Попаданка. Хозяйка врачебного кабинета для дракона (СИ)

– О, ты такой заботливый сын… – я буквально ощерилась, глядя ему в лицо. – Только ей почему-то пришлось уйти из дома.
– Я… я не хотел этого, – растерянно пробормотал Томас. – Мы просто поссорились. И я хотел поставить ее на место! Я люблю свою мать и никогда не сделал бы этого на самом деле!
– Знаешь, Томас… – я невесело улыбнулась. – Если слишком часто ставить людей на место, они могут однажды понять, что их место не рядом с тобой.
  
Томас жестко перехватил меня за лицо, словно зверушку за морду схватил.
– Не смей читать мне морали. Что на тебя нашло? Ты всегда казалась тихой, не перечила… Или это я не видел, что пригрел на груди такую змею?
Томас отпустил меня. Так, словно отбросил что-то гадкое.
– Прошлая Хелена умерла. Для тебя, по крайней мере, точно, – глухо произнесла я. – Уходи, Томас. Я постараюсь прислать тебе бумаги по разводу как можно скорее.
Мне было сложно находиться рядом с ним. Ведь в голове сразу начинали клубиться воспоминания о том, как Томас обращался с настоящей Хеленой.
– Что-о-о?! – взревел Томас. – Как ты смеешь за меня решать? Думаешь, ты пригрозишь, что бросишь меня, и я упаду к твоим ногам и буду молить о прощении?
Он ударил ладонями по стене по обе стороны от меня, нависая, не давая сбежать.
– Нет, – холодно и твердо ответила я. – Ты так и не понял? Я правда, действительно больше не хочу находиться рядом с тобой. Не хочу жить в страхе, когда ты поднимешь руку на меня или детей.
Я взволнованно посмотрела в сторону. Ох, не хватало, чтобы Джез и Майя услышали голос Томаса и вышли. Я не хотела, чтобы они видели эту сцену.
Томас усмехнулся. Хищно. Довольно. У меня мурашки побежали по коже от нехорошего предчувствия. И оно сбылось через секунду. Ведь Томас процедил:
– Детей… Думаешь, можешь просто взять и забрать их с собой?
  
Глава 10
 
Я вжалась в стену, бледнея от ужаса. Мои пальцы сжались в кулаки. Я уже была готова броситься на Томаса, как тигрица, просто вгрызться ему в глотку, как животное.
– Ютиться не пойми где, воловодиться при них не пойми с кем… – жестко продолжил Томас. – Ясное дело, что у тебя нет денег, и где ты их возьмешь без богатенького покровителя? Ну, или просто выскочишь замуж за какого-нибудь сапожника, и они будут пахать в его мастерской вместо того, чтобы получить нормальное образование!
Я нахмурилась, но внимательно слушала его, не перебивая. Если бы он просто расписывал, как ему не повезло с женой, я выставила бы его за дверь! Еще и вслед кинула бы что-нибудь тяжелое. Но Томас заговорил о детях. Рассудительно, серьезно. И это пусть на кроху, но расположило меня к этому человеку. Я не хотела, чтобы он переживал за них.
– Не переживай. Я позабочусь о них. У Майи и Джеза будет учитель. В самое ближайшее время. И деньги на него я найду сама. Заработаю. И я… – я сделала паузу, ведь непросто было принять то, что мне тоже придется видеться с этим скотом. – Я не буду препятствовать, чтобы ты виделся с детьми так часто, как захочешь. Так ты сможешь быть уверен, что они получают все, чего достойны в этой жизни. Не голодают, не нищенствуют и учатся, как остальные дети их происхождения.
Томас медленно кивнул. Он недовольно поджал губы. Похоже, не верил, что я хоть на что-то гожусь в этой жизни? Может, у него и были причины так думать. О прежней Хелене. Но как я уже сказала ему, ее больше нет. Теперь здесь девушка с Земли. И она не пропадет!
– Посмотрим, – процедил Томас. – Я буду приглядывать за вами. Время покажет, способна ли ты справиться без меня. Но знай, если ты обманешь меня, ведьма… – он придвинулся ближе ко мне, понизив голос. – Если я приду сюда, а ты махнула хвостом и сбежала из города с каким-нибудь хахалем, отняв у меня детей, даю слово, я найду тебя. И тогда ты уже действительно окажешься под стражей. Я избавлюсь от тебя, Хелена. И у меня рука не дрогнет.
И тут раздался топоток. В комнату вбежал Джез.
– Папа! – воскликнул он и схватил его за рукав. – Не ругай маму, пожалуйста!
Томас повернулся к Джезу, и у меня сердце заледенело. Ведь я не знала, как мой муж, скорый на гнев, отреагирует на маленького защитника. Я уже открыла рот сказать, чтобы он не смел поднимать руку на Джеза. Но к счастью, Томас и сам просто подхватил его на руки. Я украдкой тихо выдохнула от облегчения.
– Иди сюда! Скучали по мне? А твою маму стоило бы не просто отругать, но и наказать: под замок посадить! – будто бы в шутку, сказал Томас и тронул кончик носа Джеза. – Покажешь, где твоя сестричка и бабушка? Хочу поскорее их увидеть.
***
– Я не желаю с тобой разговаривать, Томас! – голос Шарлотты разнесся по комнате гулко и драматично, как под сводами театра. – Мне страшно подумать, что я воспитала сына, который так ведет себя с семьей!
Она сидела с зеркалом в руках, якобы поправляя и проверяя прическу. На деле же Шарлотта повернула зеркальце так, чтобы следить за выражением лица Томаса. Раскаивается он или пока не очень?
Томас замялся в дверях.
– Я хотел извиниться… – начал было он.
– Я не верю ни слову твоих извинений! Ах, все, оставь меня! Иначе мое сердце попросту не выдержит! – взмахнула рукой Шарлотта.
Она искоса посмотрела на Томаса. Может, он поймет, что на этой руке не хватает перстней? И спросит, что произошло. Тогда Шарлотта заплачет, да заплачет как можно горше, рассказывая о том, что ей пришлось пережить, бедной, несчастной, одинокой женщине в годах, скитаясь по городу после ссоры с бессовестным сыном. И Томас раскается еще сильнее, может, даже упадет на колени, умоляя простить его, непутевого, и вернуться домой, где он больше никогда не станет ей перечить!
– Ладно, – вместо этого процедил Томас сквозь зубы. – Отдыхай, мама. Я зайду позже, и мы еще поговорим. Я сожалею о тех своих словах. И никогда не поступил бы с тобой подло. Тебе нужно быть дома, под присмотром, чтобы я следил за твоим состоянием, а не шататься по городу, когда тебе в любой момент может стать плохо. Надеюсь, у тебя хотя бы есть лекарства.
Он тяжело вздохнул, качая головой и разворачиваясь, выходя из комнаты. Может, Шарлотта и ка-а-апельку драматизировала, но Томас все равно за нее волновался. И не хотел спровоцировать разговором, чтобы ей действительно стало плохо. Ведь совсем недавно больное сердце уже уложило ее в постель, и если бы не Хелена… Нет, Томас запретил себе испытывать даже толику благодарности к этой ведьме! Будь дома все необходимые лекарства, справились бы и без ее способностей!
– Дети, пойдем, – Томас растянул губы в улыбке, увидев Джеза и Майю. – Я очень соскучился! Погуляем, подышим свежим воздухом, сегодня такая отличная погода!
От такого приторного тона разве что сахар на зубах не хрустел. Но Томас пользовался моментом, пока Хелена отбежала на минуту в другую комнату. Он заметил на столе листок бумаги и перо.
«Не переживай, Хелена. Я решил прогуляться вместе с детьми. Мы скоро вернемся», – быстро написал Томас.
Рука даже не дрогнула. Хотя он врал и знал это. Ведь в голове у него уже созрел план.
Томас редко гулял с детьми на улице, предпочитал сидеть дома. Когда он один-единственный раз попробовал сыграть с Джезом в мяч, тот попал ему в голову. Мальчик потом очень винился и трогательно клал ладошки на виски Томасу, и говорил, что если попросить прощения у головы, она точно перестанет болеть. Но она не перестала. А Томас в который раз убедился, что лучше почитать детям вслух в библиотеке! Безопаснее. Но сейчас ему нужно было идти другим путем.
  
– Ну, чего вы хотели бы? – Томас обнял Джеза и Майю. – Может, пойдем и купим игрушек? Или шоколада?
Обычно он вел себя строго. Требовал хорошо учиться, пресекал капризы. Считал, что это пойдет им на пользу. Но сейчас ему нужно было расположить детей к себе.
За то время, которое Джез провел вместе с мамой и Ральфом, он отвык от всегда строгого отца. И сейчас настороженно посмотрел на него. Обычно Джез тянулся к общению с отцом, хотел поговорить, погулять, поиграть с ним, так как маме были не интересны мужские темы. Но всегда боялся, что отец будет не в духе и в ответ на расспросы ему влетит. Но Ральф всего за несколько дней показал, что со взрослыми может быть и иначе. Что можно без страха подходить и рассказывать о своих тревогах или, наоборот, планах на будущее. И никто не посмеется над ними. А наоборот, поможет реализовать все мечты. Или развеять страхи.