Борьба династий (СИ)

Елена внимательно следила за возлюбленным и рискнула предположить.
— Вероятно, он его нашел.
— Нет, — машинально возразил Игорь, но замолчал, задумавшись. — Лев Якушев говорит, что отец пребывал в состоянии крайнего эмоционального возбуждения все дни перед трагедией. Он, конечно же, не мог знать, что конец близок. Значит, определилось некое обстоятельство, которое нам неизвестно, — логически заключил Игорь. — Максим исчез тридцать два года назад… Хм, — усмехнулся он. — Скорее всего, возник самозванец, внушивший старику, что он, пропавший и вновь обретенный сын. Интересно…
— В эпоху генетических исследований непросто ввести людей в заблуждение подобным фокусом.
— Ты права, — согласился с ней Игорь.
— А если брат не объявится? Кто тогда завладеет наследством?
— По истечении шестимесячного срока акции будут разделены между мной и Уваровым. То есть по пятнадцать процентов каждому.
— Хоть что-то, — удовлетворенно подытожила Елена. — Будем считать, что именно так в конечном итоге и произойдет.
— До конечного итога еще дожить нужно, золотце. Полагаю, нас ожидает еще множество сюрпризов, и, боюсь, не все они окажутся приятными, — пессимистично заявил Игорь.
— А если Михаил был не в себе?
— Сейчас этого уже не проверишь, Лена. Все возможно. Исчезновение Максима стало началом конца. После этого события мира в семье не стало, Востровы и Лебедевы разделились на враждующие кланы. Похищение Максима нанесло сильнейший удар по моим родителям. Первенец, наследник, объект всеобщего упования…
— Ты мог занять его место в душе отца.
— А я хотел? — усомнился Игорь. — Да если бы и хотел, то не смог бы. Что касается Оли, то она старалась. Умница и отличница… Да какая теперь разница, Лена? Отец мертв и упокоен. Радует то, что он не завещал весь пакет акций Уварову.
— Теперь, когда не стало твоего отца, управление корпорацией перейдет к тебе, Ольге и Уварову?
— Уваров не Лебедев! — воинственно проговорил Игорь. — Я единственный действительный сын. И я буду бороться за кресло председателя правления. У меня для этого есть все законные основания.
Елена осталась в пустеющей гостиной после того, как Игорь удалился в кабинет с Львом Якушевым.
Елена всемерно сочувствовала Игорю, любящим сердцем она была чрезвычайно чутка ко всем его переживаниям. Впрочем, переживаний ей хватало и своих.
С тех пор как к Елене пришло осознание факта беременности, чему немало способствовало ухудшение ее самочувствия, она постоянно пребывала в состоянии стресса. Ко всему прочему Елена стала подмечать, что двоюродная сестра Игоря, Алевтина, догадывается об их связи. Это стало возможным из-за того, что, будучи дизайнером «Дикого аметиста», Аля много времени проводила с Еленой, участвующей в разработке маркетинговой концепции новой ювелирной коллекции «На века», которая должна была увидеть свет к концу месяца. Но Игорь, как всегда, был слишком занят, чтобы заметить перемены в состоянии своей любовницы вплоть до этого утра, когда он заговорил о ее заметно раздавшейся груди…
— Лена?
Елена повернулась на голос. На нее смотрела обворожительная Стелла Багирова, знаменитая модель, лицо рекламной кампании «Дикого аметиста». И хоть Стелла и лишилась своей сестры Регины в той же авиакатастрофе, в которой погиб и Михаил Лебедев, тем не менее по профессиональной привычке она выглядела блистательно, разве что не сияла улыбкой и не поражала жизнерадостностью. Но одного ее совершенного лица и точеной фигурки хватало, чтобы компенсировать сдержанность туалета и отсутствие привычного макияжа, а тугой узел волос на затылке придавал всему ее облику черты безвременного совершенства, где ясность и чистота являются первоосновными атрибутами.
— Милая, как ты держишься? — проникновенно спросила Стеллу Елена, сжав прохладную кисть модели в своей руке.
— Двое похорон за несколько дней… Пусть даже мы с Региной никогда не были близки… Лена, я сто лет не рыдала так, как в день ее гибели, — нехотя призналась Стелла и неудержимые слезы блеснули в уголках прекрасных глаз.
 
— Вы сестры, это естественно. Поплачь, милая.
В отличие от Стеллы, Елена знала, что Михаил и Регина, ведавшая в корпорации связями с общественностью, хотели, чтобы и Елена в тот раз летела вмести с ними в Стамбул, где руководство компании планировало открыть магазин их торговой сети. И только насыщенность программы подготовки проекта и еще ряд личных причин не позволили привести это намерение к исполнению.
Елене посчастливилось не погибнуть в случившейся катастрофе, поэтому у нее было особое отношение к этим похоронам.
— Ты слышала, что говорят люди? Это ужасно! — воскликнула Стелла.
— А что они говорят? — спросила Елена.
— Будто бы Регина и Михаил были любовниками. Это отвратительная ложь. Я не верю в это.
— Не слушай никого, — твердо сказала Елена.
Всем было известно пристрастие Михаила к молодым женщинам, в особенности в последние годы. Репортерам даже удалось обнародовать ряд скандальных подробностей его отношений с некоторыми из его юных подружек.
— А тебе что об этом известно? — шепотом полюбопытствовала Стелла.
— Ты о чем?
— О новом завещании Михаила. Почему все так взвинчены?
— Я же не присутствовала на оглашении.
— Говорят, что по его завещанию Регина унаследовала астрономическую сумму денег. Якобы Регине причитаются даже украшения покойной Марии.
Поскольку Игорь не обмолвился об этом ни словом, Елена округлила от изумления глаза. Это действительно походило на посмертное признание их с Региной любовной связи.
Елена нахмурилась, подумав про Ольгу. Та не заслужила такого пренебрежения со стороны отца.
— Стелла, я ничего не слышала об этом.
— А сын Регины, Тимур, якобы унаследовал трастовый фонд, — словно не слыша заверения Елены, продолжала Стелла. — Я уже слышала мнения, что мой племянник, незаконный сын Михаила.
— Но если это так, то у нас нет права упрекать Андрея Вострова. Полагаю, у твоего свояка есть все основания для ненависти… То есть ты хочешь сказать, что Тимур, брат Игоря?
— Если его отец Михаил. Пресса уже делала прозрачные намеки на это обстоятельство.
— Невероятно! — отозвалась Елена, поддавшись первому впечатлению. — Не хочется думать о худшем, но…
— Все сходится, Лена, и условия нового завещания только подтверждают подозрения, — вкрадчиво проговорила Стелла.
— Бедный Андрей, бедная Ольга, бедный Игорь…
— Да уж… Бедные все мы, — подытожила Стелла. — Молчок! Игорь идет сюда, — предупредила она Елену.
— Дамы, выпьете что-нибудь? — спросил Игорь, подойдя к Стелле и Елене.
— Мне что-нибудь покрепче, — попросила модель.
— А ты, Елена?
— Я бы выпила некрепкий чай, — проговорила беременная Елена, вызвав недоумение у собеседников, — или ничего, — добавила она, оценив ситуацию.
— Чай? В такую жару? — удивленно переспросил Игорь.
— Что-то покрепче будет столь же неуместным, — разумно заметила Елена.
Им легко удавалось сохранять бесстрастность в общении на публике. Елена делала это потому, что не хотела навредить любимому. А Игорю это хорошо удавалось по той причине, как всегда полагала Елена, что он и не испытывал к ней иных чувств, кроме сексуального влечения. И она не могла винить его в этом, поскольку никогда не ставила заслон его желаниям.
— Чай так чай, — смиренно произнес Игорь, — я распоряжусь, чтобы принесли.
— Какой очаровашка, — облизнулась Стелла, глядя ему вслед. — Мне кто-нибудь объяснит, почему этот красавчик все еще не занят?
Елена пожала плечами. Хотела бы она знать, играет с ней Стелла или не догадывается об их связи!
— А на кого Тимур похож внешне? — поинтересовалась Елена.
— Сложно ответить с полной определенностью. У мальчика темные волосы… и хитрая ухмылочка. Никого не напоминает?
— Это ничего не доказывает.
— Я редко вижу племянника, а дети меняются так быстро… Бедная кроха! Будет расти без матери. Я должна поговорить с Андреем, хочу разделить с ним заботы о воспитании малыша.