Мой защитник (СИ)

 - Спасибо, - не знаю почему, но мне стало спокойно, легко, но от этого страшно. Почему так? Разве я не должен испытывать отвращение? Разве не должен сейчас кричать на парня? Разве не должен сделать хоть что-то, а не тупо смотреть в зелёные глаза? Я…
 - Убирайся, - прошептал я. Зачем я говорю это? Неужели только оттого, что мне не противно и от этого страшно? Почему мне не противен поцелуй? Я…
  
 - Прости, - прошептал Глеб слегка отчуждённо, словно он сам не ожидал от себя такого. Он поднялся с кровати и, надев изрезанную майку, вышел из комнаты.
 Я слышал, как хлопнула дверь, но ничего не сделал. Остался сидеть на полу.
 11. Дружба? ПОВ Вадима 
 Кто не прав? Я или он? Я, потому что произнёс те слова? Или он, потому что поцеловал меня? Я… или он? Или никто не виноват? Может мы оба? Нет-нет, я не виню его. Не могу винить, ведь он… Он потрясающий, не такой как все: не злой, добрый, способный в любой момент броситься на помощь, чтобы защищать до последнего. Думаю, что будь на том месте не я, а кто-то другой, он вот так же стоял бы, прикрывая своим телом. Не могу винить, ведь он уже стал для меня другом. И плевать, что прошло всего лишь два дня. Два дня непритворной улыбки. Два дня настоящего смеха. Два дня тепла… Нет-нет, не хочу, чтобы он уходил! Пусть он хоть каждый день целует меня вот так, в этом же нет ничего. Пусть, если он хочет, я не против, главное, пусть он будет, я не хочу снова оставаться один.
 Утром я не знал куда податься – то садился делать уроки, но тут же откладывал их и включал компьютер, чтобы проверить почту, то шел к маме в комнату смотреть телевизор, изредка ходил из стороны в сторону, потому что это хоть как-то успокаивало меня. Но в конце концов нервы сдали и я, сорвав плакат со стены, на которой он висел, быстро оделся и помчался в соседний подъезд.
 Интересно, что он скажет? Пошлёт ли меня куда подальше после вчерашнего? Закричит, что я просто идиот, и дружить со мной он не намерен?.. Хотя, вообще-то я должен это делать, но я так нервничал, что в голову невольно лезли плохие мысли. А что если он даже не откроет дверь? Что если не захочет говорить?.. Нет, он не такой. Он другой. А что если он не подойдёт к домофону? Тогда я даже не смогу увидеть его.
 Мне повезло, так как в тот момент, когда я оказался у подъезда, дверь открылась и на улицу вышла та самая бабушка, которой я на днях помог с комодом. Она улыбнулась мне и уже собиралась завести длинный диалог, подозреваю о том, как тяжелая её жизнь, ведь сахар снова подорожал, как я вбежал в подъезд, на лету нажимая на кнопку и скрываясь в дверях лифта.
 Прошу, езжай быстрее…
 Стоило только дверям со скрипом раскрыться, как я уже стоял у металлической двери со знакомым номером «341». Я секунду помедлил, перед тем как нажать на звонок, но потом всё же решился. Была не была.
 - Кто? – раздался голос спустя минуту ожидания. Может, он ещё спит? А, ну да, время же только восемь. Это только я встаю в шесть утра и бужу всех. Прости, Глеб. Я не хотел тебя разбудить.
 - Это я, - голос надломился, так как в последний момент мне стало всё же страшно – вдруг он всё же зол на меня?
 Послышался короткий щелчок и дверь открылась…
 - Привет, - вырвалось у меня само собой, а щеки обдало жаром. Я уставился в пол, совершенно не понимая, что должен добавить. Может, «Прости»? – Я…
 - Доброе утро, Вадим, - его голос звучал вяло, сонно. Всё-таки разбудил? Или… нет?
 Поборов себя, я поднял глаза от пола и посмотрел на парня: взлохмаченные волосы, торчащие в разные стороны светлыми прядями, чуть прикрытые глаза, капелька пота на шее… пухлые губы. Не пялься на него! Отвернись!.. Что сказать?
 - Вот, - я протянул плакат, который всю дорогу держал в левой руке. – Это плакат. Ты вчера забыл его у меня.
 - Спасибо, - в воздухе повисло молчание. Что же сказать? Как мне поступить? Прошу, пусть он не злится на меня – я не хочу терять друга. – Знаешь, тут такое дело, - я облегченно вздохнул, так как голос был с добрыми нотками, весёлый. Он не злится. – У меня уже практически ничего не болит. Где ты научился оказывать первую помощь?
 - Ну, - я потёр нос и немного самодовольно произнёс, - я хочу стать врачом. Да и твои раны смог бы обработать даже ребёнок, так что…
 - Спасибо, - я вздрогнул, так как воспоминание о вчерашнем всё-таки напомнили о себе. Кажется, парень тоже вспомнил об этом, поэтому отошел чуть в сторону, приглашая зайти в дом. Я не двинулся с места. – Не переживай – я тебя не изнасилую.
 Он прошел вдоль по коридору. Мне ничего не оставалось, как пройти в дом и закрыть за собой дверь. Надеюсь я не пожалею об этом… Хотя я всё уже для себя решил: Глеб мой друг, я доверяю ему.
 Войдя в комнату, которую в прошлый раз не посетил в связи с походом в магазин за кошачьим кормом, я неосознанно начал оглядываться. Светлая комната в светло-серых и голубых тонах. Кровать у окна, книжный шкаф во всю стену, стол из белого дерева с компьютером и множеством учебников. Наверное, он много занимается… оказывается, дурак я, а не он, так как домашняя работа на лето так до сих пор и лежит не тронутая.
 - Как тебе? – заметив, что я внимательно оглядываю комнату, спросил Глеб, а после прошел в комнату и, усевшись на кровать, заправленную небесно-голубым покрывалом (может, он спал в зале?), жестом пригласил меня присесть рядом. – Конечно, немного странно, что голубой живёт в голубой комнате, но…
 - Ты злишься? – всё же спросил я, хоть и не планировал начинать первым этот разговор.
 - Нет, о чём ты? – парень улыбнулся, вот только я заметил, что его улыбка была не такая, как обычно – пустая, ненастоящая. Может ли быть, что он притворяется?
 Я сел рядом и положил голову на плечо Глеба. Парень вздрогнул, но тут же взял себя в руки.
  
 - Знаешь, брат постоянно повторял: улыбайся, даже если хочешь сдохнуть. И я улыбаюсь, потому что уверен - так мне будет легче жить. Мне, но не тебе – ты слишком добрый, чтобы притворяться. Поэтому лучше сотри эту пустую, ничего не значащую улыбку со своего лица и ответь: ты злишься?
 - Конечно, - каким же я был идиотом, когда решил, что он не обидится. Конечно, ведь возможно он хотел отблагодарить меня за оказанную медицинскую помощь… А ведь благодарить должен был я. Надо сказать ему «Спасибо»! Надо! – Я злюсь на себя за то, что поцеловал своего друга… И самое ужасное, я хочу снова его поцеловать.