Слова (ЛП)

Феникс хотел поцеловать меня.
Слава богу, я пьяна, потому что понятия не имею, как в полной мере осознать масштабы этого заявления.
Он бросает сигарету в стакан, и она шипит.
– Правда или действие?
Не хочу слышать вопрос о том, что у меня на теле, поэтому говорю:
– Действие.
Феникс словно пронзает мою душу тупым ножом, произнося следующее требование:
– Покажи мне чернила на верхней части бедра.
Мои губы приоткрываются на судорожном вдохе. Очевидно, что это я туго соображаю, потому что Феникс только что меня обыграл. По-крупному.
Я не могу этого сделать. Не могу.
Но должна. Поскольку что-то мне подсказывает: на этот раз он не позволит мне выкрутиться.
Неприятно это говорить, но тот факт, что у Феникса трудности с чтением, немного облегчает мои терзания.
Когда я встаю, ноги кажутся резиновыми.
– Ладно.
Я собираюсь поднять футболку, но Феникс меня опережает. Как только я ощущаю его прикосновения, у меня начинает кружиться голова.
По его лицу разливается разочарование, когда он пытается расшифровать три слова на верхней части моих бедер. Я уже собираюсь сказать ему, что время вышло, но тут он вскакивает с дивана и подходит ближе, изучая чернила.
Он проводит пальцем по одному из слов. Контраст его мозолистой кожи и нежного поглаживания вызывает жар между ног.
– «Толстая».
Мое сердце стучит о ребра.
Нахмурив брови, Феникс читает другую надпись.
– «Свинья». – Гнев окрашивает его тон, когда он произносит последнее видимое ему слово. – «Жирная задница».
Поднеся большой палец ко рту, он смачивает его… А затем проводит им по одному из слов, пытаясь стереть его.
Но ничего не выходит. Во всяком случае, не так легко.
– Это перманентный маркер.
– Почему… – Морщинки между его бровями становятся глубже, а голос понижается до слабого хрипа. – Почему ты делаешь это с собой?
Потому что именно это я из себя и представляю.
Такой меня видят все остальные.
Смахнув слезы, я отталкиваю его руку.
– Ты не можешь задать вопрос, пока я не выберу правду. К тому же сейчас моя очередь. – Я снова сажусь на футон. – Правда или действие?
Феникс напряженно сжимает челюсть.
– Действие.
Моя грудь словно раскалывается надвое, обнажая самые темные тайны. За всю свою жизнь я никогда не чувствовала себя более уязвимой.
И, думаю, будет справедливо, если он позволит мне увидеть его секрет.
– Покажи мне, где ты живешь.
Феникс смотрит на меня так, будто я сошла с ума.
– Нет…
– Я только что продемонстрировала тебе то, о чем никто больше не знает. Очень личное и невероятно важное для меня. – То, что чуть меня не сломало. – Самое меньшее, что ты можешь сделать, это показать трейлер, в котором живешь.
Хотя очевидно, что Феникс этого не хочет, он уступает.
– Хорошо. – Он достает ключи из кармана. – Поехали.
* * *
Грязь и гравий хрустят под шинами «Тойоты» Феникса, когда он проезжает через Бэйвью.
Свернув направо, мы минуем вереницу ветхих трейлеров, каждый из которых еще более убогий, чем предыдущий.
Когда он останавливается в конце улицы перед самым жутким из них, у меня скручивает желудок.
Маленький трейлер такой ржавый и тусклый, что я даже не могу разобрать, каков его первоначальный цвет. У входа имеется небольшая лестница, но она – вместе с крышей – настолько обветшала, что едва ли может быть безопасной.
Это место настолько ужасно, что трейлер Эминема в фильме «8 миль» кажется роскошным домом.
Я ни в коем случае не осуждаю… Просто мне грустно.
Никто не заслуживает такой жизни.
– Мы не пойдем внутрь, – выдавливает Феникс.
– Нам и не нужно.
Скрипя челюстью, он смотрит на трейлер, потом на меня.
– Уже получила свое, принцесса?
Его комментарий обжигает, подобно пощечине.
– Я попросила привезти меня сюда не для того, чтобы издеваться и заставить тебя чувствовать себя дерьмом. А потому что хотела узнать о тебе больше. – Я бросаю на Феникса хмурый взгляд. – По той же причине, почему ты попросил показать, что я пишу на своем теле.
 
У него нет аргументов, поэтому он замолкает.
Надеясь сменить тему, я поворачиваюсь к нему лицом.
– Твоя очередь.
Его низкий голос заполняет пространство между нами.
– Правда или действие?
Не хочу, чтобы он спрашивал, почему я пишу на себе подобные слова – ведь тогда он поймет, что все это уловка и я даже наполовину не такая сильная, какой притворяюсь, – поэтому снова принимаю то же решение, что и раньше.
– Действие.
Склонив голову, он удерживает мой взгляд. Его ледяные голубые глаза пронзают меня насквозь, словно горящая стрела.
– Твое следующее действие – сделать мне минет.
Постойте… Что?
Я ищу на его лице признаки того, что он шутит, но их нет.
У меня кружится голова, но это не имеет никакого отношения к выпитому алкоголю. Несмотря на то, что сказала Фениксу обратное, я никогда раньше не делала ничего подобного.
И мне не хочется, чтобы мой первый сексуальный опыт стал частью игры. Возможно, у меня не самая высокая самооценка, но я заслуживаю большего.
– Я… э-э…
Феникс разражается смехом, будто я только что произнесла какую-то уморительную шутку.
– Видела бы ты сейчас свое лицо. Я просто издеваюсь над тобой. – Он заводит двигатель. – Давай возьмем немного еды и вернемся к Сторму.
Вот он, мой выход. Я должна им воспользоваться.
Но странный укол разочарования вонзается мне прямо в грудь. Будь это любой другой парень, я бы вздохнула с облегчением… Но сейчас ситуация иная.
Это Феникс.
И будь то действие или нет… Возможно, это мой единственный шанс стать той девушкой.
Той, кто может заполучить парня.
Пусть даже только на сегодняшний вечер.
Я кладу руку поверх его, когда он переключается на заднюю передачу.
– У меня не получится это сделать, пока ты ведешь машину.
То есть я могла бы, но это не очень безопасно.
Феникс бросает взгляд в мою сторону.
– Очень смешно, Группи.
Алкоголь в крови придает мне больше смелости, чем я когда-либо могла себе представить.
– В отличие от тебя я не шучу.
Переключая машину обратно в режим паркинга, он изучает мое лицо.
Все, что я слышу, это быстрый стук моего сердца. Раз…
Два.
Три.
Четыре.
Пять секунд…
И затем Феникс отодвигает свое сиденье назад.
– Если хочешь… – Он смотрит на меня из-под полуопущенных век. – Бери.
Нервы на пределе, словно в животе завелся рой непослушных пчел, потому что я чувствую, как только что откусила гораздо больше, чем могу прожевать. А это о многом говорит, учитывая мою склонность к перееданию.
Я смотрела порно – и однажды практиковалась с огурцом из чистого любопытства – так что мне знакома основная концепция того, что предстоит сделать.
Однако я понятия не имею, с чего начать. И Феникс тут же это подмечает.
Уголок его рта слегка приподнимается, точно он ощущает мое беспокойство и находит его забавным.
– Нервничаешь?
Я в ужасе. Но заставляю себя подавить эмоции: не позволю своему страху помешать тому, о чем фантазировала годами.
– Нет.
Я замечаю, как он оценивает меня, прежде чем произнести:
– Тогда иди сюда.
Мой пульс отдается гулким стуком в ушах, когда я придвигаюсь как можно ближе, не садясь к нему на колени. Я хочу поцеловать Феникса, но в последний раз, когда это произошло, он взбесился, так что, возможно, лучше нам не делать этого снова.
Я задираю его футболку.
– Сними ее. – Когда он вопросительно приподнимает бровь, я произношу те же слова, которые он сказал, когда хотел услышать мою песню. – Я хочу полноценных ощущений.
Потянувшись за спину, он хватает край футболки и одним быстрым движением стягивает ее через голову.
Мой взгляд сразу же останавливается на большом черном нотном ключе прямо над его сердцем. Рядом с ним набор из пяти горизонтальных линий, также известных как нотный стан. Однако там нет никаких нот. Он совершенно пустой.