Император ярости (ЛП)

Это просто чистая злоба и тьма. Чистый яд и страх.
— Кензо заплатит за тебя хорошую цену.
Мои глаза расширяются, когда его свободная рука скользит вперёд и грубо хватает одну из моих грудей.
О Боже…
— Это не значит, что я не могу сначала попробовать…
Его рука отрывается от моего рта.
— Пожалуйста!! — вырывается у меня жалобно, ноги дрожат, а желудок сводит, пока он терзает мою грудь. — Пожалуйста! Какую угодно цену…
  
— О, ты заплатишь цену, маленькая шлюха, — хрипло шепчет он мне в ухо.
Но затем я замираю.
Что-то изменилось.
Его голос просто…изменился.
Я задыхаюсь от нового приступа страха, когда слышу металлический щелчок выкидного ножа. Мои глаза расширяются, когда он протягивает руку и подсовывает лезвие под край моего худи. Его рука дёргается, и я рыдаю, когда нож рвёт и кромсает мою одежду, разрывая её на части, пока он не дёргает лезвие вверх, и весь худи, футболка под ним и лифчик разрываются, обнажая мою грудь.
Низкий, тошнотворный стон вырывается из моего горла, когда его губы опускаются к моему уху, горячее дыхание покалывает кожу.
— Просто помни своё чёртово стоп-слово, моя маленькая шлюха.
Мир перестаёт вращаться. Моя реальность мерцает, как будто кто-то играет с выключателем.
Мозг коротко замыкает, когда я полностью осознаю знакомость этого акцента.
Ты. Должен. Быть. Чёртовым. Шутником.
— Ты серьёзно?! — начинаю я, оборачиваясь к Малу.
Но мгновенно его руки напрягаются, снова грубо прижимая меня к стене, без капли милосердия.
— Не. Смей. Двигаться, — хрипло шепчет он мне в ухо, вызывая дрожь по спине.
Страх и адреналин всё ещё здесь. Но теперь они смешались с чем-то другим. Чем-то тёмным и порочным. Чем-то зловещим и манящим.
Чем-то, от чего моя кожа покрывается мурашками, а бёдра сжимаются с первобытной потребностью.
— Учитывая, что ты значишь для Мори-кай, — рычит он, — будет сладким удовольствием запачкать тебя.
Нож скользит в пояс моих йога-штанов. Я стону, когда он рвёт их, как бумагу, уничтожая ткань, прежде чем лезвие проникает под кружевное бельё и срывает его тоже. Я стону, когда рука Мала грубо проникает между моих ног. Его большие пальцы скользят вверх по моей влажной щели, собирая сок и размазывая его по клитору.
Я стону, его вес прижимает меня к шероховатой стене, соски горят, я трусь о гофрированный металл.
— Какая же ты грязная маленькая шлюха для меня… — рычит он. — Я бы сказал, что ты хотела, чтобы тебя поймали вот так. Чтобы незнакомец взял всё, что захочет, и устроил беспорядок в твоей жадной киске.
Кричу, когда два его больших пальца вонзаются в меня, упираясь глубоко в точку G, пока я извиваюсь между ним и стеной. Его другая рука возвращается к моей груди, щиплет и крутит соски, дёргая за пирсинг. Рука скользит выше, обхватывая моё горло и сжимая, пока он продолжает трахать меня пальцами ещё жёстче и грубее.
Но внезапно рука между моих ног исчезает, перемещаясь за спину.
Я слышу звон его ремня.
Чувствую, как его джинсы сползают, а затем — огромный, адски огромный, горячий пульсирующий член прижимается к моей заднице.
— Раздвинь ноги, шлюха.
Его колено впивается между моих ног, грубо раздвигая их. Я стону, дрожа от предвкушения и адреналина, чувствуя, как его набухший член прижимается к моим влажным губам и проникает между ними.
— Кричи для меня.
Мои глаза расширяются, когда Мал вгоняет в меня одним жестоким толчком.
— Чёрт…
— Хорошая девочка, — рычит он, вытаскивая и снова грубо входя в меня. — Я чувствую, как эта жадная киска пытается затянуть меня обратно. Так отчаянно хочет моей спермы.
Я стону, он выходит и снова входит, трахая меня о металлическую стену, пока лёгкий дождь начинает моросить на нас. Его рука обхватывает моё горло, другая шлёпает по моей заднице дважды, сильно. Его великолепный, огромный член вгоняется в меня, бёдра хлопают о мою плоть, а из моего горла вырывается стон.
Рука на моём горле сжимает сильнее, голова кружится, зрение расплывается, пока он трахает меня до потери сознания. Я даже не узнаю звуки, вырывающиеся из моего рта — смесь страха, адреналина и чисто животной похоти, ударяющая в кровь, как наркотик, который я жажду.
Он — как наркотик, который я жажду.
Я обвисаю на стене, цепляясь за его бедро и предплечье, пока он трахает меня с дикостью, от которой захватывает дух. Смутно осознаю, что снова кричу, дёргаюсь и извиваюсь под ним, когда первый оргазм пронзает меня.
Но Мал не останавливается. Не замедляется. Ничего не сбавляет. Он просто продолжает трахать меня, как машина, подталкивая к краю второго оргазма, прежде чем его зубы впиваются в мочку моего уха.
— Будь хорошей девочкой и запачкай мой большой член.
На этот раз всё настолько взрывное, что я думаю, не потеряла ли сознание на секунду. Пальцы ног судорожно сжимаются в обуви, спина выгибается, голова запрокидывается, а из горла вырывается полный оргазм.
Мал стонет, вгоняя в меня и оставаясь так глубоко, пока я взрываюсь вокруг него.
Чувствую, как его член пульсирует, горячая сперма заполняет меня, пока я обвисаю на стене и дрожу.
Но что я люблю в этом мужчине, так это его способность переключаться с одного на другое. Он только что жестоко трахал меня, как животное, после того как гонялся за мной в темноте с угрозами и ножом.
Но теперь его поведение полностью меняется. Мгновенно он обнимает меня, прижимает к себе нежно. Он мягко выходит из меня, подхватывает на руки, а его губы находят мои. Он целует меня мягко, держа в своих сильных, мощных руках, будто никогда не отпустит, позволяя вернуться из фантазии в реальность.
— Ты напугал меня до чёртиков, — бормочу я с лёгким смешком, уткнувшись в его грудь.
— Просто я скучал по тебе, вот и всё.
Я улыбаюсь, глядя в его глаза, и поднимаю бровь.
— Напомни мне уезжать чаще.
— Да, этого не произойдёт.
— Ну, может, я могу просто притворяться, что уезжаю чаще, если ты так скучаешь.
— Или ты можешь просто никогда больше не уезжать, и я буду делать это, когда ты захочешь.
Я улыбаюсь.
— Договорились.
Но вдруг я хмурю брови.
— Погоди, Кай…
Он хмурится.
— Что с Каем?
Я смотрю на него.
— Он… я имею в виду, стрельба?
Лицо Мала напрягается.
— Какая чёртова стрельба?
Моё сердце проваливается в пол, когда я с ужасом смотрю на него.
— Я… это было… часть…
Мал начинает улыбаться.
— Ах ты гад!
Я бью его по груди и лицу, пока он смеётся, одной рукой хватает мои запястья и держит их, прежде чем снова прижимает свои губы к моим.
— Кай в порядке. Ты знала, что в молодости он мечтал стать профессиональным актёром?
— Ну, ему стоит этим заняться! — вырывается у меня. — Он был в курсе этой твоей схемы?
— Виноват.
— Я его реально убью.
Мал смеётся, снова целуя меня.
— С ним всё в порядке. Он уехал, как только ты побежала сюда. Наверное, уже дома, смотрит матч. Пошли.
Он несёт меня обратно через пустой аэродром к машине. Все двери теперь закрыты. Конечно же, мой телефон аккуратно лежит на пассажирском сиденье. Фальшивая кровь исчезла, как и Кай.
Я серьёзно убью этого придурка.
Но сначала поеду домой с мужчиной, которого люблю. Приму душ, желательно с ним, а затем залезу в кровать, в его объятия.
И в нашу оставшуюся жизнь.
1 Вакагасира — это босс, управляющий несколькими бригадами гангстеров одного региона в иерархии якудза.
2 Юбитсуме — это ритуал отрезания фаланг или даже целых пальцев, который практикуется в японской организованной преступности, якудза.
  
3 Irezumi — японское слово, обозначающее татуировку. На английском языке так называют особый стиль японской татуировки.
4 Симпатизант — это тот, кто проявляет симпатию к кому-либо, чему-либо; сторонник.