Четыре папочки на рождество (ЛП)

— Эй, чуваки! — Мак окликнул нас со своего места в первом ряду. — Поднимитесь сюда!
Мы поднялись со своих мест и направились к Маку. Адам, не теряя времени, поделился новостями о следопытах.
— Хорошая работа, Адам, но… — сказал Мак.
Он замолчал, думая о чем-то другом.
— Что такое? — спросил я.
— На этот раз мы действительно привязались к Балабан, — сказал он.
— Черт возьми, да, мы это сделали! — воскликнул Тайлер с нетерпеливым выражением лица.
— Нет, я не это имел в виду, — сказал Мак. — Мы пробрались прямо у него под носом, выставили его полным мудаком перед всей страной. Нет ни малейшего шанса, что он смирится с этим.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Адам.
— Что, ты думаешь, он собирается прийти за нами? — я спросил. — То есть, через весь путь до Мэриленда?
Как только я произнес эти слова, во мне вскипела ярость, которую я никогда раньше не испытывал. Я думал об Обри, думал о близнецах, думал о возможности того, что Балабан вообще приблизится к ним.
Мой сердечный ритм ускорился, и мои руки мгновенно сжались в крепкие кулаки. Если бы Балабан появился именно тогда в самолете, я бы разорвал этого говнюка на куски голыми руками прямо здесь и сейчас.
— Полегче, брат, — сказал Мак, похоже, почувствовав мой гнев. — Я просто размышляю вслух. Приехать в Мэриленд, чтобы создавать проблемы, было бы чертовски трудной задачей, даже для такого человека, как он. Я больше говорю о том, чтобы потратить немного денег, чтобы иметь какие-то контакты здесь, в Европе, чтобы следить за ним.
— Да. Хорошая идея, — сказал я.
Я сделал несколько глубоких вдохов, справляясь с гневом.
— Есть и кое-что еще, — сказал Мак. — Получил это, как только снова подключил наши мобильные телефоны.
Он вытащил свой телефон из кармана и показал нам экран. Это была фотография близнецов с надписью «МЫ СКУЧАЕМ ПО ВАМ» и кучей сердечек с эмодзи. Я не видел их фотографий с тех пор, как мы покинули Европу, и улыбнулся как идиот при виде нашей маленькой семьи.
— Еще одна, — сказал Мак.
Он еще раз провел пальцем по экрану, на котором была фотография Обри с близнецами. Боже, мне было так чертовски приятно увидеть ее фотографию с близнецами, она была прекрасна, как всегда. Еще один взмах показал изображение того, что вблизи казалось рождественским украшением, с подписью:
У нас есть сюрприз для всех вас.
— Сюрприз? — я спросил. — Какого рода сюрприз?
— Вот что делает это сюрпризом, — сказал Тайлер.
— Забавно.
— Мы узнаем меньше чем через день, — сказал Мак. — А пока немного отдохните. Я буду держать вас всех в курсе, если Обри пришлет что-нибудь еще.
Его слова напомнили мне, насколько я чертовски устал. Я направился обратно к своему месту, устраиваясь поудобнее и закрывая глаза. Прошло совсем немного времени, прежде чем меня начало клонить ко сну, и последней мыслью в моей голове были Обри и близнецы.
Глава 22
Тайлер
Вид на Тысячу акров прямо впереди был почти слишком хорош, чтобы быть правдой.
Я ухмыльнулся, как идиот, когда увидел это место, зная, кто ждет всех нас внутри. Снег почти растаял, кое-где на земле виднелись белые пятна.
Передняя часть была увешана мишурой и подсветкой, даже кое-где были изображены Санта-Клаусы.
— Она украсила это место? — спросил Маркус.
— Похоже на то, — ответил Адам.
— Только что отправил ей сообщение, — сказал Мак с переднего сиденья внедорожника. — Должна выйти через секунду.
Он остановился перед домом, мой живот так покалывало от предвкушения, от которого я едва мог ясно мыслить. Я собирался снова увидеть детей, собирался увидеть женщину, от которой был без ума.
Возвращение домой с задания в целости и сохранности всегда было радостью. Однако в возвращении домой к семье было что-то такое, что выводило все это на другой уровень.
Мы вылезли из внедорожника и направились к задней части, чтобы выгрузить наше снаряжение. Мы не успели толком ничего сказать, как парадные двери открылись, и оттуда выскочили три человека, о которых я думал без остановки последние почти две недели.
  
Мое чертово сердце растаяло при виде них. Я поставил свою сумку и поспешил к дому. Обри и дети были одеты в теплую зимнюю одежду, большие свитера, джинсы и удобные тапочки.
— Дядя Тайлер! — сказали близнецы в унисон, и я не смог удержаться, чтобы не подхватить их на руки и не заключить в объятия, покрывая их маленькие личики поцелуями.
— Вот и мои чуваки! — сказал я, расплываясь в улыбке, когда прижал их к себе, а затем поставил их обоих на землю. Я не мог в это поверить, казалось, что они так сильно выросли за такой короткий промежуток времени.
— Добро пожаловать домой, — сказала Обри с теплотой на лице и в голосе.
— Спасибо. Мне приятно.
Я шагнул вперед и обнял ее, тело Обри так приятно прижималось к моему, что мне хотелось кричать. От нее тоже хорошо пахло, как от корицы и сосны.
Остальные ребята приветствовали ее и близнецов, объятия и счастье повсюду.
— Держу пари, вы, ребята, устали, — сказала она. — Тащите сюда свои красивые задницы и позвольте мне показать вам сюрприз. Что ж, сюрпризы.
— Обычно я ненавижу сюрпризы, — сказал Маркус. — Но я должен признать, что я немного заинтригован.
— Он прав насчет этого, — сказал я, когда мы все вошли. — Ты говоришь ему, что у тебя есть сюрприз, запланированный на его день рождения, и он практически достанет набор для допроса, чтобы заставить тебя говорить.
Мы вошли в прихожую, и нас окутали восхитительные ароматы корицы, сосны и блюд, готовящихся в духовке.
— Святое дерьмо, — сказал Адам. — Это что-то другое.
Внутри дом был украшен всевозможными рождественскими украшениями. Зелень спускалась по перилам лестницы и поднималась по балкону, кусочки мишуры здесь и большие красные банты там. Были зажжены свечи, заливая комнату мягким светом. Из другой комнаты доносились рождественские гимны.
— Это потрясающе, — сказал Мак. — Ты сделала все это?
— С небольшой помощью. — Мы повернулись, чтобы увидеть Эгги у одного из других входов в комнату. — С возвращением, ребята. Я была на кухне, заканчивала ужин, иначе я бы пришла поприветствовать вас.
— Эй, Эггс! — сказал я, подходя к ней и заключая ее в крепкие объятия. — Ты помогала?
— Мы тоже помогли! — радостно воскликнул Генри.
— Да! — добавила Хэтти.
— Они действительно это сделали, — сказала Обри. — Вы должны увидеть дерево… Любое украшение высотой по колено, их рук дело.
— Там есть дерево? — спросил Мак.
Обри ухмыльнулась.
— Подойдите и посмотрите.
Вместе мы направились дальше. Зрелище, которое нас там встретило, было невероятным. В углу комнаты стояла огромная елка, увешанная гирляндами и украшениями, с большой звездой на макушке. В камине пылал огонь, и там было даже несколько подарков.
— Это потрясающе, — сказал Адам. — Как?
— Да, — сказал я. — У нас была, может быть, всего коробка рождественских вещей.
— Я вроде как обчистила праздничный магазин в центре города, — объяснила она. — Не волнуйся, большую часть доставили. То же самое и с деревом.
— Что вы, мальчики, делаете, стоя здесь? — спросила Эгги. — Возьмите немного виски! На ужин тушеное мясо со всеми видами гарниров, немного свежего домашнего мороженого и яблочный пирог. Мой лучший праздник! Должно пройти еще тридцать минут, так что устраивайся поудобнее, и я позову вас, когда все будет готово. О! А еще есть гоголь-моголь, алкогольный сорт.
— Спасибо, Эгги, — сказал я. — И всем вам.
Остальные мальчики разделяли подобные чувства.
— Это нам в удовольствие, — сказала Обри. — Решила, что вы, ребята, заслужили немного Рождественского приветствия, когда вы вернетесь домой. А теперь садитесь. Я принесу виски.
Комната была так полна тепла и любви, что мне казалось, мое сердце вот-вот разорвется.
Генри и Хэтти забрались на диван, рассказывая нам всевозможные истории о том, чем они занимались, пока нас не было. Обри раздала напитки, и следующие полчаса пролетели незаметно, пока мы сидели, погруженные в любовь.