Кротовский, не начинайте (СИ)

— Договорились, граф.
— И еще один момент. Если Клещов будет спрашивать, почему уходите… не спешите называть мою фамилию. Шила в мешке не утаить, но чем позже он про меня узнает, тем лучше.
— Вполне понимаю. С такими людьми как Клещов по доброй воле мало кто хочет иметь дело. Меня он легко отпустит, а вот если другие работники начнут рассматривать вас как работодателя…
— Рад, что мы друг друга понимаем.
Мишка Окунь уже подготовил для инженера место ночлега и отвел его. А я разулся, снял верхнюю одежду и сел за стол. Скоро наступит полночь «по времени моего мира».
Отступление от автора.
Возможно, еще не все читатели это знают. По «авторскому миру РОС» публикуется история Андрея Третьякова. Мы вместе разрабатывали этот мир, и теперь пишем параллельно каждый свой сюжет с разными героями, в разных условиях, в непохожих стилях изложения.
Должен признаться, что расхождения и несостывки в наших вариантах мира случаются. Как оказалось, предусмотреть абсолютно все невозможно, а авторское воображение трудно поддается обузданию. Тем не менее мы стараемся преодолевать противоречия уже по ходу написания наших историй.
Надеюсь, в скором времени по «миру РОС» начнут публиковаться и другие авторы. А пока предлагаю вашему вниманию цикл «Эра Мангуста», очень надеюсь, что он вам понравится:  https://author.today/work/263637
 Глава 9 
Я переместился в храм тысячи богов и порадовался, что одеваться не нужно. Сапоги, шлем, холщовая одежда — все осталось на мне. А то ведь не каждый раз новая игровая сессия будет начинаться в абсолютно безопасном храме. Необходимость срочно одеваться в лесу или кишащем опасностями болоте, может аукнуться нехорошими последствиями.
На улице начинает вечереть. Сегодня у меня «ночная смена». Если в предыдущий раз я начал с раннего утра, то сейчас… будем считать… выставляю часы в интерфейсе на 19-00. Отсчет пошел.
На выходе из храма сталкиваюсь нос к носу с акулоподобным громилой. Тот меня явно узнал, растянул рот в жуткой зубастой улыбке:
— Здоров, братуха, — он протягивает пятипалую ручищу с бугрящимися мускулами на неохватном предплечье.
— Здоров, — осторожно пожимаю акулью «ласту» и обращаю внимание на наколку: затонувший якорь с оборванной веревкой и почему-то «пускающий пузыри».
— Это означает, что я оторвался от стаи, — поясняет он значение татухи, — Меня зовут Акула.
Имечко оригинальностью не блещет, зато сразу передает основную суть носителя.
— А меня Кротовский. Рад знакомству. Ну что, Акула, нашел ты той бабке заблудшую козочку?
— Нашел, — удрученно ответил Акула и выковырнул когтем из зубов застрявшее мясо, — Только не донес. Уж как я себя ругал, Кротовый, ты не представляешь.
— Кротовский, а не Кротовый, — поправляю Акулу, — Ну не страшно. Козочка была сразу обречена. Если б не ты, ее другой бы сожрал.
— Так оно, — согласился Акула, — Только я на нее задание взял. Меня штрафанули… представляешь? Я к тому времени всплыл на вторую ступень, так меня притопили обратно на первую. Такой уж уродился. Только встану из-за стола, и опять голодный. Хоть вовсе не вставай.
Я и сам чувствую собачий голод. Недавний обильный ужин с инженером судя по всему здесь «не считается». Придется кормить себя заново.
— Тогда заглянем в трактир? — предлагаю обжористому Акуле, но тот тяжко вздыхает.
— На последний медяк купил пирожок с капустой. Это был самый маленький пирожок в моей жизни.
— А я угощаю.
— Ты отличный парень, Кротовый, — Акула тут же повеселел, — Я бы не отказался положить чего-нибудь на клык.
Мы отправляемся в трактир. Я уже смирился, что мою фамилию выговорить правильно он не сможет. Мы сели за столик и я сразу выложил на него перед трактирщиком все свои деньги. Тот кинул взгляд на Акулу, понятливо кивнул и сгреб мои медяки.
— Скоро принесут, — сказал он.
— А ты фартовый парень, Кротовый, — доверительно сообщил Акула, откидываясь на спинку сидения. Добротная дубовая мебель под его тушей жалобно скрипнула, — Погремунчика изловил.
 
— Я думал — это единственный способ попасть в игру.
— Ну нет. Откуда бы тогда взялось столько народу… — возражает Акула, — Я заплыл в игру другим течением. Сородичи напрягли старые связи, перекупили билет. А на розыгрыш из любопытства пришел. Сам посуди, как бы я ловил Погремунчика вот этим? — он кивнул на огромную секиру, прислоненную к стенке.
— А ты оружие разве не в храме получал?
— Секирка у меня наследственная, — Акула любовно погладил древко, — Мне Акулбаба сразу сказал, в храме ничего не бери. Тебе это ни к чему… слушай, Кротовый, давай вместе охотиться, а? Я сильный и ловкий… только не очень умный… но я буду тебя слушаться.
Нам принесли еду, и Акула набросился, будто неделю не ел.
— А вот резать хлеб ни к чему, — сказал он и запихал в пасть сразу четыре куска, — Пустая трата времени.
Однако… здоровяк задал мне задачку. А про него справка прямо так и выдает: «здоровяк 1 уровня». С одной стороны, мне бы не помешал такой помощник. С таким помощником тот саблезубый паук меня бы не слопал. Но его же хрен прокормишь. Вон он… за семерых лопает.
— Видишь ли, Акула, — выражаю сомнение, — Я-то в отличие от тебя в храме взял и оружие, и еще три предмета. Мне для прокачки опыта в пять раз больше понадобится.
— А я с тобой поделюсь, — запросто отвечает Акула, — Мне Акулбаба сразу сказал, если, говорит, ты, малой, получил билет на игру, это еще не значит, что уже можешь начинать ссаться от счастья. Постарайся, говорит, сойтись с игроком, который в голову не только жрет, а еще и в нее думает.
Какой мудрый чел… акул… этот Акулбаба. И мне трудно представить габариты того аксакала, если он называл вот этого громилу словом «малой».
— Но я охочусь на болоте, — делаю еще одну попытку отделаться от Акулы, — Там агрессивная среда.
— За это не переживай. Я толстошкурый. Меня болотом не пронять. К тому же там водная стихия. Мне это только на пользу.
— Ну хорошо, попробуем. Но я ничего пока не обещаю.
Мы создали с Акулой «игровую группу», в которой я взял на себя роль вожака с правом распределения игрового опыта. Вообще-то, очень щедро с его стороны, предоставлять мне такое право. Но подвоха я не вижу. По-моему он просто по-детски наивен.
— Акула, а лет тебе сколько?
— Шестнадцать, — отвечает он, — По нашим меркам еще малек.
— По нашим тоже.
Выходим из трактира на вечернюю деревенскую прохладу. Солнце катится за горизонт, только бездельников не видно ни одного. Игроки деловито снуют по селу. Скидывают добычу, берут новые задания и снова бегут «в поля». Немало попадается тех, что уже взяли третий уровень, есть даже отдельные «ударники труда» с четвертым. А мы с Акулой по-прежнему однерки. Непорядок.
Когда добрались до болота, сумерки начали переходить в ночь.
— Акула, ты в темноте хорошо видишь?
— Так же как днем, — отвечает он, — Ты, главное, говори, что делать.
Кабы я знал, что делать. Хотя… одна задумка у меня есть. Достаю лук и кладу руку на костяную вставку. Надеюсь, Клык не совсем слился с оружием? Сможет подманивать тварей? «Подергай за тетиву» — мысленно сообщает Клык. Я дергаю, и тетива издает протяжный заунывный звук. Сработало. На радаре вижу приближение сразу трех болотный тварей.
— Акула, приготовься, сейчас подбегут. Вон оттуда… и вон…
— Не трепыхай плавниками, — успокаивает меня тот, — Щас все сделаем.
И действительно, для здоровяка это оказалось сущим пустяком. Он пошлепал «задней ластой» по болотине, переводя на себя агрессию недожаб, и замахал секирой, будто перышком. Три взмаха, три тушки. Он закинул их в инвентарь и сказал:
— Гони волну, босс. Я даже не вспотел.
И я «погнал волну». Акула махал секирой, как заведенный. Я его прикрывал и отстреливал тварюшек, что пытались зайти на него с флангов. За каких-то полчаса мы оба перешли на вторую ступень.