Эпоха Титана 3 (СИ)

Плевать, как-то обходился до этого.
Форма в свёртке под мышкой, удостоверение в кармане, рация на поясе, а я иду по коридорам и ищу нужный кабинет.
Открывал двери наугад, заглядывал внутрь, спрашивал. Получал удивлённые взгляды. Закрывал и шёл дальше. Лабиринт: бесконечный, выматывающий.
Наконец нашёл табличку с тройкой. Толкнул дверь.
— Ты кто? — спросил меня парень лет двадцати с хвостом.
  
Стоял в дверном проёме и смотрел на меня с любопытством. Не враждебно, просто изучал. Волосы чёрные и зализанные назад, ещё и усики над губой — такой юношеский пушок.
Пытался выглядеть старше, солиднее, но не получалось. Мальчишка, что играет во взрослого.
— Большов, — ответил и зашёл.
Внутри обычный кабинет: столы и куча бумаг со шкафами. Тесно, душно, пахло табаком и кофе. Три стола стояли вплотную друг к другу. Бумаги везде — на столах, на подоконнике, на полу в углу. Шкафы старые, деревянные, дверцы приоткрыты. Внутри папки, ещё больше бумаг.
— А, это ты… — хмыкнул парень, — я Мясоедов Александр Олегович.
Голос молодой, звонкий. Кивнул и огляделся. Внутри были ещё несколько человек: лысый лет тридцати и девушка возраста Ольги.
Лысый сидел за дальним столом. Крепкий, широкоплечий. Лицо грубое, челюсть квадратная. Взгляд тяжёлый, оценивающий и недружелюбный. Это я уже научился различать в людишках.
Перевёл взгляд на девушку, что стояла у окна. Чёрные волосы коротко подстрижены, карие глаза. Стройная, среднего роста, короткая практичная стрижка. Глаза внимательные и умные.
Она меня тоже оценила, только по-другому, с улыбкой.
— И вот это нам перевели сержантом? — хмыкнул лысый, — куда у нас руководство смотрит?
Презрение в голосе. Смотрел на меня как на помеху.
— Катя, — подошла девушка и протянула мне руку, — приятно познакомиться. Екатерина Семёновна Романова. Сержант третьей команды.
Посмотрел на её ладонь и пожал. Рука тонкая, но крепкая. Рукопожатие уверенное.
— А это наш командир, — кивнула Катя на лысого, — Альберт Львович Курпатов.
Значит, он главный? И явно недоволен моим появлением.
— Был бы ты бабой, спросил бы, на каком начальнике прыгала, — хмыкнул лысый, — это за какие такие заслуги тебя кинули к нам?
Какой дружный и тёплый коллектив. Уверен, что мне тут понравится. Прошёл внутрь и положил свои вещи на стул, сел на другой.
— Сопляк! — повысил голос Курпатов, — я тебе вопрос задал. Какого хрена ты тут? Чью жопу вылизал до блеска? Люди себе одну точку рвут, глотки, чтобы тут оказаться. А ты… аномальщик без году неделя, и уже сержант СКА?
Злость прорвалась, или у него какие-то проблемы? Лицо покраснело. Жилы на шее вздулись.
— Тебе чего надо? — поднял бровь.
Спокойно. Без эмоций. Просто вопрос.
— Да ты, похоже, попутал немного, — развернулся лысый и подошёл ко мне, — ты как со мной, перхоть, разговариваешь?
Нависал, пытался давить массой. Запах пота и табака.
— Альберт, — Мясоедов подошёл ближе, — ты сбавь обороты, нам с ним работать. Ты же знаешь, кто его сюда перевёл. Тебе что, погоны жмут?
Голос примирительный, пытался разрядить обстановку. Разумный парень.
— Да мне плевать! — начал брызгать слюной лысый, — он со мной говорит так, будто я грязь из-под ногтей гиганта! Я командир, и он обязан меня уважать. Мы ещё никуда не вышли, а он уже с рожей полного пренебрежения!
Альберт схватил меня. Грубо. Сильно. Пальцы впились в предплечье, давил и тянул вверх, чтобы я встал. Странные создания, потом удивляются, почему им больно. За языком следить не могут, так ещё и руки распускают.
— Встал, сучонок! — рявкнул Альберт, — или я тебя сейчас…
Я поднялся, ещё перехватил его руку и вывернул. Движение быстрое: захват, рычаг.
— А-а-а… — застонал он.
Сустав на грани вывиха. Катя и Саша тут же достали пистолеты и направили на меня. Реакция мгновенная, пальцы на спусках. Щелчки предохранителей. Умею я заводить «друзей». Первые минуты в команде — и уже под прицелом. Рекорд, наверное.
— Отпусти, тварь, или я тебя… а-а-а! — повысил голос лысый, когда я чуть надавил.
Угрожать продолжал. Гордость не позволяла сдаться, хотя, я думаю, тут скорее тупость.
— Слушай, — устало выдохнул, — если у тебя есть какие-то претензии к тому, почему я тут… высказывай их тем, кто это решение принял, если у тебя, конечно, есть яйца. Я твои комплексы выслушивать не собираюсь. Тронешь ещё раз — сломаю. Понял?
— Ты охренел? — зарычал Альберт.
Не понял, а ведь я выжал из себя максимум своей вежливости и сдержался, чтобы не убить его, и эффекта ноль. Надавил сильнее. Стоны стали громче и выше. Хрящ затрещал. Сустав на пределе.
— Понял, понял… — встал на носочки лысый.
Сдался наконец-то, боль сломила тупость.
— Умница, — кивнул я.
Отпустил его и снова сел. Альберт отпрыгнул, схватился за руку, растирал плечо. Дышал тяжело и пытался меня сжечь взглядом.
Уже собирался расслабиться, как мне в лицо летел сапог. Поймал и дёрнул вниз. Альберт упал на задницу. Зубы клацнули, и он тяжело выдохнул. Замер, словно больно, и так и сидел.
— Нужно аккуратнее, — посоветовал я, — видимо, полы скользкие.
Тишина повисла в кабинете. Катя и Саша всё ещё держали пистолеты. Смотрели на меня, на Альберта и не знали, что делать дальше.
Щелчок — резкий и громкий, разорвал тишину. Статический треск. А потом заговорил мужской раздражённый голос:
— Третья команда?
Катя тут же рванула к столу, на ходу убрала пистолет в кобуру. Взяла рацию и ответила.
— Романова, слушаю.
Голос ровный, никакого следа от напряжения предыдущих минут.
— Девятая аномалия, нарушение целостности сетки, проверить! — ответили.
— Когда?
— Ты тупая? Вчера! — связь прервалась.
Альберт вскочил и начал собираться, лицо пунцовое. Хватал вещи, натягивал куртку, а я сидел. Наконец-то останусь один: тишина, покой. Может, найду где прилечь?
— Володя? — позвала меня девушка, — ты чего сидишь?
Голос удивлённый, ещё и смотрела на меня как на идиота. Поднял взгляд.
— Ты теперь в нашей команде, — сказала Катя, — одевайся, и мы выезжаем. Давай быстрее!
Значит, отдыхать не придётся? Жаль.
  
Глава 4
 
Переоделся прямо в кабинете. Форма СКА. Чёрная, практичная. Без лишних деталей и украшений. Застегнул молнию на куртке.
Катя, пока я собирался, пару раз бросила взгляд и хмыкнула. Оценивала? Или просто наблюдала? Непонятно. Лицо нейтральное.
Агенты СКА взяли с собой два чемодана. Металлические, армированные. Александр тащил один, Альберт второй. Тяжёлые, судя по тому, как несли. Артефакты внутри? Скорее всего.
Вышли на улицу. Холодно. Ветер в лицо, колючий, пронизывающий. Запах промышленного района — металл, машинное масло, выхлопы. Посмотрел на небо. Скоро утро, но пока темно. Звёзды ещё видны.
Залезли в машину. Обычный служебный автомобиль, ничего особенного. Я с Александром сел назад, Альберт за руль, Катя рядом. Чемоданы запихнули в багажник. Захлопнули крышку. Двери закрылись. Поехали.
Первые минуты ехали молча. Только шум двигателя. Фары высвечивали дорогу впереди.
— Что ты знаешь о работе СКА? — спросила меня девушка. Помолчала. — Володя, я тебя спрашиваю.
Посмотрел на неё. Катя повернулась ко мне и ждала ответа.
— Контроль за аномалиями и всем, что с этим связано, — ответил я.
— Ха, — улыбнулся парень рядом. — Настолько ёмко и точно… А у нас почти тридцать страниц написано, что конкретно мы обязаны делать.
Тридцать страниц бюрократической ерунды. Людишки обожают всё усложнять. Написать регламент там, где хватило бы пары предложений.
— Верно, — кивнула девушка. — Наша команда занимается сетками в нескольких аномалиях: проверка, восстановление и другое. Сейчас мы как раз будем это делать.
  
Кивнул. Техническая работа, рутина.
— Также мы следим за аномальщиками, скрытно, конечно же, — добавил Александр. — Анализируем их работу, смертность и то, как справляются все: живцы, ловцы и кураторы.