Дорога к счастью (СИ)

— Уже не ты, — резко перебила Сафонова своего мастера. — Запомни, девочка, у Аристова возможен только один вариант — его. Бульдог, а не человек. Что стоишь? — растерянность Эльвиры привела, кажется, в недоумение. — Давай в vip-зал. Посмотрю сейчас, как твоё время распределить.
— Анна Евгеньевна, у меня сегодня полная загрузка, — вклинилась в разговор одна из сотрудниц салона, с надеждой спросив, — Можно тоже как-то хоть немного…
  
— Когда с Аристовым спать будешь, обращайся, — огрызнулась Сафонова, направившись в сторону рецепшена.
— Приехали, — Соколовская оглянулась на вышедшую из служебного помещения подругу.
— Нормально всё будет, — возразила та. — Лучше он, чем твой Рубальских был, — упомянула сейчас, определенно, минуту назад оставившего салон, Аристова. — Может, конечно, и прет на пролом, но уж извини, подруга, с тобой по-другому нельзя. Так что лично от меня — с повышением и удачи.
Подтолкнув Эльвиру в сторону лестницы, сама отправилась к своему рабочему месту. Впереди — обычный день. Только теперь — немного с разными статусами…
  
Глава 22. Прошлое наступает или — несколько дней спустя
 
— Коста — надо, — с несвойственной при их общении категоричностью заявил Николай Седых, когда говорили по телефону минувшим вечером. — Не её, так кого другого подсунут. Знать не будем. А здесь, хотя бы, представление имеем, чего ждать. И мозгов — кот наплакал, не полезет, куда не надо. Да и полезет — направим в нужное русло.
Кот наплакал — точно. На собеседование вырядиться, как на… Чем впечатлить собиралась? Грудью энного размера, обтянутой до безобразия? Как вообще вместилась в данную блузку? Или ногами от ушей, с разрезом на юбке до самого…
Слов не было, одни эмоции. Кто работать будет в предстоящий период времени, не представлял. Нет, не совсем так. Представлял и отлично. Девчонки из канцелярии окажутся загруженными сверх нормы. Максимально работу секретаря придется на время передать туда. Подумать с дополнительной оплатой не мешает. Хотя бы в виде разовых премий…
Короче — мысли были далеко от реально происходящего мероприятия. Если так можно назвать клоунаду под названием «собеседование».
Заверив, что Татьяна Александровна (нынешний секретарь, расставаться с которым совсем не хотелось) передаст документы в отдел кадров, а она, Мария Лагуновская, завтра может начинать принимать дела, открыл перед «соискательницей» дверь своего кабинета.
Посторонившись, резко замер. Вот кого точно еще долго не ожидал увидеть у себя в клинике, после всех произошедших событий, так это мадемуазель Соколовскую. И, черт, в самый неподходящий момент!
Взгляд Эльвиры сказал больше слов. Да и хмыканье, уж слишком громкое, «соискательницы» совершенно не понравилось. Вот тут проблем очень хотелось избежать. Не за себя опасался, за… За благополучие застывшей в растерянности, и даже в каком-то сложно объяснимом шоке, в приемной молоденькой женщины.
Только когда за спиной слишком громко захлопнулась дверь приемной, Элька пришла в себя. Словно от летаргического сна очнулась, вздрогнув. Подобной подставы не ожидала. Если только Аристов не в курсе относительно девицы. Хотя — маловероятно. Такие люди наводят справки, обычно, обо всех и вся.
— Что она здесь делала?
Вопрос прозвучал неожиданно резко. Остановившись в центре кабинета, помедлив, обернулась. Константин, неторопливо обойдя её, приблизился к рабочему креслу. Снова задержал слишком пристальный, можно даже сказать — изучающий взгляд на её персоне. Не знал, что ответить? Вряд ли. В таком случае совершенно не понимала причины затягивающегося молчания с его стороны.
— Соискательница на место секретаря, — совершенно спокойно прозвучал ответ. — Таня в декрет уходит.
— Нет, — выдохнула Эльвира с надрывом.
Вот довести гостью до слез в планы не входило. Но и объяснить всего не мог. С одной стороны — не считал нужным. Не её в данном случае проблема. С другой — свои решения не привык обсуждать. Оно принято.
— Что нет? — сделал попытку слегка сыронизировать. — В декрет не отпускать? Так у меня точно таких полномочий нет.
Не нравилось состояние Соколовской. Черт бы её побрал с неожиданным визитом. Именно сегодня! День-другой, нашел бы менее болезненный способ сообщить о появлении данной девицы в своем рабочем окружении,
— Нет, она не должна здесь работать, — достаточно жестко, что стало полной неожиданностью для Аристова, прозвучало требование Эльвиры.
Приехали. Или приплыли. Да, какая, к черту разница, если девчонка на грани нервного срыва. А как вывести из данного состояния, представления не имел.
— Это почему? — сделал еще одну попытку как-то сгладить ситуацию.
Решение изменить всё равно не получится. Оставалось только максимально быстро найти способ успокоить гостью. Убедить в том, что появление в приемной вызывающей негатив девицы, никак не повлияет на их отношения в целом. Хорошая мысль. Вопрос теперь в другом — на сколько выполнима.
— Просто не должна!
Истинно женское объяснение, — не без раздражения подумалось Аристову. Нет, не в адрес Эльвиры начал подниматься внутренний негатив. На Седых, на Рубальских, вообще на складывающуюся ситуацию вокруг собственной персоны.
— Эля…
Черт, не командный тон сейчас нужен, что прекрасно понимал. Только привычка — вторая натура, правильно говорят. Не привык, что решения оспариваются. Даже женщиной, которую…
— Почему все мои просьбы всегда улетают в трубу?! — ворвалась в его размышления своим вопросом Эльвира. А тон сказал за себя. — Почему хоть кто-то, хоть раз не хочет сделать, как я прошу?! Или, что, четвертый размер покоя не дает?! — черт, снова эти женские сравнения не в свою пользу. Что за бабская дурная привычка! — Что ж вы все, мужики, на эти формы западаете?!!
— Так, стоп!
Константин сделал попытку остановить монолог Эльвиры. Однако попытка успехом не увенчалась. Хлопнувшая с грохотом дверь известила о её побеге не только владельца кабинета, но и, как минимум, половину клиники.
Разумеется, из здания не выпустили. Не знала точно, но догадывалась о поступившей на пульт дежурного, команды босса. А из-за за неё задержали и других входяще-выходящих. Наивно было полагать, что легко получится уйти от Аристова, если вдруг надумает.
Уже с лестницы увидел её фигурку. Сжалась, как ожидая удара. Почувствовал себя гаденько. Учитывая все её проблемы… Черт бы побрал Ника с его операцией, и Рубальских с кознями и маниакальной одержимостью устранить его физически. Личная жизнь из-за всего этого грозила рухнуть, не успев начаться.
Кажется, дышать перестала, когда Аристов остановился за спиной. Кожей почувствовала его присутствие. От прикосновений воздержался. Возможно, опасался неконтролируемого взрыва в присутствии достаточного количества посторонних людей. Наверняка беспокоится о собственном имидже и статусе клиники. Как знакомо. Для отца тоже всегда существовал исключительно статус и мнение окружающих. На всех остальных, включая собственную семью, было наплевать. Как же хотелось, чтобы в собственной жизни складывалось по-другому…
Не видела, как кивнул охраннику.
— Прошу прощения за задержку, — прозвучавший за спиной голос привёл в напряжение, хотя обращался точно не к ней, а к людям, собравшимся у выхода. — Был небольшой технический сбой, сейчас всех впустим-выпустим.
Лгал мастерски, не подкопаешься. И, в самом деле, техника иной раз барахлит на ровном месте. А когда сделал ещё шаг, остановившись практически вплотную, кажется вообще дышать перестала.
  
— Дайте мне уйти, — проговорила едва слышно.
— Всенепременно. Только сперва ты вернешься в кабинет, и мы поговорим, — секундная пауза. Не видела, но догадывалась, что за ними сейчас внимательно наблюдают все присутствующие в холле первого этажа. — Я прошу тебя, — добавил хоть и напряженно, но без угрозы и резкости в голосе.
Такие люди не просят, знала точно. Не привыкли просить. И у него сейчас голос совсем чужой. Пугающий. Разозлила, сомнений в том не было, сильно своей выходкой. И, в самом деле, кто такая, чтобы требовать? Не жена и не любовница в полном смысле того слова. Так, игрушка…