Цукумогами. Невидимые беды
Ни офицера, ни работника уже не было видно.
– Офицер…
Она посмотрела на Киона. Они провели в гнетущем молчании добрых десять секунд, пытаясь припомнить имя этого человека. Не выходило. Бенни спохватилась первой и дернула за висящий на шее свисток. Черт бы побрал эту залипающую кнопку у казенной рации.
– Срочно, чтоб тебя!
Она рванула к машине.
Всем постам! Неизвестный увел потенциального свидетеля происшествия на улице M. Особые приметы: два человека, рост одного около шести футов, другой ощутимо ниже. Первый седой, одет в полицейскую форму, возможно имеет удостоверение, вероятно краденое. Срочно задержать!
– Черт, Бенни, во что мы опять вляпались?
Кион опустил руку на ее плечо, но она стремительным движением сбросила его ладонь.
– Знать бы самой.
На смежной улице раздался вой полицейской сирены.
Кёичиро не слышал ни сирены, ни топота ног десятка полицейских, рассредоточившихся по кварталу. Он полностью погрузился в свои мысли, возвращаясь к ужасающему зрелищу на пороге магазина, раз за разом переживая обуявшие его чувства. Он хорошо знал, что теперь долго будет просыпаться от собственного крика и жуткие картинки приклеятся к внутренней стороне век. Он ничего не сможет с этим поделать. Лишь бы Фукузава-сан, живущий в соседней квартире, не ловил его утром у двери и не пытался захмурить толстенными бровями до смерти.
Офицер молчал. Легкая улыбка играла на его губах, волосы сияли серебром и то и дело норовили щелкнуть зазевавшегося Кёичиро по носу. Этот человек, весь состоящий из прямых линий и острых углов, не удивлял Кёичиро. Возможно, они даже виделись раньше, в клинике или участке. Или, быть может, он когда-то угостил его выпивкой в одном из местных баров? Пьяным Кёичиро всегда был таким щедрым! Не чета Кёичиро трезвому, который держался за свои копейки как за спасательный круг. Будто хоть что-то в мире могло его спасти.
Эта мысль вызвала у него улыбку. Он остановился у пешеходного перехода и с удивлением обнаружил, что его спутник продолжил путь.
– Стойте! – Кёичиро попытался поймать офицера за рукав.
Светофор горел красным, и вежливый роботизированный голос… Кёичиро вдруг понял, что голос звучит на одной ноте.
– Не болтайте, – с улыбкой отозвался мужчина. – Вы меня отвлекаете.
– Отвлекаю от чего?
– Ну вот, опять. Мало того что опоздали, так еще и перечите офицеру полиции.
Слова незнакомца, которого он встретил накануне, отозвались в его голове так явно, что Кёичиро невольно обернулся. Никого. Ни единого человека, лишь замершие вдалеке фигуры, похожие на манекены. Неподвижная восковая листва. Невесомое белесое перо, зависшее в воздухе. Кёичиро перестал дышать.
– Не отставайте, иначе я арестую вас, – предупредил офицер. И Кёичиро мгновенно бросился за ним.
Будто тот был единственным спасением. Возможно, так оно и было, ведь его, в отличие от Кёичиро, в происходящем не смущало ничего. Ну вот, опять эти разговоры о спасении.
– Что происходит?
– Я действительно должен повторять в третий раз? Вам почти тридцать, пожалуйста, научитесь терпению.
Офицер свернул на восток, как бы между делом осмотревшись, и дал Кёичиро короткий знак. Они протиснулись между мусорными баками и исчезли между покосившимися старыми строениями. Тогда Кёичиро наконец настиг обычный уличный гул. И – полицейская сирена.
Они шли молча. Кёичиро не сводил глаз с широких острых плеч и прямой, точно нарисованной по линейке, спины человека, уверенно петляющего в этих грязных переулках. Пара мужчин, куривших под красным фонарем, не обратили на них никакого внимания. Лишь девчонка с выразительными голубыми глазами вдруг подалась ему навстречу. Кёичиро хотел было остановиться, но офицер, будто предугадав его мысли, потянул его дальше.
– Отвратительный выбор. У таких, как она, скверные манеры.
Они спустились по разбитым ступенькам и нырнули под навес крошечного храма. Кёичиро никогда раньше не бывал в храмах. Он воображал, что внутри этих сооружений не было ничего особенного: украшенные резными панелями стены, золото, благовония, алтарь… Меньше всего на свете он представлял себе… бар? Несколько маленьких столиков ютилось в центре этого на удивление просторного помещения. Другие, побольше, были плотно придвинуты к тянущимся вдоль стен красным диванам. На старом дереве остались отпечатки салфетниц и ваз. За барной стойкой мужчина в черной официантской робе и с пресным видом начищал бокал.
– Привет! – махнул рукой офицер.
Бармен молча кивнул.
Кёичиро остановился у самого входа. Этот мрачный, строгий человек резко контрастировал с цветными плакатами на стенах и сияющей под стойкой подсветкой. Это сбивало с толку.
– Гляди, кого я привел, – весело продолжил офицер и указал на Кёичиро.
– Это не полицейский участок, – робко заметил Кёичиро.
– Наблюдательно, – улыбнулся офицер. – Проходи. Чувствуй себя как дома.
Кёичиро еще немного помялся у входа. Офицер не настаивал, он успел завязать оживленный разговор с барменом и теперь увлеченно выбирал одну из бутылок, что стеной выстроились перед ним. Боже, как глупо. Кёичиро вдохнул поглубже и неуверенно шагнул вперед.
– Вы ведь не офицер, верно?
Он забрался на высокий стул, и бармен тут же поставил перед ним стакан.
– Смотря кого ты считаешь офицером.
Второй стакан опустился на стойку.
– Вы же понимаете…
– Понимаю, понимаю. Не торопи события. Всему свое время.
Офицер поднес стакан к губам и с удовольствием отхлебнул чего-то прозрачного со льдом. Веточка розмарина ткнула его в щеку.
– Мое имя Сэншу, – сообщил он. – Мой бог, Джа, это просто невероятно вкусно! Попробуй, Кё-кун [1].
Кёичиро скривился от этого неуместного обращения, но все же попробовал. Жидкость в его стакане действительно оказалась на удивление приятной. Кёичиро и сам не заметил, как приложился к ней и в третий, и в четвертый раз.
– У тебя проблемы с алкоголем, – как бы между делом заметил Сэншу.
– Я, по крайней мере, не притворяюсь копом, чтобы украсть свидетеля с места преступления, – уныло парировал Кёичиро.
Сэншу усмехнулся:
– Свидетеля, говоришь? А что, у господина свидетеля есть алиби? Никогда не было проблем с законом? Или он никак не связан с местом преступления? Позвольте, я бы сказал, что украл подозреваемого.
Кёичиро едва не задохнулся от такого заявления. Уголки губ Джа, все так же протирающего бокал, дрогнули.
– Допустим. – Кёичиро оперся локтями на барную стойку. – Допустим, что подозреваемого. И тем не менее вы украли человека, которого хотела допросить полиция.
– Посадить, а не допросить, – поправил Сэншу.
– Да откуда вы знаете?!
– Я же сам полицейский, забыл? – Сэншу приподнял фуражку за козырек и едва слышно засмеялся.
Кёичиро закатил глаза. Джа шепнул что-то неразборчивое, и Сэншу засмеялся сильнее.
– Ладно, шутки в сторону, – наконец сказал он. – Я считаю, что ты, мой друг, мог видеть кое-кого… назовем его «субъектом». Я бы даже сказал, что я абсолютно в этом уверен. Помимо того, что ты лицезрел сегодня, этот «субъект» связан с парой других происшествий…
– Каких происшествий?
Сэншу изогнул бровь:
– Новости нужно читать.
На стойку перед Кёичиро опустилась газета. Он раскрыл ее с легким недоверием. «Невидимые беды, выпуск № 096» – гласил заголовок. Ему никогда раньше не доводилось видеть такого названия, – должно быть, это была одна из мелких независимых газетенок, что выпускали новости в обход официальной прессы.
Фото на второй странице заставило его вздрогнуть. Все те же вывернутые наизнанку тела, те же багровые пятна крови на асфальте и черные росчерки сажи по стенам. Кёичиро поспешно отвел взгляд.
– И что же дальше?
– Телепрограмма, – ответил Сэншу и опрокинул стакан.
Кёичиро фыркнул. Шутник.
– Я же пытаюсь серьезно поговорить! Это ты притащил меня сюда…