия.
– Директриса де Локк! – подала голос девушка с двумя топорщившимися хвостиками. – А где остальные ученицы? Разве нас не десять должно быть?
 
– Задерживаются. Им придется вас догонять. Не давайте им поблажек, – Эбигейл подмигнула. – Надо собираться шустрее. Всего доброго. – Директриса удалилась с невероятно прямой спиной, постукивая каблуками сапожек.
– Как думаете, что случилось? – зловещим шепотом спросила другая девушка, склонившись над столом. – Кстати, меня зовите Лиз. Мне так нравится.
Вивьен сжала кулаки: она не знала, можно ли доверять новым знакомым и стоит ли рассказывать про сестру, которая теперь неизвестно где. Из глаз невольно покатились слезы.
– Вив, ты чего? – Лили приобняла ее за плечи.
– Моя сестра Бэт должна быть тут, – пробормотала она, – меня забрали сразу, а ее не было дома. Родители не хотели нас отпускать. Я не знаю, что с ними.
– Не плачь, Вивьен, – приободрила ее Лорел. – Завтра выясним у директрисы Эби, у нее наверняка есть новости.
– Эби? – всхлипнув, переспросила Вивьен.
– Эбигейл слишком длинно!
Кадеты принялись за ужин – вареное мясо, каша, тушеные овощи.
– На вкус лучше, чем на вид, – заверила Лиз.
– А что у тебя за дурацкие хвостики? – спросила Лили.
– Привыкаю к новой прическе, – ответила Лорел и засмеялась. – Может, завтра смогу что-нибудь заплести.
Вивьен обратила внимание, какие непривычно короткие волосы у кадетов – даже плеч не закрывали. Значит, всех постригли.
– Я видела еще одну ученицу, – заговорщицки начала Лиз. – Думала, что приехала первой, но она меня опередила. Сидела в столовой, а как увидела меня, встала и вышла, даже имя не сказала.
– Странная… Я с ней в коридоре столкнулась, – встряла Лорел, – неразговорчивая, да и живет отдельно.
После ужина девушки решили отправиться на второй этаж, где находились спальни: в каждой стояло три кровати. В узких витражных окнах коридора плясали разноцветные отсветы. Снаружи совсем стемнело, ничего не было видно. Общая ванная располагалась в конце прохода, перед лестницей наверх.
– Вы, наверное, вместе хотите?.. – предположила Лиз. – Занимайте вторую комнату, а потом кто-нибудь еще подселится. Когда остальные приедут.
Чемоданчик Лили стоял в коридоре, она закатила его в центральную спальню. Сквозь высокие полукруглые окна лился лунный свет. Заглянула Лорел.
– Вот! – Она щелкнула чем-то на стене, и под потолком зажегся свет.
Вивьен и Лили ахнули.
– Называется «выключатель». Перед сном тыкните обратно. Спокойной ночи! – и ушла.
Три кровати, три тумбочки, три стула, письменный стол и шкафы в нишах.
На полках – сложенные комплекты формы одного размера, три теплых плаща, высокие сапоги. Ремни и корсеты хранились в отдельном выдвижном отделении, а рядом – нижнее белье и ночные сорочки.
– Как предусмотрительно, – вырвалось у Вивьен.
– Тебе здесь по нраву?
Вив неопределенно хмыкнула, но Лили не отставала.
– Ты всем своим видом показываешь, как не хотела приезжать. Но ведь не так уж плохо? Мне тоже было немножко страшно вначале. Но посмотри вокруг! Как хорошо.
– Надеюсь, – Вивьен вздохнула, плечи поникли. Не верилось.
Лилиан достала из чемоданчика несколько личных вещей, которые ей позволили взять: платочек с вышивкой, плюшевого зайца и черно-белое фото. Она положила все в тумбочку. Вивьен смотрела с грустью и завистью. Если бы не пыталась сбежать, то у нее тоже осталось что-то на память о родителях и сестре.
Ученицы разделись, выключили свет и легли в кровати.
– Мне все равно страшно, – прошептала Вивьен в темноту.
Лили ничего не ответила.
  
Глава 4
 
Вивьен проснулась чуть свет – по привычке. Бэтани никогда не могла быстро встать, по-этому Вив готовила завтрак и для нее. Папа с мамой зачастую в это время уже трудились на заводе.
Сестры приходили к половине восьмого, чтобы разнести первые подготовленные с утра документы и поручения. Ткацкая мануфактура работала сутки напролет, котлы топились непрерывно, обеспечивая энергией паровые двигатели.