Дорога к счастью (СИ)
— О чем задумалась?
Прозвучавший за спиной вопрос заставил Эльку подпрыгнуть на месте. Совершенно неожиданная реакция. С одной стороны — позабавившая Аристова, с другой — заметно насторожившая. Что так заставило задуматься гостью, что не слышала его возвращения в комнату.
— Какая я по счету в этой постели?
Вопрос достаточно занимательный. Из чего вдруг возник? Нет, конечно можно задать встречный. Тем более, что тот прямо рвался с языка. Только сомневался, что не получит неконтролируемую реакцию. Не на столько у них пока всё гладко, чтобы еще рисковать. Приучить сперва к себе надо. Убедить, что ни подвоха, ни предательства постоянно ждать не стоит. Серьезных отношений хочется, надежных. О спокойных пока не говорил, учитывая всё происходящее в последнее время в собственной жизни. Да и у самой Эли, судя по всему, не всё гладко.
— Дай подумать… — призадумался на мгновение, остановившись почти в плотную. Протянув ей стакан с водой, из которого только сам отпил, уверенно закончил, — Первая, — отрывисто добавив, — После жены.
Очень надеялся, что вопросы сейчас относительно его брака не последуют. Не чувствовал себя еще готовым обсуждать собственное прошлое. Тем более теперь, когда… Разобраться бы в том для начала. Особенно — то ли с живой, то ли с мертвой женой определиться.
С трудом получилось сдержать горькую усмешку. Еще один вопрос из разряда крайне болезненных для их нормальных с Эльвирой, отношений. Отлично понимая, что поднять тот необходимо, не мог найти в себе силы.
— Хочешь, чтобы я поверила? — поинтересовалась Эля, делая маленький глоток воды из стакана, добавив, — А презервативы в ящике в ожидании меня держал?
Устроила намеренный рейд? Или случайно заглянула? В любом случае — что искала? С определенного момента своей жизни в случайности и всякого рода совпадения верить перестал.
— Так, давай сразу данный момент обговариваем, — предложил, приобнимая молодую особу за талию. — Я не коллекционирую женщин. Но как нормальному мужику, они мне нужны. Скажу словами отца — физиология требует. Дома держу эти чудесные штучки в трех местах: спальня, ванная и комод в прихожей. Не нужно думать, куда сунул, если при случае необходимо для страховки в карман кинуть. Кстати, — забирая и отставляя на подоконник окна, около которого стояла, стакан, негромко продолжал, — Предохраняемся мы как? — молчание в ответ насторожило. — Эля… — с нажимом произнес её имя.
— У меня дни сейчас безопасные, — прилетело в ответ.
С трудом сдержал ругательство. Самые худшие предположения начинали сбываться. Похоже, ветер полный в голове. Какие, к чертовой матери, безопасные…
— Эля, а ты в курсе, что шальные сперматозоиды иногда диверсии совершают? — намеренно выразился максимально откровенно, не без интереса наблюдая за мадемуазель Соколовской. Действительно, не понимает опасности, или мастерски играет, преследуя какие-то собственные цели? Так. Это уже точно никуда не годилось. Сначала в лице брата врага отыскать пытался. Теперь здесь какие-то бредовые мысли в голову полезли, дрянь всякую нашептывая. — Что делать будем, если у нас с тобой сегодня сюрприз выскочить надумает?
Ответила не сразу. Когда попыталась обойти, остановил, удержав за плечики.
— Ну, сегодня он точно не выскочит, — обронила на удивление спокойно, чего Аристов менее всего ожидал. — А дальше видно будет… — и снова безуспешная попытка вернуться к постели. Очень надеялся, что к постели, а не с намерением вспомнить о том, что домой пора. На долю секунды встретившись с ним взглядом, глянув в сторону, тихо обронила, — Рожу для миллионера. Двойню. Или ты против? Потом можем развестись…
— Ага, прямо сразу, — невольно съязвил Аристов, поднимая Эльку на руки и, не смотря на попытку высвободиться, перенося на постель. — Нет уж, моя хорошая, никуда я тебя отпускать не собираюсь. Ты теперь моя. Со всеми своими проблемами и заморочками.
— Ты о чем? — последовало притворное недоумение. Вот играла — отвратительно.
— А то не о чем, — не удержавшись от соблазна, съязвил Константин. — Во время близости, что взглядом искала?
Господи, каким образом у него получилось… Рубальских никого и ничего не замечал, когда на неё лез. А этот, лаская еще и…
— А это так важно?
Попытка уйти от разговора? Складывалось стойкое ощущение, что — да. Чего-то боялась? Или, как вариант, тема неприятная? Мог и отступить. Только… Чувствовал, что касалась проблема секса. Да, сама пришла. Но прошлое само собой вряд ли утрясется.
— Не знаю, возможно — очень. Для тебя, — добавил он, касаясь легким поцелуем уголка её губ. — Эль, я взрослый дядька, — счел необходимым напомнить, при этом успев распустить узел от самодельной туники у неё на груди. — И умею замечать, даже в состоянии эйфории, — опираясь на одну руку, свободной ласкал обнаженную грудь. — Так что давай. Выкладывай. Что ты там искала взглядом перед тем, как мне войти в тебя. Если презерватив…
— Лубрикант, — глянув в сторону, пытаясь спрятать смущение, обронила Эльвира.
Уже собираясь захватить губами затвердевший сосочек, резко отпрянув, в недоумении посмотрел на молоденькую женщину.
— Зачем? — не понял он. — Эля, — заставив посмотреть на него, полагая, что ослышался, в недоумении продолжал, — Девочка, тебе прекрасно своего хватает. Или нет? — а вот тут нюанс. Вспомнил вдруг, как в момент его проникновения неожиданно резко распахнула свои красивые глазки. Думал, что просто немного испугал своим размером. Но, вроде, вошел без серьезных проблем. — Так, давай-ка, наверно, поговорим, — предложил, присаживаясь на край постели и прикрывая её, дабы не смущалась, легким одеялом. — Как было в прошлом?
— Теперь уже не важно, — буркнула она, избегая встречаться с ним взглядом.
— Нет, моя милая, вот теперь как раз и важно, — возразил Константин, даря очередной легкий поцелуй. — И, если есть какие-то моменты в сексе. Проблемы, которые, вроде, и не совсем проблемы, я должен знать. Поверь, замалчивание — не выход. Так что слушаю и очень внимательно. Хотя, подожди, — догадка совершенно не понравилась, но, если действительно так… — Боль? — по мелькнувшей на личике растерянности понял, что угадал. — Эля, в какой момент? Проникновение? Сам акт? Почему ты не рассказала, когда спрашивал, не должен ли чего знать?
Ей предлагали пооткровенничать? Где взять силы на то, чтобы рассказать всё? Да и поймет ли? Одному доверилась. Пожалела не раз.
— Интересно, что бы это изменило? — с вызовом прозвучал вопрос, а вот в красивых глазах успел заметить необъяснимый испуг. — Потащил бы сразу к психологу?
Судя по всему, с данной категорией медицинских работников опыт общения оказался далеким от положительного. Не мешает взять на заметку, — отметил про себя Аристов.
— Самого секса сегодня могло не быть, — проговорил он тихо. Прислонившись к спинке кровати, не прилагая особых усилий, подтянул к себе и Соколовскую, усадив рядом и крепко обняв. — А теперь максимально откровенно: как со мной? Сильно неприятно?
Тот момент, когда при проникновении распахнула свои очаровательные глазки, не давал покоя. Вроде во взгляде удивление мелькнуло. А может, ошибался, теперь успокаивая самого себя. Следовало остановиться. Да, совсем замечательно. Интересно, как бы это получилось сделать, — подумалось сейчас не без раздражения.
— Нет… — едва слышно прозвучал ответ.
— В какой момент?
— Я с тобой вообще никакого дискомфорта не почувствовала, — прошептала она, прижимаясь щекой к его плечу, тем самым пряча смущение. — Только, пока вошел. У меня впервые такое. Я очень хотела тебя. Правда. И боялась, что не смогу, как… раньше. Притворяться. Боялась, что без смазки совсем…
— Ну, хотя бы что-то стало понятно, — обронил он, касаясь губами ее виска, останавливая сбивчивую речь. — Все хорошо теперь будет. Только, пожалуйста, не скрывай от меня, если есть что-то еще. Мне с тобой очень хорошо сегодня было. Но близость, это не игра в одни ворота.
— Секс, ты хотел сказать.