У каждого своя война

– Можно сказать и так, милостивый государь.
– Мне хотелось бы знать, имеете ли вы какое-то отношение к банде лучников, которые уже две недели терроризируют нашу округу? – наконец открыл рот флегматик.
– Нет. Но если вы соизволили заметить, то я гербовый дворянин и если вы меня в чем-то обвиняете…
– Граф Шарль де Монтиньяк… Флегматик неожиданно резко оборвал начавшего говорить мальчишку:
– Предпочитаю говорить за себя сам, Анри! Даже наши родственные отношения не дают тебе такого права!
– Но, дядя!.. – наткнувшись на строгий взгляд, племянник предпочел замолчать.
За это короткое время я уже успел составить психологический наброски характеров на всех четверых. Флегматик, имевший вес в этой компании, казался самым спокойным и рассудочным человеком из всей компании. Исходил я из того, что двое забияк, шатен и брюнет, которым явно хотелось скрестить со мной мечи, после того как в разговор вступил граф, не произнесли больше ни слова. Эти тоже были просты и понятны, как и молодой Анри – искатель подвигов.
Граф некоторое время внимательно рассматривал меня, перед тем как снова заговорить:
– Мои слова не обвинение, а просто вопрос. Я так понимаю, что вы в наших краях недавно. Если не секрет: откуда едете?
– Из замка маркиза Антуана де Сен-Пари.
Подобным заявлением я указывал на дружбу с маркизом, чтобы тем самым погасить возможный конфликт в зародыше. Того и гляди нарвешься на дерзость, а там и до поединка недалеко. А оно мне надо?
– Подождите! Не вы ли тот самый англичанин, участник «схватки двадцати рыцарей»?! – тут же влез с вопросом неугомонный юнец.
Я еще не слышал подобного названия, но догадаться о чем идет речь, было нетрудно.
– Да, сударь. Это я. Шатен помрачнел и сказал:
– Барон де Растиньяк был хорошим человеком и отличным воином.
Похоже, он еще не терял надежды на поединок со мной. Брюнет же в отличие от него, наоборот, потерял воинственность, сменив ее на любопытство:
– Я много слышал об этой схватке! Но из первых уст – ни разу! Извините, что сразу не представился! Барон Жоффруа де Кленсо!
– Эсквайр Томас Фовершэм, сын барона Джона Фовершэма.
– Граф Шарль де Монтиньяк. Это мой родной племянник, Анри де Монтиньяк.
– Гийом де Шатале, – буркнул шатен.
– Вы знаете, эсквайр, – тут же снова заговорил барон, после того, как наше знакомство состоялось, – как только я узнал, что в рядах сторонников маркиза оказался англичанин, а он их на дух не переносит, то сразу подумал: за какие заслуги?! У нас, что мало своих храбрых и сильных рыцарей?! Пожалейте меня, скажите быстрее, почему он остановил свой выбор на вас?! Я сгораю от любопытства!
– Вы про Живодера слыхали?!
– Про этого стервятника, позор французского дворянства, кто не слышал! – тут же прокомментировал мои слова барон де Кленсо. – Ничего! Придет время и его голова скатится с плеч!
– Это уже произошло!
Когда сразу четыре лица принимают сразу изумленное до предела выражение, что выражается в широко открытых глазах и отвисших челюстях, это выглядит довольно комично. В другое время я бы, наверно, захохотал, глядя на их ошарашенные лица, но за их спинами было не менее полусотни вооруженных людей, поэтому я воздержался. Первым пришел в себя юнец Анри.
– Вы сразили Живодера?! Святые ангелы! Дядя, мы должны пригласить его к нам в замок! Мы должны услышать об этом собственными ушами!
– Вы, сударь, прямо герой! – сказал граф, когда его челюсть вернулась на место. – Я слышал краем уха, но не поверил. Дважды ходили за головой графа де Брассье… Гм! Даже не знаю, что и сказать. Извините меня, эсквайр за излишние подозрения! Я всецело поддерживаю приглашение моего племянника! Мы вам будем рады!
– Извините, господа, но я все же не хотел бы отягощать вас своим присутствием! Если не против, я расскажу вам все, что захотите узнать, за бокалом вина в этой гостинице.
– Нет! Извините, но у нас так не принято! Надеюсь, вы не хотите оскорбить нас, отклоняя наше гостеприимство?! – теперь на меня пошел в атаку уже де Кленсо.
  
– Извините, господа! Но я еще и командир отряда! Я не могу ехать куда-то, бросив своих людей на произвол судьбы!
– Мой замок расположен ближе всех от этого места. Всего в пяти лье отсюда, – проявил барон, в свою очередь, гостеприимство. – Уверяю вас, эсквайр, вы хорошо отдохнете. А мы все услышим из первых уст! Ваши люди пусть отдохнут здесь. Трактирщику будут даны соответствующие распоряжения, а завтра к обеду мы доставим вас сюда в целости и сохранности!
В принципе все остались довольны подобным решением, кроме молодого богатыря. Тот явно хотел заполучить меня к себе в гости, а когда это не случилось, откровенно обиделся. Дальше отнекиваться не имело смысла. Мысленно прокляв свою «популярность», мне только осталось изобразить вежливую улыбку и сказать:
– Хорошо. Но в этом случае господа, вам придется подождать, пока я сделаю все необходимые распоряжения.
Когда я обрисовал ситуацию перед Сэмом и Уильямом, те только кивнули головами в знак согласия. Отгуляете – вернетесь. Джеффри отсыпал с десяток монет на твердую ладонь Сэма, и мы уже были готовы уезжать, как ко мне неожиданно обратился Уильям Кеннет:
– Сэр, вы бы взяли несколько наших парней. Так на всякий случай.
Честно говоря, я уже думал об этом, но потом решил: обойдусь. И вот теперь это предложение.
– У меня есть три заводных лошади. Кто поедет?
– Я поеду, а Сэм останется с ребятами. С собой возьму Джона из Хампшира и Томаса из Ромсея. Крепкие парни и стрелки не последние!
– Хорошо. Собирайтесь. Лошади вас будут ждать у постоялого двора.
  
ГЛАВА 4
 
СМЕРТЬ, КРАДУЩАЯСЯ В НОЧИ
 
Барон Жоффруа де Кленсо, владелец замка Монтекьер, был хорошим воином, посвятившим себя войне с англичанами. Как только собиралась очередная военная компания, он, недолго думая, отправлялся в поход. Весну и лето посвящал войне, а осень и зиму проводил в замке, управляя своими обширными владениями. Дважды его брали в плен, и дважды выкуп за него выжимали избиениями и пытками из умирающих от голода крестьян и разоренных фермеров. В этом году было объявлено официальное перемирие, поэтому он не поехал воевать, зато с несказанным удовольствием принял приглашение поохотиться на отряд англичан – мародеров.
Замок Монтекьер встретил нас широким рвом и высокими стенами с выступающими наружу угловыми башнями. За зубчатой крепостной стеной, резко очерченная на фоне голубого неба, стояла главная башня замка. Не успели мы спешиться и привести себя в порядок, как нас позвали к столу. Оказалось, что слуга был еще раньше направлен в замок с известием о скором прибытии хозяина. Если в хижинах крестьян царила острая нужда, то в замке всегда имелось всего в избытке. Сидя в компании из семи человек я смотрел на стол, ломившейся от пирогов с различной начинкой, кусков мяса и блюд из дичи. Меня немало удивляло подобное расточительство среди дворян, ведь всем этим можно было спокойно накормить взвод солдат до отвала. Впрочем, это соображение не мешало мне выбирать куски повкуснее.
За столом помимо нас пятерых присутствовало еще три человека: шевалье Амори Монтикур, друг хозяина замка, сэр Отто Харнит, странствующий рыцарь из королевства Богемии, и замковый капеллан.
Дрова трещали на огромном очаге, соколы в шапочках спали на своих нашестах, свирепые шотландские борзые в ожидании подачки теснились за нашими спинами на изразцовом полу, а возле каждого из гостей стояли нарядные, одетые в цвета хозяина замка, пажи. Вроде все было как всегда. Желудок грел вкусный обед, душу – оживленный разговор и в тоже время я чувствовал себя как-то неловко. Дело было не в хозяине замка и его гостях, а в деревне, сквозь которую мы проскакали с полчаса тому назад. Жалкие лачуги с соломенными крышами и грязные, забитые крестьяне, кланяющиеся чуть ли не до земли. И вот теперь эта роскошь. Контраст между безысходной нищетой и пышным богатством оказался настолько резок, что даже меня, уже привыкшего к реалиям окружающей жизни, покоробило. Несмотря на это, я старался быть веселым, приправляя свои рассказы шутками и интересными подробностями. Все вокруг смеялись, и в свою очередь, старались отвечать мне шутками и остротами. Немецкому рыцарю тоже было что рассказать, но героем дня, вне всякого сомнения, стал я. Закончив рассказ о «битве двадцати рыцарей», потом еще некоторое время отвечал на вопросы, после чего хозяин отправил всех отдыхать, чтобы через несколько часов снова собрать за столом и услышать мой рассказ о захвате замка Живодера.