Не та цель (СИ)
Насчет Чемпионата мира по квиддичу… Честно говоря, я даже не знал, что он скоро будет! Ты же знаешь, что я не большой любитель читать все эти газеты, а бабушка ничего не говорит… Увы, на сам Чемпионат я не смогу попасть — бабушка записала меня на «Очень Важный Семинар по Выведению Неуязвимых Кактусов». Но ты обязательно расскажи мне потом, если увидишь что-нибудь необычное — например, если золотой снитч вдруг окажется замаскированным крылатым пиксивом!
Кстати, я хотел спросить… Ты не могла бы одолжить мне маленький кусочек аметиста? Моя прыгучая фасоль после встречи с теми самыми «обнимательными» слизнекорнями стала какой-то блёклой, а в «Справочнике лунного садоводства» говорится, что аметисты помогают восстановить «внутреннее сияние». Я, конечно, верну его, как только фасоль снова засвистит — или даже пришлю тебе парочку её семян, если захочешь! (Только, пожалуйста, не сажай их рядом с хрупкими предметами!)
Твой друг, Невилл
P. S. Твой Крукси не ест, случайно, садовых улиток? У бабушки их целое нашествие, а я не уверен, что они обычные…
Долго думал на счёт предупреждения Луны на счёт грядущего веселья с пожирателями, но потом вспомнил, что вроде как Лавгуды не пострадали во время этой демонстрации силы, а значит пусть всё идёт как идёт.
Потом задумался о прикреплении каких-нибудь маленьких презентов, но в конце концов решил оставить всё как есть, и схватив своё «творчество», направился на поиски бабушки, так как понятия не имел — где в нашем доме искать конверты и пушистых почтальонов.
Не представляю, что бы я делал во время написания письма, если бы память ребёнка не расщедрилась на воспоминания об этой самой «прыгучей фасоли». Мне, как существу 21 века оказалось очень непросто воспринимать все эти названия, а так же осознавать, что это мало того, что существует, но ещё и имеет какой-то функционал…
Бабушки к моему удивлению в гостиной не было, и я не спеша отправился на поиски по всему дому, попутно с любопытством его осматривая.
На самом деле поместье Лонгботтомов оказалось весьма удивительным сооружением, как и любое другое жилище волшебника. Вспомнить хотя бы тот момент, что снаружи он выглядел как вполне себе обычный двухэтажный особняк, а внутри я чётко видел, что этажей в доме три…
Я шёл по дому, и чувствовал, что не только я изучаю окружение, но и это самое окружение изучает меня. За каждым моим шагом пристально следили портреты предков на стенах, а старый напольный ковёр в одной из комнат, на котором был изображён летящий дракон, неожиданно шевельнул крыльями, как только я наступил на него.
Неожиданно за моей спиной раздался старческий мужской голос:
— Опять забыл, где что лежит?
Я резко обернулся, ощущая как сердце готово было выпрыгнуть из груди от испуга, но за моей спиной никого не было.
Первой моей мыслью конечно же были призраки, однако потом я заметил краем глаза, как чуть правее шевельнулся портрет пожилого человека, при взгляде на который пришло тёплое воспоминание — дедушка Альфред.
Моментально осознав, что услышанная фраза принадлежала этому портрету, я потупил глаза и тихо ответил:
— Н-нет, я просто ищу бабушку…
Старик на портрете на это лишь хмыкнул и отвернулся, будто озвученное мной занятие было самой глупейшей затеей на свете.
Этот дом был удивительным местом, вот только не смотря на всю его удивительность — бабушки я так нигде и не находил.
Неожиданно, когда я проходил мимо окна ведущего на двор, то обратил внимание, что дверь теплицы слегка приоткрыта, хотя я совершенно точно помнил о том, что перед обедом плотно её закрывал.
«Или оттуда сбежала какая-то магическая бубуйня, и совсем скоро всех нас прикончит, или, что более вероятно, бабушка пошла проверять как там растут её питомцы.» — озарило меня, и резко развернувшись я направился вниз.
Предположение оказалось верным, ведь как только я зашёл внутрь теплицы, чуть не задохнувшись от царившей там духоты, и крикнул протяжно жалобное:
— Бабушка! Ты здесь? — то тут же услышал далёкий ответ родного голоса:
— Да, Невилл, я здесь! Что у тебя случилось, малыш?
«Малыш? Ну раз малыш, то будем соответствовать…» — скептично ухмыльнулся я, и тут же заканючил:
— Я написал письмо Луне, и не могу найти конверт, чтобы упаковать его… А ещё… Когда я смогу его отправить?
Я чётко услышал вздох пожилой женщины, после чего она мягким голосом ответила:
— Внук, ну ты же прекрасно знаешь, что все конверты лежат в верхнем ящике комода, в гостиной. Что касается отправки — Бархана я сегодня никуда не отправляла, так что он целиком и полностью к твоим услугам! Только помни про его характер, и возьми с собой какое-то угощение с кухни!
— Спасибо, ба! — прокричал я невероятно довольным голосом, и тут же выскочил из этой парилки, с облегчением переводя дыхание.
«Ну что ж. С одним моментом мы разобрались, теперь осталось вспомнить — что любят совы, и где собственно говоря эту самую сову искать…» — озадаченно подумал я, и направился в сторону кухни, аккуратно сжимая пергаментные листы, стараясь их не помять еще больше, чем они были помяты до этого.
Конверты оказались там, где и сказала Августа. Быстренько схватив один, я осторожно поместил в него своё послание, и схватив с комода комплект письменных принадлежностей, тщательно вывел:
«Луне Лавгуд, от её друга Невилла.»
С угощением для совы определился быстро. Совы — это ведь хищники? Вот я и отрезал себе на кухне немного мяса, сразу после чего двинулся наверх, помня по канону, что совятни всегда старались размещать как можно выше.
Третий этаж встретил меня тишиной и запустением. За все дни своей жизни в новом мире я так ни разу и не удосужился посетить это место, и даже не знаю что на это больше повлияло…
То ли высокая загруженность, и желание как можно быстрее обрести знания о магии, то ли то, что подсознание Невилла после недавнего падения воспринимало третий этаж, как источник какого-то зла, и просто напросто не хотело туда возвращаться.
В пользу второй теории послужил тот факт, что проходя мимо одного из окон я вдруг ощутил, как меня буквально передёрнуло от странного чувства иррационального страха, но слава богу это закончилось весьма быстро, и я продолжил поиски совятни…
Искомое помещение обнаружилось в конце небольшого коридора, который к моему неописуемому шоку закончился очередной лестницей наверх!
«Да сколько ж этажей в этом доме!» — ошарашенно подумал я, и не спеша двинулся наверх по невероятно узкой лестнице, которая закончилась крохотным помещением, в котором наверно не было и пяти квадратов.
Сама совятня оказалась погружённой в полумрак и весьма серьёзно загаженной одни единственным обитателем — пухлой, землисто-песочного цвета совой, с широкими округлыми крыльями. Его перья имели оттенки от тёплого бежевого, до тёмно-коричневого, будто припорошенный песком далёких пустынь.
Как только я зашёл внутрь, то Бархан тут же проснулся, и стал пристально следить за моим приближением взглядом янтарно-жёлтых глаз.
Я понятия не имел — как правильно обращаться с совами, поэтому решил попробовать представить на его месте собаку из своего мира, и в следующий миг протянул руку с угощением вперёд, и начал приговаривать, старательно улыбаясь:
— Привет Бархан! Какой ты красивый, статный… А я тебе вот угощение принёс!
Бархан не заставил себя ждать, и тут же с шумом слетел с жерди, после чего приземлился прямо мне на голову, цепляясь когтями за волосы!
— Ай! Ты что творишь, шашлык пернатый?! — возмущённо воскликнул я, пытаясь удержать равновесие и не обращать внимание на боль, а нарушитель спокойствия тем временем уже деловито спрыгнул на руку, после чего быстрыми движениями начал выхватывать клювом мясо с моей ладони, каждый раз перед этим театрально встряхивая перьями.
Тело Невилла явно было не подготовлено к такого рода утяжелителям, и рука под весом совы практически сразу начала опускаться вниз.