Не развод, а война (СИ)

— Руслан, я...
— Я нанял детектива! — перебивает он, шагая из угла в угол. — Думаешь, я идиот? Думаешь, не узнаю, кто этот урод?
Вот дерьмо. Теперь он будет рыться в моей жизни, искать того, кого не существует. Какая же я дура — зачем соврала про любовника?
— Ты следишь за мной? — возмущаюсь я, изображая праведный гнев. — Как ты смеешь?
— Как смею? — Руслан останавливается передо мной, сверлит взглядом. — Ты моя жена, чёрт тебя дери! Моя! И если какой-то гандон решил, что может лапать то, что принадлежит мне...
  
— Принадлежит тебе? — взвизгиваю я. — Я не твоя собственность, урод!
— Ещё как моя! — Он хватает меня за плечи, встряхивает. — Мы ещё в браке, забыла? Пока развод не оформлен, ты остаёшься моей женой!
От него несёт перегаром так, что дышать нечем. Руки дрожат — то ли от злости, то ли от страха. Глаза горят каким-то безумным огнём.
— Отпусти меня! — вырываюсь я из его хватки. — Ты сошёл с ума!
— Сошёл! — соглашается он, запуская пальцы в волосы. — С ума схожу от одной мысли, что какой-то мудак касается тебя!
Что это? Ревность? Но он же сам хотел развода! Сам заявил, что я ему больше не нужна!
— Ты лицемер, — шиплю я, заворачиваясь в халат плотнее. — У самого любовница, а мне запрещаешь встречаться с мужчинами?
— Виолетта — другое дело, — мрачно говорит он.
— Ах, другое? — Злость прёт из меня, как раскалённая лава из жерла вулкана. — Значит, тебе можно трахать молодушек, а мне нельзя найти нормального мужика?
— Не смей так говорить! — рявкает Руслан.
— А как мне говорить? — кричу я в ответ. — Ты разрушил нашу семью ради какой-то двадцативосьмилетней шлюшки, а теперь ещё и права качаешь?
Он резко поворачивается и сжимает кулак так, что костяшки белеют. На секунду мне становится страшно — а что, если ударит? Но нет, Руслан никогда не поднимал на меня руку.
— Виолетта не шлюшка, — цедит он сквозь зубы.
— Да ну? — хохочу я, как гиена на кладбище его репутации. — А кто тогда? Непорочная дева с золотым банковским счётом? Да ты, видимо нашёл редкий экземпляр женщины, которая не только не требует внимания, но ещё и сама подметает следы твоих грязных дел?
— Она умная женщина, с неё многие могли бы пример брать.
Вот сволочь. Намекает на меня, что ли?
— Ну конечно, умная, — хохочу я истерично. — В двадцать восемь лет такому опытному мужику в постель залезла! Прямо не женщина, а мудрец, блин! Наверняка она ещё и в шахматы с тобой играет, пока ты спишь.
— Заткнись!
— Не заткнусь! — Подхожу я к нему вплотную, тыкаю пальцем в грудь. — Расскажи мне лучше, как это было? Соблазнял её в своём офисе? На диване для клиентов? Или сразу в гостиницу потащил?
Руслан хватает меня за запястье, сжимает так, что мне больно.
— Прекрати, — предупреждающе рычит он.
— Больно? — усмехаюсь я. — А мне как было больно, когда я про неё узнала? Ты думал?
Он отпускает, отворачивается. Плечи напряжены, спина прямая, как доска.
— Злата, давай не будем...
— Не будем что? — не даю я ему договорить. — Называть вещи своими именами? Ты изменил мне с бабой, которая намного младше меня!
— Хватит! — он поворачивается и его лицо перекошено от гнева. — Между нами давно ничего не было! Мы жили как соседи по квартире!
— И чья это вина? — шиплю я, подходя к нему так близко, что он чувствует моё ядовитое дыхание. — А кто отдалился? Кто перестал разговаривать со мной? Кто превратил наш дом в гостиницу, где жена — это бесплатная горничная с правом на секс по праздникам? Кто годами общался со мной только через закрытую дверь кабинета, будто я — назойливый кредитор, а не та, кто стирала твои грязные носки и терпела твои тупые выходки?! Да ты сам себя запер в своём эгоизме, как крыса в золотой клетке!
— Я работал! — орёт он в ответ. — Я содержал эту семью!
— А я что делала? Лежала на диване и ела пирожные? — Голос срывается на визг. — Я растила твоего сына! Вела хозяйство! Поддерживала тебя!
— Поддерживала? — он злобно смеётся. — Когда? Когда ты в последний раз интересовалась моими делами? Когда спрашивала, как прошёл мой день?
Я открываю рот, чтобы ответить, но слов не нахожу. Господи, а ведь он прав. Когда это случилось? Когда мы перестали разговаривать по душам?
— Вот именно, — кивает он, видя моё замешательство. — Молчишь. Потому что тебе было плевать.
— Неправда, — шепчу я, но голос дрожит.
— Правда, Злата. Мы оба виноваты в том, что наш брак развалился. Но ты хотя бы могла подождать с новыми отношениями, пока развод не оформлен.
Сердце колотится, как бешеное. Надо признаться, что никакого любовника нет. Но что тогда? Он решит, что я жалкая, брошенная жена, которая придумывает себе романы?
— Почему я должна ждать? — вместо этого спрашиваю я. — Ты же не ждёшь.
— Потому что ты мать моего сына! — рычит он. — Потому что на тебе ещё моё имя!
— Твоё имя? — фыркаю я. — Какая трогательная забота о фамилии.
— Забота о репутации, — поправляет он. — И о Савелии. Как ты думаешь, что он подумает, когда узнает, что его мама встречается с каким-то типом?
Вот сволочь. Бьёт по больному. Знает, что я боюсь травмировать сына больше всего.
— Савелий поймёт, — говорю я не очень уверенно.
— Поймёт? Одиннадцатилетний ребёнок поймёт, что его мать шляется по мужикам, пока родители ещё официально в браке?
— Я не шляюсь! — взрываюсь я как паровой котёл. — У меня серьёзные отношения!
— Серьёзные? — насмешливо изгибает он бровь. — С кем? Как его зовут?
Тупик. Надо что-то придумать, и быстро.
— Это не твоё дело, — отвечаю я высокомерно.
— Ещё как моё! — Руслан подходит ближе, нависает надо мной. — Я узнаю, кто он. И если это какой-нибудь альфонс, который хочет поживиться за мой счёт...
— Что ты сделаешь? — усмехаюсь я. — Убьёшь?
— Сделаю так, что он пожалеет о том дне, когда родился на свет.
В его голосе столько холодной ярости, что мурашки пробегают по коже. Руслан в гневе страшен — я это знаю. И если он узнает, что никакого любовника нет...
— Ты угрожаешь мне? — пытаюсь я держать лицо.
— Предупреждаю. — Он отступает, но взгляд не отводит. — Пока мы в браке, ты будешь вести себя прилично.
— А ты? — ехидно спрашиваю я. — Тоже будешь вести себя прилично? Или продолжишь таскаться по гостиницам со своей молодухой?
Руслан дёргается, будто его током ударило.
— Я с ней порвал, — вдруг говорит он тихо.
Что? Я ослышалась?
— Что ты сказал?
— Я сказал, что порвал с Виолеттой, — повторяет он, не глядя на меня. — Вчера.
Мир переворачивается. Руслан порвал с любовницей? Почему? Когда? И главное — зачем он мне об этом рассказывает?
— Не понимаю, — растерянно говорю я.
— А что тут понимать? — Он проходит к дивану, тяжело опускается на него. — Закончил отношения. Всё.
— Но почему?
Руслан поднимает на меня глаза. В них столько боли, что на секунду я забываю обо всех обидах.
— Потому что не мог думать о ней, когда ты с другим.
Господи. Что это? Признание?
— Руслан...
— Знаешь, что я делал вчера вечером? — перебивает он. — Сидел в машине недалеко от дома и ждал. Ждал, когда твой любовник выйдет. Хотел увидеть его лицо.
Сердце замирает. Он что, всю ночь на улице провёл?
— Но никто не вышел, — продолжает он. — И тогда я понял — он живёт здесь. В нашем доме. В нашей спальне.
— Нет! — быстро говорю я. — Нет, он не живёт здесь.
— Не ври. — Руслан встаёт, подходит ко мне. — Я видел свет в окнах всю ночь. Кто-то был с тобой.
Вот дерьмо. Свет горел, потому что я не могла уснуть. Читала, пила чай, смотрела сериалы. А он думал, что я с любовником провожу время.
  
— Ты ошибаешься, — слабо возражаю я.
— Нет, не ошибаюсь. И знаешь что? — Он наклоняется, лицо в нескольких сантиметрах от моего. — Меня это убивает.
Дыхание перехватывает. Руслан так близко, что я чувствую запах его кожи под алкогольными испарениями. Знакомый, родной запах.