Идеальный мир для Химеролога 3 (СИ)

— Говори, — коротко бросила она, подходя к главному экрану.
— Ночью, в три четырнадцать, сработал один из детекторов движения. В секторе у технического входа.
— И что?
Специалист вывел на экран запись. Тёмный пустой коридор. Таймер в углу отсчитывал секунды. И тут в кадре появилось движение.
— Это что такое? — нахмурилась Ксения Анатольевна.
— Хомяки, госпожа, — отрапортовал Павел.
  
На экране, один за другим, цепочкой, пробежали десять пухлых хомяков. Они двигались слаженно, как маленький отряд спецназа, и скрылись за углом.
— Хомяки? — переспросила она. — Мы работаем с хомяками?
— Никак нет, — ответил начальник охраны. — Никогда не работали.
— И куда они делись? — спросила Ксения.
— Пропали, — развёл руками специалист. — Больше ни на одной камере они не появлялись. Как будто просто испарились.
Она несколько секунд молча смотрела на экран. Десять хомяков. Появились из ниоткуда и исчезли в никуда. А через час вся корпорация начала задыхаться от вони.
Павел, начальник службы безопасности, который всё это время напряжённо думал, вдруг неуверенно кашлянул.
— Ксения Анатольевна… так может, это хомяки виноваты?
Она медленно повернула к нему голову и буквально испепелила взглядом.
— Да, твою мать, хомяки, — процедила она сквозь зубы. — Десять хомяков-диверсантов, которые пронесли с собой баллон с газом и устроили теракт. Ты серьёзно, Павел?
Он сглотнул и вжал голову в плечи.
— Ищите утечку, утырки! — рявкнула она на весь зал. — Опять что-то напортачили! И пока не найдёте — всем урезать жалование! Вдвое!
Развернувшись на каблуках, она направилась на выход из здания, в котором просто невозможно было находиться.
«Хомяки… — с яростью думала она. — Дожили. Меня окружают одни дебилы!»
  
Глава 10
 
Где-то глубоко под Петербургом
Глубоко под гудящими улицами Петербурга, там, где заканчивались официальные карты канализации и начинались древние забытые катакомбы, кипела жизнь. Банда, называвшая себя «Дети Подземелья», обустроила себе логово, которому позавидовал бы иной барон.
Они жили в заброшенном комплексе технических тоннелей, расширив и облагородив его до неузнаваемости. Стены, когда-то покрытые толстым слоем слизи и плесени, теперь украшали искусные фрески, изображавшие эпические битвы химер и героев. Полы были выложены мозаикой из украденной в аристократических особняках плитки.
У них была даже баня, отделанная сосной, и просторный зал для пиршеств, где в качестве пепельниц использовались древние артефакты, а подсвечниками служили позолоченные статуэтки.
Эстетика… Даже отпетые отморозки, на чьих руках было больше крови, чем воды в Неве, иногда тянулись к прекрасному. Правда, создавали они эту красоту чужими руками. За последние годы они похитили с поверхности не меньше десятка лучших мастеров: каменщиков, художников, резчиков по дереву… Те работали под угрозой смерти, а когда работа заканчивалась, их тела просто сбрасывали в нижние стоки, на корм местным тварям.
Сейчас в главном зале, освещённом мерцающим светом артефактных светильников, собралась почти вся банда, около тридцати человек. Каждое лицо — готовая иллюстрация к статье «Особо опасен» в имперском кодексе. Они пили, играли в карты и лениво обсуждали последние новости.
— А я говорю, «Могильщики» совсем оборзели, — басил Секач, главарь банды, здоровенный мужик со шрамом через всё лицо. — Полезли на нашу территорию, пытались у винодела дань отжать. Пришлось объяснить им на пальцах. Точнее, на сломанных пальцах…
Бандиты одобрительно загоготали.
— Кстати, о новостях, — оживился один из них, тощий тип по кличке Гвоздь. Он вытащил из кармана помятую газету и шлёпнул её на стол. — Помните того хлыща-аристократа, что мы на прошлой неделе пришили? Графа Мещерского?
— А, этого, на позолоченном «Таурусе»? — хмыкнул Секач. — Ну и что с ним?
— Сестра его, графиня, клянётся всеми богами, что найдёт убийц и отомстит, — Гвоздь ткнул пальцем в заголовок: «Кровавая месть за брата! Графиня Мещерская объявляет войну преступному миру!».
По залу снова прокатился смех.
— Ой, боюсь-боюсь! — передразнил кто-то. — Она что, сюда спустится? В своих туфельках? Да её первая же сточная крыса сожрёт, не подавившись.
— Пусть ищет, — лениво протянул Секач. — Удачи ей. Найти нас здесь — это всё равно что иголку в куче дерьма искать. Только куча эта размером с Империю.
— Хер ей рыло, а не месть! — рявкнул ещё один член банды. — Через мои ловушки даже мышь не проскочит.
— То-то и оно, — кивнул Секач. — Мы здесь — боги и короли. А эти там, наверху… просто мясо.
Они ещё немного посмеялись над наивностью аристократов и переключились на обсуждение дальнейших планов.
— Змей, что там с банком?
Мужчина, сидевший чуть поодаль, лениво поглаживал голову огромной химеры. Это был Змей, их штатный Приручатель. Уникальный Одарённый, способный держать под контролем сразу четырёх тварей.
— Всё готово, — ответил он, не отрывая взгляда от своего питомца. — Мои «Крошки» прогрызут хранилище за полчаса. Там новая система защиты, сплав с мифриловой крошкой. Но против их слюны не устоит. А «Тени» тихонько зачистят охрану.
— Отлично, — кивнул Секач. — Значит, на следующей неделе идём. Всем быть готовыми.
Они чувствовали себя в полной безопасности. Их логово было защищено не только толщей земли, но и десятком мощных артефактов, купленных на чёрном рынке. Любой, кто сунулся бы в их тоннели без приглашения, либо сгинул бы в одной из ловушек, либо был бы разорван на части патрульными химерами Змея.
— Да быстрее небо нам на головы рухнет, чем эти ищейки нас тут найдут! — заржал Гвоздь.
БУМ!
Прямо на его лохматую голову с потолка свалился увесистый кусок штукатурки вместе с фрагментом фрески, изображавшей какого-то пухлого ангелочка.
— Ай! — взвыл Гвоздь, хватаясь за голову.
Остальные заржали.
— Ну вот, ты и докаркался! — сказал Секач. — Твоё предсказание сбылось.
— Это знамение! — вдруг взвизгнул бандит по кличке Сухарь. — Ангел пал! Это дурной знак! Нам надо сваливать!
— Заткнись, Сухарь! — рыкнул Секач. — Ещё раз про свои знамения заикнёшься, я тебе лично новый знак на лбу нарисую. Ножом. Всё понял? Просто штукатурка обвалилась.
Все подняли головы, разглядывая дыру в потолке. И смех затих.
Из дыры на них смотрела любопытная усатая мордочка в круглых очках, в медной оправе, с какими-то шестерёнками по бокам. А рядом с мордочкой виднелся край маленькой сапёрной лопатки.
— Это ещё что за херня? — первым пришёл в себя Гвоздь, потирая ушибленную макушку.
— На крота похож, — предположил Змей.
— А чего он в очках? — удивился другой бандит.
— Это нормально, что нам рисунок на потолке крот повредил?
Крот невозмутимо поправил очки и снова уставился на них.
Бандиты молчали, не зная, как реагировать. Ситуация была слишком абсурдной.
— Может, сам уйдёт? — неуверенно предположил Боров.
— А вдруг это химера? — нахмурился Секач и повернулся к приручателю. — Змей, проверь.
Тот закрыл глаза, на мгновение сосредоточился, а затем уверенно мотнул головой.
— Не, не химера. Самый обычный крот. Самый что ни на есть заурядный. Не могу взять его под контроль. Значит, просто… крот.
— В очках? Ты уверен?
— Я в этом разбираюсь, между прочим, — с обидой в голосе ответил Змей.
В следующий момент крот в потолке коротко кивнул, словно соглашаясь с его вердиктом. Затем он деловито достал крошечный, почти игрушечный квадратный фотоаппарат.
Яркая вспышка на миг ослепила всех.
  
Когда бандиты проморгались, мордочка уже скрылась в темноте.
Все молча смотрели на дыру в потолке.
— Говоришь, обычный крот? — медленно произнёс Секач, поворачиваясь к Змею. — Не химера? «Профессионал» ты наш.
Он обвёл взглядом ошарашенных подельников.