Граф
Здесь золото, кстати, было намного дешевле, чем у нас. У мавров золото с серебром идут в отношении один к десяти, а в Германии – один к тринадцати. Так что можно было и на этом заработать. Другое дело, что особого смысла в этом нет. На шелке и специях можно получить прибыль в триста, а то и в четыреста процентов. Так какой смысл связываться со спекуляцией золотом? Лучше уж потратить все деньги на товар. Правда, забить трюм нефа шелком я не смогу – даже моих денег не хватит, но прикупить еще шелка и побольше хлопковой ткани смогу вполне. И еще бы неплохо привезти домой коней. Очень уж они мне понравились. Теперь есть где их разместить. Много, конечно, не возьмешь, но десяток-то можно? Надо с Германом посоветоваться.
В итоге корабль решили купить. Ударили по рукам. Герман с купцом. Мавр даже какую-то бумагу на арабском выдал. Потом договорились еще о партии шелковой и хлопковой ткани. Ну и про коней поговорили. Вообще-то христианам коней не продавали. Вернее, продавали, но по такой цене, что они сами покупать отказывались, однако наш купец обещал подогнать коней по разумной цене. Договорились о двух жеребцах и восьми кобылицах. Ну и корма им, конечно, в расчете на месяц пути. Думаю, так и буду делать в дальнейшем. Из каждого рейса будут привозить по десятку коней. Лет за пять получится неплохой табун. А там и молодняк подоспеет. И будут у меня кирасиры гарцевать на таких красавцах. Круто.
Весь день принимали товар и комплектовали экипаж. Девятнадцать моряков были из бывших рабов, но этого мало для такого корабля. Пришлось надергать с остальных кораблей и довести численность экипажа до тридцати человек. Капитаном пошел помощник капитана с каракки. Перевел туда один взвод пехотинцев под командованием лейтенанта. Ну и всех пацанов туда же перекинул. За лошадьми-то ухаживать надо, вот пусть молодежь и поработает.
До конца дня не управились – лошадей подогнать не успели. Но обещали, что с утра они уже будут в порту. Так что отплытие назначил на завтра. Хватит, загостились.
Глава 11
Так в общем-то и получилось. Отплыли мы, правда, не с утра, а только после обеда, но и это неплохо. Всем уже надоела эта чертова Африка. Домой хотелось. Я стоял на верхней палубе ахтеркастля вместе с Германом. Было немного грустно. Попаду ли я еще сюда? В ближайшее время точно нет. Может, когда-нибудь потом? Тоже вряд ли. Надо графством заниматься. Да и годы ведь идут, и вряд ли я через несколько лет буду таким же быстрым на подъем. А жаль. Зато рядом стоящий Герман аж светился. Ну, он-то точно сюда вернется весной. Ему по этому поводу переживать нечего. А радуется он удачно проведенным сделкам. Торгаш. Он, насколько я помню, из цеха торговцев. Отец был мелким купцом, но разорился. И Герману пришлось служить приказчиком у какого-то купца. Но так как у того и свои сыновья были, ему на этой службе ничего не светило. Тут его Гюнтер и переманил.
Вообще, все помощники Гюнтера были из таких вот «германов». Он находил толковых ребят, но, так сказать, без будущего, и переманивал к себе. А тут уж они разворачивались. Например, Герман теперь станет очень уважаемым и богатым купцом. Он ведь не только за жалованье у Гюнтера, то есть у меня, служит, но и какой-то процент получает. Даже не процент, а долю процента. Так, мелочь. Но это для меня мелочь, а для него очень даже неплохие деньги. С таких-то объемов. А учитывая, что он сюда еще будет ходить и ходить, то лет через пять станет очень даже состоятельным человеком. Сможет даже свое дело открыть. Хотя я в этом очень сомневаюсь. Не такой он дурак, чтобы уходить со столь хлебного места. Да и чем ему торговать? Сталь и стекло в моих руках. Покупать в графстве и возить в Танжер? Он понимает, что конкурентов я не потерплю. К маврам будут ходить только мои корабли. А на расправу я скор, и он это знает.
Кстати, спросил у него, почему в Европе так мало товаров из Северной Африки. Ведь, казалось бы, что проще: вот он, Танжер – приходи и закупай. А потом вези в Европу и получай бешеную прибыль. Оказалось, что не все так просто. Французам и англичанам сейчас не до торговли – они с увлечением режут друг друга. С испанцами и португальцами у мавров идет война. Нет, они торгуют, конечно, но не со всеми. Только с теми, кто имеет рекомендации от очень уважаемых купцов. Именно что очень уважаемых и влиятельных. Просто так испанский или португальский корабль прийти в мавританский порт не может. Его сразу захватят, а людей или перебьют или сделают рабами. Так что торгуют свободно с маврами только итальянцы. В основном венецианцы. Они же и развозят потом товары по Европе. Они, собственно, монополизировали торговлю шелком и специями. Отсюда и их богатство.
А из северных стран до Северной Африки мало кто добирается. Очень трудно пройти по проливу между Францией и Англией. Или те или другие захватят либо потопят. Одиночное торговое судно точно не пройдет. Это нам первый раз повезло, а потом с нами уже и связываться никто не захотел. А те, кто связались, пожалели об этом. Теперь же и подавно никто связываться не будет. Чтобы нас захватить или уничтожить, целый флот нужен. А зачем? Мы в европейские склоки не лезем. Зачем нас трогать? Тем более неизвестно, чем это закончится. Ведь в бою с нами можно потерять много кораблей, и противники напавшей стороны этим тут же воспользуются.
Так что мы теперь можем ходить в Кастилию и в Танжер спокойно. Относительно, конечно. Но вот венецианцам мы встанем как кость в горле. Так что в Средиземное море нам лучше не соваться – без драки точно не обойдется. Но это будет потом. Пока они о нас и не знают. Вот когда шелк и специи от нас начнут расходиться по Европе, тогда и нужно ждать от них разных пакостей. Сами они в северные моря не полезут, но могут попробовать подкупить французов или англичан, чтобы те напали на нас. Но те вряд ли согласятся. И кастильцы с португальцами не согласятся. По той же причине.
Ведь стоит нам потрепать один из этих флотов, как противники накинутся и добьют остатки. И тогда всем прибрежным городам, оставшимся без помощи флота, будет ой как несладко. Но, вернее всего, венециацы на нас просто махнут рукой. Потому что мы для них просто мелочь. Ну сколько мы можем привезти товара? Даже на двух кораблях. Разве это может сравниться с объемами товара, который ввозит в Европу Венеция? Хотя если бы они нас смогли достать, то обязательно бы уничтожили. Очень уж они конкурентов не любят. И всегда решают вопрос с такими радикально.
Да, и в самом деле толковый парень – все разложил по полочкам. Ясно и понятно. Одно радует – Венеция далеко и добраться до нас никак не сможет. Ни по суше, ни по морю. Если только отправят свои знаменитые галеры к Танжеру и попробуют поймать нас на подходе… Вычислить, когда мы туда придем в очередной раз, нетрудно. Но много кораблей они послать не смогут, у них и в своих морях дел полно. Там и османы уже начали безобразничать, и братья-генуэзцы готовы в любой момент в глотку вцепиться. А с несколькими галерами моя эскадра справится. Главное, чтобы не застали врасплох на стоянке, а в море они нам не страшны. Ну что ж, значит, будем усиленно отрабатывать несение караульной службы на стоянках. Ох, не завидую я своим пехотинцам…
Переночевали еще на африканском берегу. Нет, на берег, конечно, никто не сходил. Нашли небольшую бухточку, наши корабли еле все вместились. Парусники пришлось туда даже на буксире заводить. Так и не сходя на берег, переночевали. Ночью я пару раз обходил караулы. Молодцы – никто не спал. Но один раз все-таки поднял всех по тревоге. Да, расслабились и обленились. Слишком медленно одеваются и вооружаются, слишком долго добираются до своих, каждому определенных по расписанию, мест. Будем тренироваться.
Утром, также буксиром, вывели парусники и отправились дальше. И где-то через час заметили две арабских галеры. Они прятались в такой же бухте, в какой мы провели ночь. Наверняка пираты. Поджидают какое-нибудь одиночное судно. На нас, естественно, не обратили внимания. То есть наверняка обратили, но молили своего Аллаха, чтобы мы прошли мимо. Мы и прошли. Правда, Аллах тут ни при чем. Просто смысла не было связываться. Конечно, пиратов надо уничтожать, понимаю. Но, может, они и не пираты? Просто встали на отдых в этой бухточке. Да если разобраться, каждый встречный корабль – пират. Любой, даже самый мирный купец обязательно нападет на встреченное в море более слабое судно. В море друзей нет.