Дракон ведьме не товарищ, или суженый за рекой Смородиной (СИ)

Злата нисколько не сомневалась, что ее ждет свобода без каких-либо неприятных последствий.
Владислав осознавал, что на компромиссы рассчитывать не стоит. Ведь на протяжении нескольких месяцев их просто уничтожали: в семье шпионили в пользу чужих людей, его Истинной угрожали, а сына похитили с намерением расправиться с ним. Как можно было просто так оставить все это без внимания?
  
Собравшись с мыслями, он произнес свой последний довод:
- Сегодня мой двоюродный брат собирает в парламенте всех наследников второй линии семей Горынычей и Тугаринов, чтобы обсудить возможность привлечения вас к ответственности за превышение полномочий.
- О! - воскликнул его отец, похлопав по коленям. - Кстати, Корган на связи, все заявления уже приняты Королевской охраной.
Горыныч закрыл глаза, а Тугарин-змей, похоже, не знал, что и думать, схватившись за голову.
В этот момент только Злата, с легкой усмешкой, произнесла:
- Как же вы глупы! Ведь без ведьмы и этого недодраконыша жизнь могла бы быть куда лучше!
  
ГЛАВА 29. Что посеешь – то и пожнешь.
 
Это было шумно. Несколько месяцев назад Полина Лютыч переживала по поводу того, что имена Владислава и Николеньки мелькали в недобросовестной прессе. Теперь уже «эфмен» закипал при вводе в графу «поиск» имени Златы Тугарин, ее отца и Сергея Горыныча. Королевская охрана, получив заявление от Коргана об угрозах в адрес Истинной Владислава Лютыча и ее последующем похищении, о преднамеренном провоцировании маленького сына Владислава к побегу в мир людей, о шпионаже няни и горничной, за дело взялась очень рьяно.
Глава полицейского органа сказал: «Фактически вся структура власти Трех королевств будет находиться в таком случае под угрозой. Все деяния должны быть пресечены».
Самым громким событием стало задержание и в дальнейшем помещение под стражу Златы Тугарин. Отец не мог помочь ничем, кроме как обеспечением защиты. Но в светских гостиных говорили о том, что Тугарин-змей заявил, что ничего не знал о планах дочери. Когда его спрашивали – угрожал ли он Истинной паре Владислава Лютыча, тот отмалчивался и в ярости шипел, не контролируя своего дракона.
Однако через пару недель стало известно, что и он, и Горыныч находятся под запретом перемещения в Трех Королевствах. Они были отстранены от работы в парламенте и фактически всем управляли их родственники по второй линии родства.
Всем троим грозило тюремное заключение, самое большое – до десяти лет Злате, которая, в общем, ни в чем не раскаивалась и, казалось, даже не поняла, что сделала и не признавала за собой никакой вины.
Королевская охрана выяснила, что Горыныч находился под сильным влиянием Тугарина-змея из-за адюльтера на стороне.
Жена Сергея Горыныча поспешила расторгнуть с ним брак, они не были истинной парой, и она довольно легко распрощалась с неверным супругом. Простить ему увлечение какой-то молодой драконицей и в дальнейшем шантаж со стороны Тугарина-змея, она не сумела. Сын Горыныча был обозлен тем, что его двоюродные и троюродные братья стали претендовать на места в парламенте. Само собой, он остался на стороне матери и был занят распрями с ближайшими родственниками, открещиваюсь от отца.
Королевская охрана пребывала в пике своей активности деятельности, и процесс, который маячил в конце расследования, должен был стать одним из самых громких.
А Маша тем временем восстановилась и уже могла спокойно разговаривать с родителями о событиях похищения. Она опасалась, что мама и папа посчитают, что ее дальнейшее нахождение в Трех королевствах является опасным и будут настаивать на возвращении в мир людей, в Лесовск… Она и так собиралась вернуться, но только для завершения всех текущих дел – увольнения, прощания с друзьями. И еще.. она надеялась, что ее домовой и ведьмин кот согласятся уйти вместе с ней.
- Я люблю тебя, - сказал ей Лютыч-старший. – Ты моя Истинная пара. Я знаю, что между нами мир людей, река Смородина, и, вероятно, это самое большое препятствие, с которым только сталкивались любящие люди, но не потеряем ли мы больше, если расстанемся?
- Это как, если бы от тебя оторвали половину? – вспомнила она слова Владислава.
- Да. Поэтому все пути ведут к нашему браку.
И девушке не было нужно других слов, она безусловно верила. Маша сама протянула рук своему Истинному, и по их рукам снова полилась вязь, данная Великим змеем Истинным парам.
Как ни странно, родители не отговаривали ее. Больше всех переживала чета Лютычей-аристократов.
-Ах моя дорогая девочка, - причитала Полина Лютыч, - Твое появление вскрыло столько разных болезненных нарывов в Трех королевствах. Это ли не судьба, кода появление такой чудесной девушки помогло целому народу?
Ну, это она, конечно, преувеличивала. И, наконец, будущая свекровь выдвигала такой аргумент, который был неопровержим:
- Ты вернула Николеньке его прежний облик. Он сказал, что ты станешь его мамой. Внук просто стесняется сказать эти слова тебе. Мальчик считает, что этим обяжет тебя остаться.
Маша не спешила с ответом. Внутри нее все было ясно и спокойно. Ее место – здесь, в Трех королевствах. Рядом с Владиславом, ее любимым мужчиной, и Николенькой. Последние тени сомнений рассеялись, как дым, после неожиданного разговора с доктором после похищения. Тот, посетивший ее в доме Владислава, был поражен, узнав, что Маша из мира людей. Он с неподдельным интересом расспрашивал ее о жизни там, о ее прошлом. Маша рассказывала о Великой Отечественной войне, о современном мире во всей его сложности, о конфликтах, о культурных и исторических событиях.
- Нда, любопытно, - задумчиво протянул доктор, - Мировоззренческий кризис накрыл ваш мир. Он и погубит вас. Я, понимаете, немного философ. Вот взять даже ваши рассуждения и их изложение. Вы постоянно как будто убеждаете меня в том, что главное – сделать правильный выбор, и он должен быть подкреплен определенными доводами. Так-то оно так, но это применимо к общественной жизни и политике. А вы хотите это распространить на личное, на чувства. Это кошмар, голубушка. Это же кошмар. Самый простой выбор – выбор сердца, не противоречащий разуму. Как только вы входите в диссонанс, все теряет смысл.
И Маша поняла, никакого противоречия нет – она хочет остаться с Владиславом.
- Машуль, ты всегда была такой самостоятельной, такой взрослой. Мы ведь не зря Николеньку внучком назвали – ты сама себе дорогу выбрала, сама себе опору нашла. Вот и получается, что он себе маму нашел, а ты – свой дом.
- А еще малыша мужу подарить осталось, – добавил папа, улыбаясь. - Он мне сообщил о своих намерениях, как отцу Истинной.
- Что вы, правда думаете, что я здесь останусь? – вырвалось у Маши, и она сама удивилась своим словам. – Нет, сначала я все дела в Лесовке закончу, уволюсь, заберу кота и домового, если вы их себе не оставите. И только потом – домой.
Она смотрела на родителей, чувствуя легкое смятение.
- Вот и все, дочка, – мягко сказала мама. – Дом ты себе сама нашла.
Оставалось только дождаться полнолуния. Семья Лютычей, с облегчением и одновременно с волнением, обратилась к Коргану. Он был не просто проводником Маши и ее семьи в мир людей, он был гарантом их безопасного возвращения домой. Именно Корган должен был доставить Машу обратно, в целости и сохранности. Для них он был уже давно другом семьи Лютычей.
Владислав, конечно же, рвался с ними, горел желанием быть рядом с Истинной всюду. Но отец, Андрей Лютыч, был вынужден напомнить сыну о его обязательствах перед родом и сыном. Долг звал его остаться.
  
- Уж месяц как-нибудь, мы выдержим, - с легкой грустью в голосе сказал Андрей, стараясь приободрить сына.
Месяц разлуки казался вечностью, но он знал, что это необходимо.
Река Смородина встретила их ласковым шелестом волн. Солнце играло на поверхности воды, радуя их переливами света, которые так и манили подойти поближе. Лютыч-старший, Николенька и Маша ступили на берег, ощущая свежесть и спокойствие этого места.