Дракон ведьме не товарищ, или суженый за рекой Смородиной (СИ)

Надо отметить, что актерское мастерство у него хромало. Было комично, смешно, но совсем не похоже на Ангелину Николаевну.
- Нет, вы мне ответьте, зачем ей это? Дело выеденного яйца не стоит, мужик вину признает, раскаивается, а судья все ковыряется, выискивает что-то. Раньше считалось, что признание вины – царица доказательств, между прочим.
- А, если самооговор? – возразила Людочка.
  
- Не в этом случае, в квартире полно его отпечатков, в том числе на стакане с дурман-травой. Запросы какие-то дурацкие в Управление по вопросам магии строчит зачем-то. Не тут она копошится, вот через пару месяцев вам в Трибунал направим дело по убийству с трупом без черепа, так там обвиняемый и вину отрицает, и коллегию присяжных себе запросил – вот, где ей раздолье будет.
- Представьте, если она оправдает? – снова спросила Людочка.
- Только, если присяжные в вердикте укажут, что это не он. Сама она не может, там все присяжные решать будут. И, слава Богу, скажу вам, девчонки! Я постараюсь присяжным все популярно и доступно объяснить, чтобы не дать вашей судье загубить работу инквизиции на корню.
- Наговариваете вы на работу Трибунала, потому что привыкли, что все косяки горе-инквизиторов и недотеп из обвинения покрывают, а теперь вас работать заставляют, как в Магическом кодексе предусмотрено.
- Беспокойная душа у нашей Ангелины Николаевны, - подытожил Нистратов, Девчонки, попить не дадите, конфета ваша поперек горла пошла, не от души угостили!
- Вы сами ее без спроса взяли, - ответила Люда, но воды в стакан «для посетителей» налила.
- Людмила, не жмотись! – укоризненно сказал он, - Муж любить не будет при такой негостеприимности.
Иногда Маша представляла себе, как походит к Нистратову и, собрав все силы, душит этого противного мужика. Достал уже!
- Маш, у тебя телефон гудит не переставая, - заметила Людочка, - а ты даже не реагируешь.
Она оторвала ее от приятных мыслей расправы над Нистратовым, и Маша с удивлением обнаружила, что, не прерываясь, ей названивает абонент «Лидия Анатольевна». Хозяйка съемной квартиры. Маша заволновалась – неужели что-то случилось?
- Маша, – услышала она растерянный голос Лидии Анатольевны, - к нам сейчас приходил участковый, и хочет поговорить с тобой, я ему сказала, что ты работаешь в инквизиции. Он мне сказал, что какая-то сумасшедшая старушка сообщила, что ты в квартире хочешь устроить крокодиловую ферму. Заявление написала. Участковый идет к тебе на работу.
- Спасибо что предупредили, тетя Лида. А что вы ему ответили?
- Господи, да что тут скажешь? У Никитичны деменция десять лет назад началась, а сейчас в самом разгаре. Я ему говорю, что была у тебя на днях, проведала, что в квартире порядок, что из всей живности у тебя только кот. И еще, Машунь, он заинтересовался, не сдаю ли я квартиру тебе в аренду, так я сказала, что по старому знакомству с тебя денег не беру. Сама понимаешь, к чему он спрашивает. Ты уж подтверди?
- Ну, конечно, тетя Лида! А вам спасибо, что предупредили.
Боевое настроение Маши тут же нашло выход теперь уже в другой мысленной картине – она сдавала неугомонную Никитичну санитарам, а жильцы дома пожимали ей руки и благодарили за проявленную бдительность.
Нистратов наконец-то ушел, потому что собирался забежать в инквизицию, и Маша поделилась с Людочкой новостью о визите к ним участкового.
- Пипец, бабка наглая, - возмутилась девушка, - у нас тоже такая в соседнем подъезде живет. Короче, бабка теперь в тебя вцепилась не по-детски, монстрика прятать нужно.
- Ты думаешь? – расстроилась Маша, - Кому я его отдам? Он ко мне привык, он и послушный, и я его к порядку почти приучила. Вот собираюсь показывать ему буквы и счету обучить. Кудесин же сказал, что он просто в человека оборачиваться не умеет, а так – как ребенок.
- Ну, ты уж так близко к сердцу все не воспринимай, ладно? Скажешь тоже, ребенок! Рано тебе такими категориями мыслить – так и котенка можно к ребенку отнести. Тогда у тебя два ребенка в доме, получается. Своего родишь – все будет отлично. А монстрик и кот – это домашние питомцы.
- Он не монстрик! Он дракон.
- Да, дракон – это милое пушистое существо. Ага, - съязвила Людочка, - Неизвестно, во что он вырастит!
Последние полмесяца Маша пребывала в постоянном состоянии, которое называла «начеку». И права Людочка, она доверилась Кудесину, но ведь, никто знать не знает, как развивается дракон, как меняется его природа в период взросления. Она вспомнила «Игры престола» и совсем приуныла. Лютычу понадобится простор, а в ее понятии простор – это дачная лужайка и грядки около дома.
К приходу участкового Маша накрутила себя окончательно, и смотрела на него с лютым негодованием.
Участковому Иванову было лет тридцать, он был спокоен и говорил с ней исключительно в рамках написанного Никитичной заявления. Девушка почувствовала большое облегчение, когда поняла, что Иванов сомневается во вменяемости ее соседки.
- Гражданка Лютикова пишет, что вы ведьма, и можете из крокодила сделать дракона. 
- Ха-ха-ха, - засмеялись они с Людочкой натужно. 
«Если бы ты знал, как близок к истине. У меня дома самый настоящий дракон, который, если верить Кудесину, еще и королевич», - думала Маша.
Он записал объяснения Маши, которая сказала, что никакого крокодила домой не приносила, а живет по разрешению хорошей подруги мамы в ее квартире. А потому как она самая настоящая ведьма, и состоит в Реестр магических лиц, с ней в доме живут ведьмин кот и домовой.
Участковый сказал, что зайдет к ней домой посмотрит бытовую обстановку для «чистоты процесса». «Бесполезная работа, и времени жалко, есть же у меня важные дела, но контингент такой - что поделать», - пожаловался он на прощание.
После обеда Маша занималась только работой, не отвлекаясь ни на что. План встречи участкового ей был понятен: она спрячет Лютыча у мамы, перенесет туда на несколько часов его лоток и детский сервиз, чтобы не вызвать подозрения – зачем вашему коту два лотка, а у вас что – ребенок имеется? Разложенные по всей квартире пледы – забота об удобстве кота, так что все складывается неплохо.
Домой она спешила, чтобы на подъеме завершить все запланированные дела, настроение было не только боевое, но и весьма радостное. Она уже нажимала цифры кодовой двери, как увидела объявление, написанное от руки, каллиграфическим почерком:
«Пропал мальчик в обличье дракона из рода Лютычей. Золотого оттенка с коричневыми пятнышками на спине, разбросанными в шахматном порядке. Тугариным-змеям и Горынычам не отдавать, заботиться и охранять до прибытия отца Владислава Лютыча. Благодарность материального характера гарантирую».
Маша прочла его еще раз, а дальше она ничего не помнила. Она просто отключилась.
Когда девушка пришла в себя – она слышала голос мамы, хлопотавшей над ней и пыхтенье маминого кота. Маша открыла глаза: она у мамы на кровати в своей старой комнате.
- Боже, Машенька, ну как же так! – запричитала мама, - Как хорошо, что я с работы возвращалась и видела, как ты к дому подходишь. Из-за какого-то объявления сознание терять!
- Ты его прочла?
- Так оно у тебя в руках было, дочка. Ты его сорвала со стены.
- Мама, надо посмотреть на соседних подъездах, - разволновалась Маша, - Пусть папа сходит и посмотрит, пожалуйста!
- Ну, конечно, только успокойся.
- Мама! – Маша резко вскочила и покачнулась, - ко мне участковый скоро придет, Никитична заявление написала, что я крокодила домой принесла. Лютыча и все его «приданое» спрятать у тебя нужно!
  
Родители усадили ее за стол и побежали в ее квартиру, чтобы забрать маленького дракона вместе с вещами.
Но Лютыч устроил им бунт, начал бегать по квартире и снова шипеть. Он не хотел ни с кем из них уходить. Как не старалась мама объяснить, что это на несколько часов, малыш продолжал носиться по комнате и кухне в поисках надежного убежища. Папа привел Машу, к которой Лютыч подбежал тотчас и обхватил лапками за ногу.